Страница 9 из 83
Кроль так испугался, что остановился только, когда они оказались у ворот дома Ириссы.
- Кроль, ты что? А вдруг ей нужна помощь? – спросила Ирисса.
Он посмотрел на неё дурным взглядом. Выдохнул. Потом надел свою обычную улыбку и произнёс:
- Завтра твой папа принесёт нам чертёж на заверку, приходи.
- А как же Русалка. Она…
- Придёшь?
- Не знаю.
Ирисса поспешила скрыться за воротами дома от этого странного тролля.
Мудрый глава в это время сидел в плетеном кресле и корпел над чертежом замка. Вообще-то это должны были делать архитекторы, но а). городской архитектор запросил бы слишком много, б). нужно было построить такой замок, чтобы выглядел он дорого, а материалов требовал самый мизер, в). глава должен был знать замок как свои пять пальцев.
Корпел-корпел и выяснил, что совсем-провсем нужно потратить на Замок больше трёх миллиардов. Это в его планы не входило. Замок должен обойтись в миллиард, иначе, зачем его строить. Главный вопрос, который сейчас беспокоил главу: «Почему я не попросил у царя 10 миллиардов…»
Когда появилась Ирисса, он решил сразу не начинать свару.
- Дочка, что-то ты задержалась… Посмотри, какой у нас будет замок.
- Твой замок должен быть на равнине.
- Я об этом и хотел поговорить…
- А я не хочу, я знаю, что ты скажешь.
- Ирисса, ты сегодня чуть ни поставила под удар весь проект. Ты этим сделала плохо не мне, а всем. Всему городу!
- Бла-бла-бла. Плевать я хотела на весь город, и ты тоже.
- Как говориться, не плюй в общество, оно утрётся, а если общество плюнет в тебя, ты захлебнёшься. Замок нужен не мне!
Ирисса не стала ничего отвечать, она просто пошла в свою комнату. Тогда Глава вскочил с кресла и побежал за ней.
Он с шумом раскрыл дверь.
- Ты чего добиваешься?
- Чтобы замок перенесли на равнину.
- Нет, ты не этого добиваешься. Ты хочешь, чтобы я начал там высаживать сад. Ты думаешь, поставлю отцу ультиматум, как говорится, или смерть или сто рублей. Он испугается скандала и начнёт копать там клумбы. И ты делаешь всё, чтобы я не смог этого сделать. Ирисса, такие вещи делаются под шумок, тихим сапом. А ты сама всё рушишь!
- Папа, да не в этом дело вообще! Есть равнина, на которой ничего нет. И есть лес, единственный лимонниковый лес в мире, а в нём дом. А в том доме живёт…
- Леший, с которым ты спишь.
- Которого я люблю. И без леса ему негде будет жить. Негде и не на что. А равнина не твоя, мало того, ты на ней даже ничего не хочешь! Папа, подумай, зимой Леший будет скитаться без крыши над головой. А то и умрёт. Зимы у нас страшные. А пустая равнина будет стоять. И все будут говорить, что Глава поступил, как скотина. Тебя итак ненавидят больше, чем этого несчастного Лешего. А будут ненавидеть ещё сильнее.
Глава улыбнулся. Сел на краешек кровати, в которую Ирисса зарылась по шею.
- Это ты говоришь мне? Я Глава уже пятнадцать лет. И ты меня учишь, как надо обходиться с народом. Знаешь, что скажут: «Да плевать с высокой колокольни мы хотели на этого Лешего, на то, сколько на этом замке своровано, на то, что можно было строить на равнине. У нас появились деньги. Да здравствует, замок!» Знаешь, царь сам предложил строить на равнине, но я отговорил его, подумал: «Ирисса хочет там сад» и предложил другое место…
- Ты думаешь, мне какой-то несуществующий сад важнее друга?
-… положим, маху дал. Но отыграть уже ничего невозможно. Я знаю царя. Тролль болезненного самолюбия. Он перед всей толпой объявил, что замок будет в лесу. Хорошо, ты меня убедила, я пишу царю, что решили строить на равнине. Для него это будет означать либо то, что я жуткий вор, либо то, что этой сошке, Лешему, удалось в одиночку изменить Его решение. Как говориться, муравей покачнул гору. Царь этого терпеть не станет. Он даже главным министрам не позволяет менять свои решения. И это правильно. Если бы любая пузатая мелочь могла бы манипулировать царём, царя бы не осталось. Он просто построит замок в другом городе. Вот и вся нехитрая арифметика.
Глава встал, направился к двери, но остановился.
- А за Лешего не переживай. По уставу города он имеет право на другой земельный участок.
- И ты ему дашь?
- Я обязан ему дать. Это моя работа. Мне за это деньги платят.
Отец вышел, осторожно прикрыв за собою дверь. Ирисса достала тетрадку с полки. Она знала, что в этом мире есть одно доброе сердце, которое её всегда поймёт. С Кнопкой, дочерью от первого брака жены Главы города Забвенья, она познакомилась в элитном летнем лагере. Девочки так подружились, что пообещали писать друг другу письма, рассказывать всё, что с ними происходит, без утайки. И Ирисса стала писать – о равнине и саде, о Лешем, о сумасшедших нравах города Трепангов. Она знала – Кнопка поймёт и поддержит, и никогда не станет подозревать её в ничтожных и жалких намерениях.
11.
Лиана обвила руками шею Мрака. Уже все ушли, и им предстояло разделить на двоих это смешное неудавшееся постыдное самоубийство.
- Ты думал обо мне, о детях, когда… Господи, какое счастье! Ты думал? - сквозь слёзы спрашивала она.
Лиана была немного стройнее женщин своего возраста, немного более современно одета. Но выжженные перекисью волосы, морщинки в уголках глаз и привычка не заправлять джинсы в сапоги, а пускать их поверх сапог, выдавали её с потрохами. Лиана давно уже не была молодой. Она просто молодилась. И всё же, каждая морщинка, неловкая улыбка и даже это причитание были близки крепкому мужскому сердцу Мрака. Вот она спрашивает, а как ей объяснить, что для неё так было бы лучше.
- Думал. Если бы я умер, со мной умер бы и кредит.