Страница 34 из 34
Шепот вновь начал заполнять двор. Никола оглядел своих друзей. Они с пораженными лицами смотрели кто на него, кто на Скреппа. Милоша почему-то не было. Тетя Даника подошла к мальчику с еще одним мешочком в руках.
– Не забудь поужинать, Никола – она обняла его и дальше шептала на ухо дрожащим голосом – найдешь папу, напиши письмо нам сюда, хорошо?
Никола кивнул
– Спасибо Вам, тетя Даника
Он взглянул на Славу. Девочка печально смотрела на Шечера, не поднимая глаз.
Скрепп подошел к калитке. Мальчик последний раз взглянул на Данику, других людей, стоявших рядом, и направился вслед за мужчиной.
Внутри сразу стало холодно, все сжалось.
Никола плелся позади Скреппа, смотря в пятки его сапогов или на золотые языки пламени бордового плаща.
Они подходили к высокому холму с качелями на дубе. Сколько раз мальчик взбирался на него с такой легкостью, даже не замечая подъема. Сейчас же, почему-то, идти было невозможно. Склон был такой крутой, что ноги не поднимались. Становилось все холоднее.
В паре метров от дуба мальчик остановился и скинул свою сумку на землю. Скрепп медленно обернулся, как будто знал и ждал, что Никола сделает это. Мальчик посмотрел на Сергея Сергеевича, затем обернулся к Ужицу.
Все продолжало жить своей жизнью, словно мальчика оторвало от какого-то бесконечного потока. Перед ним открылась точно такая же картина, как и раньше.
На закате солнца поля, верхушки деревьев, дома и особенно окна – все начинало переливаться оранжевым золотом вечера. Места, на которые падали последние лучи, мягко контрастировали с теми местами, где уже простиралась тень. Верхушки деревьев колышутся ветром, а между ними маленькие дети продолжают играть в прятки. Сильный запах забродивших яблок.
– Послушай меня, друг мой – тихо пробасил Скрепп – я понимаю, как тебе тяжело оставлять дом, но если ты решил стать золотым человеком, то тебе придется преодолеть себя... оставь все это, пошли.
Мальчик стоял и слушал с опущенной головой, смотря на мешок. Вдалеке послышался топот. Он увидел, как Слава со всей силы бежит к нему, пытаясь догнать, тяжело дыша, постоянно спотыкаясь. Шечер мчался следом.
– Решайся, или ты идешь или остаешься – Скрепп отошел к дубу и оперся на него спиной.
Слава догнала Николу и прыгнула на него, крепко сжав в объятия.
– Нет... пожалуйста, не уезжай – она шептала так, чтобы Скрепп не услышал – не хочу, что бы ты уезжал.
Из ее больших голубых глаз текли слезы. Никола тоже обнял ее, ничего не отвечая. Он держал Славу, пока девочка не успокоилась.
– Мы... мы же увидимся да? Ты найдешь дядю Драгана и вернешься? – спокойно и с улыбкой спросила Слава, посмотрев ему в глаза.
– Да, Слава, конечно вернусь...
Дети обнялись напоследок. Никола заметил, как многие жители пригорода отовсюду смотрят в их сторону. Некоторые друзья махали рукой в след. Он посмотрел на поместье Милоша. Милош стоял возле забора и смотрел точно на Николу. Приподняв кончик своей плетеной шляпы, он попрощался с другом. Никола в ответ кивнул ему.
– Береги Шечера, он присмотрит за тобой – сказал Никола, подняв на руки щенка
– Ага... спасибо – улыбнулась девочка, приняв щенка на свои руки. Шечер тихо тявкал и скулил.
– Поезд, Никола, поспешим – сказал Скрепп
Никола поднял свой мешок и поудобнее закинул его за спину на обе лямки. Он направился за Сергеем Сергеевичем, не оборачиваясь. Ужиц вскоре скрылся за большим холмом.
***
Локомотив с ужасающим шипением сбросил пар прямо на перрон, отчего у Николы волосы дыбом встали. На вокзале он был впервые, родители запрещали ходить сюда одному или с друзьями. Поэтому поезда он в глаза ни разу не видел. А так хотелось иногда узнать, что издает эти громкие гудки, доносившиеся из-за леса до пригорода.
Теперь мальчик с ужасом наблюдал паровоз. Огромная железная машина, из-под которой то и дело били струи пара с шипением. В него не то что садиться, а просто смотреть со стороны было страшно.
Сергей Сергеевич помог мальчику взобраться наверх к вагону. В купе стало поспокойней. Здесь было красиво и уютно – маленький столик и два диванчика. Только он скинул с себя сумку, как раздалось несколько гудков, и поезд тронулся. Никола еле-еле удержался на ногах.
Картинка за окном начала двигаться, локомотив набирал скорость.
– Ну, располагайся, – сказал Скрепп, снимая свой плащ – нам с тобой два дня еще ехать, с остановкой.