Страница 190 из 199
— Я не видел его, а он целил в меня. Аэлинн встала у него на пути.
Он надолго замолчал. Взгляд Ингвариоэнна блуждал где-то далеко, казалось, проникая сквозь толщу камня и пространства, там, где кипел бой, а небо пахло озоном, там, где все было по-другому, где она еще жила, а он любил ее.
— Наверное, ее душа тогда попала в портал, или ее туда затянуло, — предположил он, — Но она переродилась в другом мире, в другом времени, а я предпочел остаться здесь.
— Разве такое возможно? – удивился Мэйтон.
— Да. Вполне.
— Получается, она не просто так сюда попала?
— Ты все еще сомневаешься? – усмехнулся Ингвариоэнн, — Она просто вернулась домой.
Пораздумав, эльф согласился, как бы ни бредово все это звучало, но пока все было логично. Вспомнились и намеки Эитны.
— И что ты будешь теперь делать? Она вспомнила тебя?
Дракон горько усмехнулся.
— Вспомнила или вспомнит, сейчас, это не имеет ни малейшего значения. Это было давно…. Тот, новый мир отложил свой отпечаток на неё, это она, и не она. У неё там было много жизней. Тем более, я больше не имею права быть хранителем, ни ей, ни кому бы то ни было. Это как неписаный кодекс чести – я подвел ее, не смог уберечь, значит, больше не имею права быть им. Ей нужен новый хранитель и по-моему она его уже выбрала.
Мэйтон непонимающе уставился на него.
— Когда она успела? Кто он?
Ингвариоэнн сухо и горько рассмеялся, хлопнув его по плечу.
— Ну, если не выбрала, то в скором времени выберет обязательно.
Мэйтон был в замешательстве, опять не всё понимая. Или может, Ингвариоэнн намеренно хочет запутать. Но зачем ему это?
— Постой, а почему ты до сих пор жив? Столько времени прошло, такого просто не может быть, чтобы ты не изменился, не постарел, — цепляясь за любую возможность уличить Ингвариоэнна во лжи, удивился Мэйтон.
Инг ухмыльнулся.
—Скажи, как думаешь, сколько живут драконы?
Мэйтон сморщился. Его раздражала манера Ингвариоэнна отвечать вопросом на вопрос.
— Долго, — буркнул эльф.
— Насколько долго? – хитро прищурился Инг.
— Ну, две тысячи круголет вполне могут протянуть, — вспоминая экзамены в школе магии ответствовал Мэйтон.
— Открою маленькую тайну, — подмигнул дракон, — Могут и пять протянуть. Особенно если спят.
Мэйтон фыркнул, пытаясь скрыть изумление.
— Все это время я провел в спячке в теле дракона. Так, я почти не старею. Примерно раз в двадцать - пятьдесят круголет я возвращался в свое тело и несколько месяцев вел обычный образ жизни. Естественно я не вылезал в большие города, но в Вейли пару раз наведывался. Для этого пришлось волосы перекрашивать – поморщился Ингвариоэнн, — Иногда бывал у Эитны. Но в основном меня скрывал клан Друндрана. За что ему отдельная моя благодарность.
— Погоди, а откуда ты знаешь о мире Лины, разве ты был там?
— Не обязательно лично быть там, когда твое сознание может сделать это за тебя. Там, куда не может попасть физическое, плотное тело, всегда есть ход для твоей мысли, энергии, что внутри тебя. Поверь, у меня было на это достаточно времени, пока я спал. Тем более, будучи очень близки друг другу, — дракон многозначительно ухмыльнулся, — Я долгое время чувствовал ее.
— Это Лина пробудила тебя? – догадался Мэйтон, — Но когда?
— Пока ее тело менялось, там, в долине. Она пришла ко мне, чтобы победить боль, ибо не каждый неподготовленный, (а ее тело было не готово), мог выжить после неё и не сойти с ума. То, что дала ей выпить Эитна лишь проявила ее основу, сущность.
Мэйтон кивнул, вспоминая месяцы страшного забытья, когда она кричала во сне.
— Расскажи! – жадно потребовал Мэйтон, усаживаясь удобней — Что стало с Белыми в том мире?
— Я видел многое, но к сожалению, понял не все, особенно последние времена — когда цепь жизней души Аэлинн непрерывно росла, теряясь во времени. – дракон горько качнул поникшей головой, — Они абсолютно утратили магию, даже ту, что удалось возродить после катастрофы.
Мэйтон с пониманием кивнул.
— Они поселились на большом континенте, где половина круголета была ночь, а половина – день. Теплый, мягкий климат, позволял собирать по два-три урожая, а на деревьях плоды соседствовали с цветами. Малочисленные племена, населявшие те земли, приняли их, и вскоре начали почитать как богов. Белые несли свет знаний тем, кто населял тот мир. Развивали местные науки, искусство, переделывая свою магию под физические законы их мира. Росли их города, становясь политическими и культурными центрами. Это было время благоденствия без войн и ненависти. Но спустя несколько тысячелетий случилась катастрофа. Из безбрежного океана миров прилетел огромный камень, он сдвинул земную твердыню, породив огромные волны, смывающие все на своем пути. Их материк ушел под воду, а те, кому удалось спастись, расселились по разным землям. Но даже будучи разлученные друг с другом, они не утратили жажды познания и как могли, восстанавливали тот мир, собирая по крупицам свои знания вновь. Со временем, они смешались с местными племенами и стали внешне почти неотличимы от них. Сократился и срок их жизни. Так как климат непоправимо изменился. Всей их оставшейся магии только и хватило, чтобы унять разбушевавшиеся волны и проснувшиеся вулканы.