Страница 79 из 110
По коже будто сыпанули снежной крошкой: не может быть, чтобы это было совпадением! Они знают кто я такой?! И что это за намеки на бездушность?
На секунду я даже задумался, пытаясь найти толику здравого смысла в шизофренической загадке. Потом внезапно меня осенило: Болванщик в книге Кэрролла был приговорен к смертной казни за то, что убил Время!
Эта программа, чтобы убивать время, задерживать незваных гостей!
Твою мать! Дурак! Как я мог попасться на это?!
Я выпрямился, выхватил из кармана коробок, спички высыпал на ладонь.
— Нет-нет, — взвизгнул заяц, — ты никуда не пройдешь! Загадка-загадка-загадка!
— Почему Дьявол сам продал Душу?! — заорал Болванщик. Из уголка рта у него потекла кровавая слюна. — Почему, почему, почему?!!
Бирюзовый свет погас, принимая очертания двуствольного кольта. Я обхватил рукоять двумя ладонями, навел. Двойным выстрелом лже-Болванщика опрокинуло, перевернув кукольный столик. В воздухе, среди брызг крови, кувыркнулся цилиндр с ценником «10/6».
— Нечестно! — медленно заскрежетал Мартовский заяц, судорожно подергивая головой. — Так нечестно, нечестно, нечестно…
Я навел стволы между обугленных пуговиц, надавил спусковой крючок. Отдача ударила по запястьям, сдвоенный вихрь огня разодрал изуродованную плюшевую игрушку. По керамическому полу звякнули обломки шестеренок, запахло жжеными тряпками.
«Внимание», — крикнул компьютер. Но его заглушил визг сирены:
— Вирусная атака! Персоналу — закрыть приложения и покинуть помещение! Через тридцать секунд начнется принудительная очистка системы!
Почему я всегда не успеваю?!
— Карта!
«Выполнено».
Николетта по-прежнему здесь! Зеленая точка прячется среди оранжевых квадратов где-то рядом.
Расшвыривая коробки, я бросился на поиски. Но, чем больше картонных гор я рушил, тем сильнее паника сдавливала сердце. Их здесь слишком много! Помещение громадное, я не успею!
Коробка передо мной сама по себе открылась, на меня уставились глупые глаза Мальвины.
— Ты хочешь трахаться? — осведомилась она тонким, детским голоском и склонила голову набок.
Я рванулся к другой горе, толкнул коробки, на керамический пол гулко шлепнулись резиновые осьминоги. Господи, да сколько же здесь хлама?!
— Трахнемся? — мне на плечи обрушились холодные руки Мальвины. Она лизнула меня в ухо, шепнула безучастно: — Я все могу, хочешь, подставлю анус?
С рычанием я сбросил секс-куклу, метнулся в освободившийся между коробками проход. В глазах уже плясали мухи от обилия картона.
— Я могу по-всякому! — передо мной, с груды коробок спрыгнула Мальвина. Обнаженная грудь колыхнулась. — Как тебе нравится? Могу отшлепать, сорванец ты балованный.
Не отвечая, ударил ногой, голая кукла с визгом отлетела, за ней обрушились пару коробочных Эверестов.
— Внимание! Начинается консервация пространства!
На миг помещение померкло, его очертания исказились, будто на акварельную картину плеснули маслом. В ушах раздался скрежет, изображение мира восстановилось.
«Сигнал прерван, — рявкнул в ушах незнакомый голос. — Связь с административной машиной потерян. Предлагаю покинуть Сеть!»
Ага, это заработал антивирус Дикаря, значит, тут реализована та же система, что и в метро. Связи с моим сервером не будет.
— У тебя есть пространство для хранения сохраненной информации? — на бегу спросил я.
«Существует кэш, — мгновенно отозвался антивирус. — Могу выделить часть ресурсов из карантина».
— Выделяй! Приоритет хранилища — высший! Стирать что-то оттуда запрещаю!
«Исполнено!»
Отлично, теперь, надеюсь, ID-матрицу Досумбаевой я не потеряю. Если выберусь отсюда вообще!
Не успел додумать, как в спину мощно ударило, меня швырнуло на пол. Я выставил руки, пытаясь сгруппироваться, но падение внезапно прекратилось. Подмышки и грудь обвили силиконовые троды, они мгновенно сжались, впиваясь в кожу. Я, в объятиях проводов, взлетел к потолку. Кольт с лязгом ударился о пол, и, потеряв связь с хозяином, тут же трансформировался обратно в коробок спичек.
— Вот ты и попался!
Картонные стены у окна неторопливо и красиво складывались в громадный терминал. Из коробок появились широкоформатные мониторы, железные ящики серверов, большой стол. Вершиной травестии стал длиннющий конвейер, с частями тел детских игрушек.
По небольшой лесенке, ведущей к центральному пульту терминала, поднялась миниатюрная девушка в белом халате. На симпатичном личике играет торжествующая, немного безумная улыбка. Я заметил, что у нее косые и разноцветные глаза: синий смотрит на меня, а оранжевый быстро вращается по орбите глазницы.