Страница 8 из 21
Лишь на закате мы стали искать ночлег. Эльфы выбрали неплохое местечко у берега маленького ручейка, тут же начав разводить костёр. Звери устроились у деревьев. Лишь Лефала предпочла земле крепкую ветку дерева, свесив раздвоенный хвост. Со стороны прямо идиллия.
— Инга, позволь спросить, — заговорила Ева, когда мы сидели у самой реки. — Что за магию ты используешь? Что-то вроде щитов?
— Да. Они самые. Но их можно использовать не только как защиту, но и как атакующую магию. В бою за собственной бронёй сложно уследить, проще ею же и бить. Был у меня как-то случай. Меня хотели сжечь. И прежде, чем надели кандалы, я успела воспользоваться своей Силой. Как же они кричали и разбегались от страха в разные стороны, когда огонь не цеплял меня.
— Было весело?
— Еще бы! В довесок к щитам, я могу очень точно гадать. В основном зачаровываю свечи, могу по картам судьбу рассказать. Всегда сбывается.
— И ни разу не было ошибок? — Ева села прямо на землю.
— По моей вине точно нет. Некоторые мои клиенты решили, что им дано обмануть свою судьбу, последствия были самыми разнообразными.
— Себе ты тоже гадала? — я заинтересованно наблюдала за ведьмой.
— Ничего серьёзного или крупного. Только мелочёвка, которая не оказывает никакого влияния. Заодно слежу за тем, чтобы обо мне никто не узнал. Вообще, будущее — вещь опасная. Лучше его не знать и жить спокойно.
— Тут ты, пожалуй, права, — Ева улыбнулась.
— А что насчёт вас? Расскажете немного подробнее о себе? — с некоторой осторожностью поинтересовалась Инга.
Я нервно хихикнула, вспомнив тот день, когда мы с Евой узнали о существовании ведьм и сами ими стали. Вот уж что никогда не забудется, чтобы не произошло.
— За два года мы так и не поняли, к чему было то шоу с гоблинами, что для нас устроили Эрида и Эзида, — Ева печально улыбнулась и легла. — Наверное, никто, кроме Мать Богини, этого уже и не знает. Впрочем, ладно… Ты же, как и мы, теперь знаешь о том, что всё не просто так происходит в нашей жизни. Когда в нас проснулись Силы, Эрида и Эзида нам покоя не давали. Перемена между парами — зубрёжка базовых заклинаний; после учёбы — история, практика в магии; выходные — владение оружием и самозащита…
— И то верно. Эзида оказалась дотошной на бесконечное количество правил. Жаль, прожила лишь месяц. Эрида по натуре практик и упор предпочитала делать на целительство, — я продолжила за Евой. — И, кстати, это очень помогло. Был случай, когда мы ехали в другой город и попали в аварию. КамАЗ расплющил легковушку, а наш автобус отбросило в овраг. Спасти всех не удалось, не хватило сил. Ведь если мы исцеляем кого-то, то отдаём свою жизнь. Из выживших мы оказались в тяжелейшем состоянии и несколько дней провели в коме.
— Честно говоря, выглядели мы не лучше трупов. Такие же синюшно-бледные и холодные, — вставила Ева. — До сих пор помню, как месяц куталась в одеяла от холода, а тело болело так, что выть хотелось. Эрида так о нас беспокоилась, что ни на шаг не отходила. Поила отварами, молилась Мать Богине. Только позже, когда мы окончательно восстановились, она сказала, что, спасая других, чуть сами не погибли. Мать Богиня не позволила.
— И каково же это, спасать других своим Даром? — Инга с интересом смотрела то на меня, то на Еву.
— Ну, явно приятнее и лучше, чем уничтожать всё и убивать людей.
— Вы в этом путешествии впервые убивали?
— Нет, — я покачала головой. — Но был случай, когда мы нарушили закон об использовании нашей второй Силы.
— В каком смысле? — Инга стала серьёзной и едва заметно нахмурилась.
— Нам запрещено убивать даром Разрушения, — Ева криво улыбнулась. — Но мне было не до этого, когда моя мама оказалась в опасности и могла умереть. Я лишь хотела спасти её.
Вспомнив тот вечер, я лишь прикрыла глаза. Нет, мы не жалели о содеянном, но понимали, что допускать повторения нельзя.
Очередной судьбоносный зимний вечер. Снега не было, лишь сухая пыль. Мы возвращались домой с очередной тренировки. Уже давно стемнело. Кажется, часы на торговом центре показывали девять вечера. Мы шли, что-то бурно обсуждая. Из двора раздался крик. Женский.
Мы с Евой бросились туда. Пробежали под замызганной аркой и свернули за угол. Всё оказалось банально просто. Мать Евы возвращалась из магазина подарков, и на неё напал мужчина. Когда мы их увидели, она уже лежала на земле без сознания, а преступник рылся в сумке. В следующее мгновение он потянулся к ней с ножом в руках. Ну, мы с Евой на эмоциях и использовали Дар.
— Последствия оказались… эм, — Ева немного замялась, стараясь подобрать подходящие слова.
— Впечатляющими, — закончила я. — Мы и понять произошедшее не успели, как явилась сама Мать Богиня. Надеюсь, более мы её в гневе не увидим.
— Это точно, — Ева тяжко вздохнула. — Облик у неё весьма интересный, невозможно отвести взгляд. Такое ощущение, что её Сила безгранична. Чувствуешь себя ничтожеством.
Слабо улыбнувшись, я вспомнила продолжение того вечера. Как только мужчина занёс нож над матерью Евы, мы использовали свою Силу. И всё, что от него осталось, — пепел. К нашему удивлению, он даже не успел опасть на землю. Лишь разлетелся в разные стороны и замер, словно время остановилось. В следующее мгновение стало трудно дышать. А потом появилась она. Прямо перед нами. Серьёзная и столь суровая, что стало страшно.
Длинное шифоновое лёгкое платье со шлейфом. Нагрудник из сотен металлических чешуек. Бледная кожа, покрытая чёрными разводами. Светлые, чуть ли не белоснежные волосы — столь длинные, что покрывали почти весь шлейф. А на голове корона, усыпанная камнями. С неё, подобно паутине, свисали переплетения крохотных цепей с белоснежными камнями.
Не помню, что она нам тогда говорила, но всё вокруг от каждого её слова подергивалось, словно иллюзия. И лицо её было столь сурово, будто мы совершили самое страшное преступление, какое только возможно. А внутри тем временем всё холодело от страха. Было так больно, словно нас раз за разом пронзали тысячами кинжалов. Голова, казалось, вот-вот разлетится на сотни осколков.
— Надеюсь, мне никогда не доведётся испытать её гнев на себе, — Инга нервно усмехнулась. — Хватало Эриды с Эзидой в своё время.
— От Эриды нам тоже тогда влетело. Но она по сравнению с Мать Богиней просто ангел. Да и её больше беспокоило наше душевное состояние, нежели нарушенный закон.
— Слушай, — Ева выпрямилась на мгновение, а затем обняла свои колени. — А каково это, жить дольше всей своей семьи?
Инга чуть призадумалась, нахмурилась и поджала губы. Взгляд её замер на бурлящем потоке воды. Она словно окунулась в собственные воспоминания, судя по всему, полные боли. В какой-то момент она глубоко вздохнула и расслабилась, а затем заговорила.
— Тяжело поначалу было. Никто не знал, что я ведьма. И чтобы сохранить это в тайне, я решила уйти из дома. Сказала, что поеду искать лучшей жизни в большом городе. Часто писала семье, особенно маме и сестре. Но я и предположить не могла, что меня начнут искать. В городах я жила не больше четырех лет, потом переезжала. И вот она, столица… Я собиралась уже уезжать, но кто-то выкрикнул моё имя среди шумной толпы на вокзале.
Горько улыбнувшись, Инга прикрыла глаза.
— Я не узнала её сразу, но обратила внимание, как же безумно она была похожа на маму. Молодая девушка, красивая. Она стояла среди толпы, глядя на меня глазами, полными непонимания. А потом сорвалась с места и бросилась ко мне. Мы выглядели ровесницами, это я поняла сразу. Прикинула, что ей лет двадцать пять, не меньше. И в тот момент, когда она обняла меня за шею, уткнувшись лицом в волосы, я поняла, что передо мной родная сестра. Она всегда так обнимала меня. Она искала меня последние семь лет, как только ей исполнилось восемнадцать.
— Как же ты ей всё объяснила?
— Рассказала правду и показала, на что способна. И знаете… не было криков и ругани, не было страха и отвращения. Она мне поверила и попросила вернуться домой. А я так соскучилась по семье, что рискнула и пошла за ней. В деревне меня боялись, видели, что я не меняюсь, но молчали. А родители были счастливы… Я похоронила их всех. Одного за другим.
— Не хотела бы я такое пережить, — тихо прошептала Ева.
— Этого не избежать, если останетесь на Земле. Да, впрочем, в любом случае будет больно.
После её слов я призадумалась. А ведь действительно, нам предстоит жить тысячелетиями, но все, кого мы любим, умрут гораздо раньше. И что же нам тогда делать? Остаться с ними, чтобы они все узнали, и наблюдать за их угасанием? Или же уйти на Ио и позволить им дожить свой век, не ведая, что их дочери — ведьмы?
— Ведьмочки-красавицы, вы спать собираетесь? — послышался голос Энриса.
— Да, уже идём, — отозвалась Инга и поднялась на ноги.
Я последовала за ней, протянув Еве руку. Подруга уже давно успокоилась после дневного разговора с эльфом и теперь пребывала в прекрасном расположении духа. А вместе с ней и я чувствовала себя лучше.
Беспокоили только эльфы, что сидели у костра, о чём-то тихо беседовали на своем языке и иногда поглядывали на нас. Интересно, о чём они думают после услышанного разговора? Ожидали ли, что в нашей жизни может быть что-то серьёзное, или считали нас ещё «зелёными» и неопытными?
— Ложитесь рядом с животными. Ночь прохладная, а они хорошо согреют, — Ариес оглядел нас с ног до головы. — Мы с Энрисом будем поочерёдно дежурить.
— Хорошо.
Без лишних слов мы просто устроились между питомцами и погрузились в сон. Где-то на самом краю сознания я ещё слышала беседу двух эльфов, их смех и приятные голоса.