Страница 44 из 52
– Верно, – забавно нахмурив бровки в серьёзных раздумьях, кивнул мальчик. – Ладно, потрогай.
Я аккуратно взяла в ладони крохотную скрюченную ручку с негнущимися пальчиками без ногтей, всю состоявшую из одного сплошного шрама, и, прикрыв глаза, провела диагностику. И чуть не завыла, представляя, какие муки пережил этот ребёнок.
В отличие от отца, которого лишь задело брызгами этого самого напалма, Эррола в него, похоже, макнули. Или облили. Страшнее всего пострадали ноги ниже колен, каким чудом их вообще удалось сохранить, не знаю, но ноги были. Слабые, безжизненные не только от ожогов, но и от того, что ими не пользовались – да и невозможно было, – они представляли собой один сплошной шрам спереди от колен и ниже, сзади шрамы, хотя уже не сплошные, захватывали ягодицы и часть спины.
Примерно то же было и с рукой – она была повреждена от пальцев и вверх, выше локтя. Видеть глазами я могла только кисть, потому что на Эрроле была рубашка с длинными рукавами и кружевными оборками на манжетах, но для внутреннего зрения мне не были помехой ни одежда, ни плед.
Пальцев на ногах практически не осталось, ноги не сгибались, застыв в полусогнутом состоянии, рука тоже. Но на ней хотя бы пальчики сохранились, хотя и негнущиеся. Неповреждёнными у бедного ребёнка остались голова, левая рука, верх спины, грудь, живот, пах и передняя часть бёдер.
Ходить он не мог, сидеть, наверное, мог, но с трудом, правой рукой тоже не пользовался.
– Наши целители сделали всё, что могли, – хриплым голосом сказал брюнет, когда я, открыв глаза, встретилась с ним взглядом. – Ожоги от обычного огня, обожжённые лёгкие – четверо целителей едва не выгорели, но вытянули Эррола из-за грани. Но со шрамами от магического напалма они ничего не могли поделать.
– Я смогу, – твёрдо сказала я, словно не ему, а самой себе поклялась. – Это займёт время, но я поставлю вашего сына на ноги. Обещаю.
Ничего, малыш, ты у меня ещё бегать будешь.