Страница 63 из 86
Путники устало подбирались к цели своего пути, все время, осматриваясь по сторонам. Чем ближе был Калинск, тем голоднее выглядели звери. Скольких их они уже убили и не сосчитать, от них невозможно было спрятаться или же сбежать. Они словно одичавшие волки шли по следу, их ничего не могло остановить, кроме смерти. Но, увы, патроны были на исходе, специально припасенные на черный день. С Питерска они уже давно израсходовали весь запас боеприпасов и теперь довольствовались малым, обнаруженным в городах по пути. Там кстати встречались и люди бесцельно бродячие и пытающие выжить, были и одиночки и группы среди них. Они иногда с ними чем – то меняли, даже случалось, что патроны обменивали на еду. У них так же имелись и дети, выглядевшие слегка напуганными и немного худыми, одетые в кровавую одежду от мертвых людей. Та уже была слегка потрепанной, но все еще грела в морозные вечера, выделяя не так и много тепла. Ее не выбрасывали, так как другой одежды попросту не было, и довольствовались тем, что есть.
Наверное, за три года атаки «зверей» люди привыкли довольствоваться малым и их уже не слишком пугал вид крови или же разбросанных на дороге тел. Это стало вполне обыденным и уже в привычке вещей. Солдат и тот больше не падал от вида крови в обморок, хотя раньше у него все внутри тряслось. Привык. Хотя можно ли к такому привыкнуть: к крикам, к смерти вокруг, к детям, оставшимся одними, без родителей и теперь не знающими как жить…. Гусев не раз задавался вопросом, что теперь станет с детьми, и как долго они смогут продержаться в течении, пока не утонут?
Дети…. Почему – то у него они вызывали особую жалость, и иногда их хотелось убить, лишь бы не видеть их мук, их перепуганных лиц и дрожащих тел, прячущих в тени зданий. Некоторым из них везло, и их подбирали случаем встреченные люди. Кто еще не был озлоблен, с радостью шли с ними, а кто – то бежал как от огня. Пять лет, три года или двадцать три года, какая разница сколько тебе, если весь мир в одночасье рухнул. И это, не из – за какой – то там банальной влюбленности или же смерти родных, это была правда. Быть может горькая на вкус, но уже нельзя было ничего изменить. Люди менялись, становилось все больше зверей, а значит, шансы выжить весьма сокращались. Просыпаясь каждый раз майор прислушивался к себе, нет ли у него горячки или же перепад температуры тела, но понимая что его состояния до сих пор омрачается лишь дырой в сердце, успокаивался. Становиться очередным кровавым охотником в поисках жертвы для выживания не хотелось, а тем более что цель их пути была практически достигнута.
Они тихо подбирались к городу, иногда грея руки о свое теплое дыхание, и удивлялись, как еще пережили эту холодную зиму. Уж слишком много было снега за эти три месяца и им приходилось ползти по нему, чтобы хоть как – то двигаться вперед, не проваливаясь. Их обувь была не слишком подходящей для такого времени года и уже истоптана, но они на это не обращали внимания и холодными морозными ночами разжигали костер. Садились поближе к огню и грели у него заледеневшие конечности, иногда растирая их водкой. А после сильнее укутывались в свою одежду, блаженно закрывали глаза от исходящего тепла и ненадолго засыпали, пока костер не погас или же на дым не прибежали звери. Ночами их было не очень много, и они не спешили подходить близко, предпочитая наблюдать, издали, и преследовать уже утром. То ли это было их благородство, то ли они опасались уж слишком холодного воздуха, но в такие дни нападений на них не было и можно было спокойно отдыхать.
Невдалеке появились звери, вертя свою голову и принюхиваясь в их сторону. Путники на время остановились и тут же схватились за оружие, сидя невдалеке от зверей и надеясь, что те их под хмурым небом не заметят.
- Майор, мы почти у цели. – Солдат слегка волновался, и это даже слышалось в его тихом голосе.
- Вижу.
Военные глухо перешептывались между собой, смотря на зверей впереди и ближайший город чуть дальше. Они прятались за небольшим лысым кустом кустарника.
- Сколько у тебя патронов? – Свои почему – то пересчитывать не хотелось, наверное, десять раз перед этим было уже достаточно. Какой толк, если от этого боеприпасов не прибавиться.
- Учитывая, что у меня еще есть одна граната, на раз. – Знал бы он раньше, что гранаты понадобятся, не израсходовал бы те так бездуманно. А теперь…. Теперь приходится трусливо отсиживаться в кустах. Хотя он и так трус: «Ну, разве что уже наполовину».
- Да, против пяти…. Без шансов. Придется переждать. – Гусев нахмурился и сжал оружие.
- Но майор, они в любую минуту могут нас заметить. – Алексей случайно задел куст автоматом и чуть отполз назад.
- Тогда сиди и не высовывайся!!! – Они вдвоем перешли на ругань и не сразу заметили, что Ольга ушла куда – то. – Черт, они сюда идут. – Он обернулся, чтобы поискать, где спрятаться и только сейчас заметил пропажу Ольги с мальчиком. – А эти где?
- Я не знаю. – Солдат поозирался по сторонам пытаясь их отыскать. Ничего, пустое поле. – Может они ушли за помощью?
- Куда? В город? – Гусев отрицательно помотал головой. – Не думаю. Где твоя граната? – Он перезарядил автомат и собрался вылазить из укрытия.
- В кармане, а что? Ты же не собираешься пробираться в город? – Представив, как его разрывает стая зверей, у Алексея все внутри скрутилось в тугой узел, холодок пополз по спине. «Без шансов….» «Без шансов….» «Без шансов….» Звонко звучали слова майора в ушах.
- А что нам остается, умирать?
- Нет, но…. Мальчик? – Солдат сузил глаза, чтобы убедиться, что он не ошибся.