Страница 90 из 150
Твою же мать! Бъёрн младший будит женское начало, хотя скорее, оживляет, ведь никого и никогда так не хотела. Безумно, до дрожи, трепетной неги, томительной истомы… Интересно, каково это, когда Варгр обнимает? А целует… Он ласков? Нежен? Требователен? Груб?
Да что же это такое?! Сумасшествие наяву… Варгр - всего лишь мужчина!
Катя дотошно изучает смуглое лицо, фиксируя каждую черточку. В глазах Варгра застывает ожидание, смешанное с ужасом и толикой неверия – пламя в зрачках то вспыхивает, то угасает. Бъёрн младший как удав, пожирающий взглядом – смотрит будто молит о прикосновении.
Выходцева неверной рукой убирает непослушный локон с его высокого лба. Погружает пальцы в чёрную копну, наслаждаясь долгожданным моментом - волосы густые, жёсткие... Восторженно чуть сжимает, отпускает. Варгр, продолжая таращится, даже не дышит - так и застывает в неописуемом шоке. Что же в оборотне такого необъяснимого, что заставляет тело настолько болезненно изнывать? Настоящая физическая ломка. Точно раздробленные кости всё никак не срастаются. Стараешься перетерпеть неудобство или свыкнуться, но, как назло, раз за разом ударяешься больным местом...
Разве это нормально? Такого не должно быть. Есть только одно объяснение - Варгр загипнотизировал. Ненавязчиво, легко, незаметно. Дерзким поведением, брутальным нахрапом, причём давно, – как минимум века назад, - в забытом, но неизменно счастливом прошлом, которое только сейчас даёт о себе знать.
Полу-прищур угольных глаз едва не лишает рассудка, взгляд, крича о желании, интимно касается чувствительно набухших губ. Горло сдавливает, в лёгких будто заглушка. От нехватки кислорода вокруг плывёт - ещё чуть-чуть, и рухнешь на пол.
Плевать на всё - пусть Варгр или спасёт, или убьёт! Резко сжав пряди в кулаки, Выходцева дёргает голову оборотня назад, и впивается страждущим поцелуем. Бъёрн младший, сама неприступность - застывает, словно каменное изваяние.
Неужели так противно? Отчаяние крепко переплетается с ужасом от поступка. К тому же распахнуть веки и увидеть отвращение в чёрных глазах – смерти подобно. Что ж, назад пути нет! Катя борясь с унижением, горя от стыда – не сдаётся. Уязвлённое самолюбие рвётся наружу. Выходцева набирается смелости и решительно скользит языком по сжатой полосе твёрдого рта… приоткрытым зубам... Неискушённо играет и, проникнув, встречается с языком Варгра.
Когда Катя уже готова сдаться, яркая вспышка ослепляет. Непреступная крепость поддаётся, и стальной оборотень смягчается. Его протяжный низкий стон окатывает фейерверком до селе неизведанных чувств. Бъёрн младший сгребает в объятия. Ноги подкашиваются, Выходцева обмякает - доверяясь рукам того, о ком мечтает. Новые ощущения накатывают, вытеснив злость, обиду, сомнения, зудящие в голове и сердце. Тело предательски откликается, признавая власть Варгра - прижимается, ища ласки, внимания. Что он и дарит... Умопомрачительный восторг на грани экстаза. Таешь будто масло на разгорячённой сковороде. Оборотень сминает, притягивая ближе – убийственным ответом вытесняя писк ускользающего разума:
- Остановись! Беги… Вот твоя истинная погибель…
Что натворила?!.
Катя через не могу выскальзывает из желанного плена и испуганно отскакивает к стене, ища спасения. Дура! Зря показала слабость. Будет только хуже! Душа чуть не выпархивает. Рывок Варгра едва уловим: Выходцева увернуться не успевает, - тупую боль в спине усмиряет хлёсткая волна сладкой истомы – она затапливает, сметая все робкие возражения. Бъёрн младший впечатывает в стену, с лёгкостью приподнимает за ягодицы и ловко протискивается между бёдер. Жалкий вскрик поглощают жадные, настойчивые губы, терзающие с новой силой: первобытной, требовательной, ненасытной. Рот саднит от грубого напора, перекрывшего доступ к кислороду. Варгр не даёт и глотка свободы – наполняет собой, дурманит смертельным поцелуем, стирающим хрупкие преграды сомнений.
По телу бегут разряды, будоража последние спящие частички. Мир преломляется, скукоживается, оставив только обезумевшего от похоти мужчину, бесцеремонно тискающего, изнывающую от страсти женщину.
Бархатное рычание зверя вновь окунает в безбрежный океан чувств. Обхватив крепкий торс ногами, Выходцева прогибается навстречу вожделению – вцепляется в мощные плечи Варгра, пьянея от его жара. Боже! Радость от открывшейся правды лишает здравомыслия. Оборотень хочет... и хочет не меньше...
Вот только где манеры? Замашки неандертальца. Не скрывает возбуждения - усердно пыхтит; подрагивает от нетерпения, тщательно исследуя; не пропускает ни сантиметра тела. О галантности, как пить дать, не слышал - джентльмен из него никудышный... Сжимает так сильно, будто проверяет на прочность и болиустойчивость. И это, чёрт возьми, доводит до экстаза!
От прошибающего молнией восторга хочется орать, но Бъёрн младший затыкает - не выпускает изнасилованных губ ни на миг. Высасывает остатки слабеющей воли - покусывает, вынуждая стенать и извиваться, требовать большего. Блуждающие грубоватые руки иступляют - лишь бы не отпускал, лишь бы не прекращал… Варгр непостижимым образом умудряется зацепить самые осязаемые струнки, о которых и не подозревала - с лету находит эрогенные зоны и с дотошностью исследует. Натиск – обезоруживает. Как успевает добраться до груди, одному богу известно. Вот что значит, умелец «утолять голодное либидо», профи в соблазнении, раздевании... Даже куртка не мешает - распахивает, футболку – задирает, кружево лифа – сдвигает… Оголившуюся плоть, отчаянно жаждущую ещё внимания, сминает… Рычащий, басовитый стон топит в волне удовольствия: острого, полного, неподдельного.