Страница 67 из 150
- Скажи, - не сдерживает любопытства Выходцева, но с предельной деликатностью – не дай бог обидеть: – Тебе волосы не мешают?
- Немного, - густо краснея, признаётся никса. – В воде не ощущалось длины. На суше - сложней, но обстричь не могу.
- Почему?
- Волосы… - ундина запинается. – Жизнь.
- О, - Катя растерянно мотает головой: - Прости!
- Ничего, - мило улыбается Света и скромно опускает взгляд. - Об этом мало кто знает.
- Тогда, может, - несмело предполагает Выходцева, - их заплетать, а то работать мешают…
Ундина втягивает голову в плечи, став совсем миниатюрной. Светло-русые ручейки-локоны струятся вокруг хозяйки, словно живые. Мягкие, шелковистые… На бледном, осунувшемся лице сверкают безбрежные, как океан, глаза и подрагивают заалевшие губы:
- По законам Оаннесии[3]: «Заплести имеет право только та, которая нашла любовь и сделала выбор». Заплести на суше, значит, рискнув жизнью, связать судьбу против воли короля Оаннеса[4].
Катя прикусывает губу. Ничего себе ситуация?! Либо подрезать волосы, и тем самым приблизить смерть, либо для удобства подобрать в прическу, и, следовательно, определиться с суженным. Ограничение с мизерной альтернативой! Свободы ни грамма, ущемление прав… женщин… Эх! Вот так феминистки и появились.
- Екатерина, - звучание собственного полного имени, к тому же на родном языке, вырывает из тягучих мыслей. Никса рассматривает с интересом: - Что тебе до меня? Зачем помогаешь?..
Прикинуться дурой – мало, чем отличиться от Светы с необдуманной выходкой, но врать, выкручиваться бессмысленно – никса не так глупа, как могло показаться вначале. Она на глазах меняется, её аура насыщается необъяснимой силой. Будто неосязаемые потоки могущества и сверхмощи стремительно прибывают, возвращая ундине мудрость, проницательность, ум. Сомневаться в знаниях «долгоживущей» не стоит. К тому же для временного помутнения было смягчающее обстоятельство - неразделенная любовь. Недаром есть афоризм «Умного любовь делает глупым!» Не каждому дано устоять перед ураганом чувств. Разве можно хладнокровно рассуждать, когда подхвачен вихрем столь ярких ощущений - кружишься в бешеном танце жизни, не в силах вырваться на свободу. Наполнен счастьем или нет – неважно. Рассудок отдыхает – главенствуют эмоции. Суметь их обуздать? Подчинить? Дано не многим – точнее, почти никому… Если только бессердечным мёртвым душам, изъеденным желчью и ненавистью.
Логика? Вы о чём?! Голова занята другим – мелким, но таким опьяняющим. Более важное отступает, меркнет, рассеивается, замещается - несущественно, пусто, безрадостно. Любая мысль сводится к одной – будоражащей, вызывающей эйфорию, восторг… Даже величайшему мудрецу не устоять под напором амура. Если уж стрела пронзит, готовься ослепнуть и оглохнуть. Ждут нелепые поступки, решения, фразы, умозаключения, метания, слезы, терзания. Любовь уравнивает всех. Очевидный пример - никса. Вряд ли когда-нибудь выкидывала подобное. Чтобы покорить мужчину, достаточно очаровать голосом, так нет же – идёт сложным путём. Мучительным для души и сердца, нерациональным, с какой точки зрения не взгляни.
Сейчас же, в ундину будто жизнь вдохнули. Здравомыслие вернулось, а неуверенность, зажатость, смущение - испарились. Это читается в глубокой задумчивости синих глаз и спокойных, размеренных жестах. Нет, врать Свете не резон – с лёгкостью раскусит. Разговор с недалёкой простушкой отменяется. Придётся осторожничать - следит за словами…
- Должна уехать, - начинает издалека Катя. - Хочу, чтобы хоть кто-то обрёл счастье… - Как в сказках… Хм, интересно, а где ундина тексты взяла? Попала в клуб «Юных дев, мечтающих о принцах»? Главное, любовь, а остальное - ерунда! - Слушай, - Выходцева на секунду умолкает. – Откуда у никс литература?
Света мрачнеет. Разглядывает, будто пытается считать мысли; узнать - зачем спросила? Стоит ли доверять? Минуту борьбы, внутренних колебаний и лицо смягчается, глаза светлеют:
- Даже если переплыть все моря и океаны, побывать во всех уголках Оаннесании – не найти того, что на суше. – Света горько усмехается: - Меня покорили человеческие качества: неординарность, многогранность, сумбурность, подкрепленные феерическим полётом фантазии. В моём мире всё чётко, размерено, ясно, а у вас… Вот я и жаждала познаний о вашем. Металась, не находила места, применения в своём. Однажды услышала разговор влиятельных особ: «Оаннес не желает убрать с поста тайного хранилища Неруса. Старый хрыч совсем из ума выжил. Лево от права не отличит, а король всё его держит».
- Это кто? – не особо интересно, но разговор лучше поддержать.
- По мне, - расцветает Света: - мудрец, каких свет не видывал. Милый старичок, вечно бубнящий под нос. Торопливый, но неспешный. Немного рассеянный, и в то же время удивительно памятливый. Задай вопрос: что происходит в соседнем городе – может спасовать, а если затронуть тему прошлого, будущего – зайдётся таким рассказом…
- Ведун, что ли? – несмело предполагает Катя.
- Скорее, умный, начитанный. Книжный червь, как многие за спиной его перешептывались. Я, конечно, заинтересовалась, выведала, где хранилище. В нашей стихии разное попадается: корабли тонут, цунами смывает города, затапливает континенты… Эти сокровища попадают нам. В общем, нашла лазейку, пробралась… Оказывается, самое ценное собирали, прятали от чужих глаз во избежание смуты; не будоражить жителей инородным. Так сказать, нет интереса, нет соблазна, нет волнений, нет неповиновения. Драгоценности из золота, серебра, камни, сундуки с монетами; скульптуры; посуда... Но больше всего поразила библиотека…