Прорывая мрак времён

Опасливо оглядываясь, Катя походит к воде и склоняется. На отражённом лице застывает решительность - в глазах читается страх смешанный с отчаянием. Шорох за спиной заставляет сердце неистово забиться. Выхватывая из-за пояса альвийский пистолет, Выходцева оборачивается - змеевидная фигура скрывается за углом. Пересилив ужас, Катя бросается следом. Пещера… Ещё одна… Лабиринты коридоров и больших залов бесконечны: уводят всё ниже; извиваются спиралью, сменяются крутыми подъёмами и резкими спусками. Сгущающийся холод оковывает, мандраж пробирает до костей. За очередным поворотом мелькает тень. Катя замирает, всматриваясь в сумрак коридора – яростная пульсация крови в голове не даёт сосредоточиться…

…Блики от покачивающейся серебристой воды отражаются на обнажённом женском теле. Катя безвольно лежит на алтаре; безропотно принимает участь - сил двинуться нет. На белой коже не выделяется ни жилки. Гигантская змея обвивает кольцами жертвенный камень и победно склоняется над жертвой. Клыки прорывают тонкую плоть - высасывают последние капли крови, даря поцелуй вечности и раскрывая объятия смерти. Сознание меркнет…

Выходцева испуганно просыпается в жутком онемении. Кошмар! Интересно, ожидает такая развязка или это один из возможных вариантов?..

***

В животе урчит - со вчерашнего дня во рту и маковой росинки. Хотя, неправда, виски с Драгором Бъёрном выпила. Хорошо легло, ничего не скажешь. К Варгру приставала; удирая, попала в лапы к ламиям и как итог – упала; разревелась на глазах оборотня; вместо побега уснула в слезах, а что самое чудовищное, «забила» на крылатых кровопийц. Хм, интересно, что за новые твари? Точь-в-точь как «летуны» во сне. Никогда прежде подобных не видела. Может те, о которых говорил Бъёрн старший? Модификация, генетические мутанты?.. Голова продолжает гудеть, мысли разбегаются.

Катя ступает в прихожую и, повинуясь чутью, прислоняется к входной двери - сердце неистово скачет. Душа замирает от каждого шороха в коридоре. Ожидание Варгра - сладостная и мучительная пытка. Уверенные шаги приближаются, гулко разлетаясь по этажу. Обрываются возле номера – теперь тишину нарушает лишь шумное дыхание по ту сторону. Катя на секунду прикрывает глаза. Глупо прижиматься к бездушному дереву – Бъёрн младший знает, что она за ним. Запах оборотня просачивается сквозь малейшие щели, вызывая дрожь. Впустить зверя – плохая идея. К тому же после вчерашнего…

Варгр, словно прочитав мысли-сомнения, негромко стучит. Разум, срывая глотку орёт: «Не делай этого!» Вот только хозяйка глуха с недавних пор. Подрагивающими от волнения пальцами, открывает. Дура! Безотчётно глупая… Зря поддалась. Этот мужчина самый желанный и недосягаемый на свете. Нужно его прогнать и уматывать, пока окончательно себя не потеряла. Катя переводит взгляд на букет в руках Варгра: синие лобелии, жёлтые бегонии, а посередине, точно сердце на пёстром подносе краснеет лилия.

- Где-то уже такие видела, – нарушает молчание. Несмело забирает подарок и с преувеличенным интересом изучает: – Неужели клумбу у соседей ободрал?

Бъёрн младший открыто смеётся:

- Да!

Столь честный ответ окончательно смущает. Выходцева робко кивает:

- Проходи. Нужно поставить цветы в воду!

Идёт на кухню… минует холодильник, приближается к встроенной в шкаф плите и мойке.

Неудобно и щекотливо, по затылку рассыпаются мурашки – позади пыхтит Варгр, но отстаёт, остановившись возле кухонного стола.

- Я, конечно, благодарна, - Катя косится через плечо, теребя зелёный лист бегонии, - но у меня нет вазы. Да и смысла не вижу…

- Окей, можешь выкинуть! – звучит так просто и хлестко, что Выходцева замирает. Резко отворачивается к окну, всматриваясь в соседний коттедж. Разноцветные клумбы, как дома… Прижимает букет к груди. Этот подарок – много болезненных воспоминаний. Вряд ли Варгр хотел расстроить, скорее порадовать.

Дура! Опять погорячилась – обидела. Язык – враг!

Открывает холодильник. Так, что тут у нас? Масло, мясо, сыр, йогурт... Вытаскивает бутылку молока. Выливает в раковину остатки. Ополоснув, набирает воды, умещает «псевдовазу» посередине кухонного стола и с трепетом вставляет букет.

Варгр заметно смягчается – поворачивает ближайший стул и, оседлав, кладёт руки на спинку:

- Как спалось?

Ничего не скажешь - сражает наповал! Заявляется как ни в чём не бывало, и ко всему прочему, «нарцисс цветёт». С ума сойти!

Катя прислоняется к шкафу, скрывая дрожь в теле. Мозг отключается, мыслей ноль. Боже, боже, боже… Что делать?!. Крик улетает в пустоту… Импровизировать! Нужно ждать, когда серая жидкость забурлит. Отвратительное состояние. Расплакаться, что ли, от отчаяния?

- Составишь компанию? – приглушённый собственный голос удивляет. - Я завтракать собралась.

О, чёрт! Что говорит? Гнать Варгра, пока не обдумала дальнейшее.

- С удовольствием, я голоден как… волк. Только хотел узнать, какие у тебя на сегодня планы?

Шутит?.. Какие планы? Оборотень мрачнеет - скулы натягивают кожу, брови сходятся на переносице. В груди неприятно щемит. Пора от сучизма избавляться. Варгр открыт, любезен и мил. С чего на него взъелась? Не нападает, не ругается, не пошлит…

- Просмотр ТВ… – неуверенно предполагает Катя. В дьявольских глазах мелькают лукавые огоньки-смешинки. Разряд, как от электрошокера, пробегает по телу - дыхание перехватывает. – Завтрак без интима с самодовольным типом, которого хочу отблагодарить за спасение…

Провалиться сквозь землю! Ладони нестерпимо зудят, так и хочется двинуть по наглой морде - помочь «милому пёсику» избавиться от самонадеянности.