Страница 55 из 79
Году в восьмидесятом, когда Лара уехала отдохнуть и подлечиться в санаторий, в город приезжали Вера с Георгием и Любой. Общие знакомые страшно сожалели о том, что Ларисы не было в городе. Рассказывали, что Георгий совсем седой, а Вера такая же энергичная. Валентина Фёдоровна сильно сдала, часто болеет. Надя вышла замуж и родила мальчика. Люба выросла очень хорошенькой, похожей на мать, и все время расспрашивала об «Аисе».
Лариса слушала эти рассказы молча. Её интересовали новости о всех членах семьи Иваненко, но она была рада, что сама их не повидала. Ларе не хотелось увидеть взрослую и чужую девушку с дорогим ей именем. Зачем? Каждый вечер перед сном она брала в свою ладонь пухлую ладошку голубоглазой шестилетней толстушки и отправлялась с ней по только им ведомым маршрутам…
Одиночество
Соню разбудил плач братишки. Точнее, плач стал последним сигналом уже просыпавшемуся сознанию. Девочка открыла глаза и улыбнулась, пытаясь припомнить только что прервавшийся сон. Солнце, не вмещаясь в крохотной комнатке, выплескивалось в коридор. Соня, немного повозившись, уселась в кровати, накинув на плечи, как тёплую шубу, одеяло. Теперь вокруг расстилались снежные поля, в белых санях и пушистой шубке юная королевна неслась на волшебный бал, к сказочному принцу…
Малыш кричал уже минуты две, когда Ольга, наконец, заставила себя подняться и подойти к кроватке. Увидев страдальчески сморщившееся лицо сынишки и отяжелевший памперс, она почувствовала острую жалость. Ольга не спала почти всю ночь – до трёх часов маленький плакал, потом, когда он успокоился, мать не могла уснуть, прислушиваясь к дыханию крохи и вспоминая вчерашнюю ссору с мужем и его уход. Под утро она провалилась в тяжёлое забытье, потом в сон без сновидений ворвался плач, но Ольга не хотела просыпаться – еще чуть-чуть, еще немного, совсем немного побыть в небытие и покое, ну почему я, пусть кто-нибудь другой успокоит его, пусть он, он же отец, почему всегда и везде я…
Соня, разнеженная утренней игрой, медленно спустила ноги на любимый старенький ковёр с птичьи узором и начала одеваться. Можно было бы еще поваляться – воскресенье, но сегодня она приглашена на бал…ну, не на бал, но на день рождения Лены, своей лучшей подруги. Прекрасный, чудесный день! Идти в гости – раз, дарить подарок (Соня одинаково горячо любила делать подарки сама и получать их от других) – два, играть у Лены в беспроигрышную лотерею – три, наряжаться в новое платье – четыре, и еще, еще…
Соня натянула майку и брючки и, пританцовывая, побежала в ванную умываться. Из комнаты родителей еще доносился плач братца. Соня заглянула в щелку приоткрытой двери. Мама ходила по комнате с пищащим Васькой на руках. Соне страшно хотелось обнять маму и рассказать о необыкновенном сне, который ей снился всю ночь. Но девочка знала, что сейчас к Ольге лучше не подходить.
Да, в последнее время Соню она любит меньше, чем раньше, до рождения Васи. Правда, иногда мама снова становится доброй и нежной, но редко…Два месяца назад, когда дочка заболела воспалением легких, мама часто садилась с ней рядом, держа Сонину голову у себя на коленях, кормила её мандаринами. И теперь, когда болезнь давным-давно забылась, ушла из памяти вместе с растаявшем на весеннем солнце снегом, Соня помнила только мягкие мамины колени, пахнувшие молоком и Васей, нежные руки и холодные, щипающие язык дольки мандаринов…
Потом, после Сониного выздоровления, мама снова отдалилась. Да, Соня уже большая, она понимает, что маме тяжело с маленьким. Но разве так трудно, проходя мимо, потрепать Сонины кудряшки? Нет, видимо, мама разлюбила свою Софийку! Другое дело – папа. С появлением Васи он стал даже бОльшим другом дочки, чем раньше. Сам вызывался повести её в парк или кино, к морю летом обещает свозить…И сейчас, с утра, было бы неплохо поболтать с ним о морских рыбах и о том, какие брать с собой снасти – Соня обожает рыбалку. Но где же он? В спальне с мамой и Васей его нет. Соня пролетела на кухню, толкнув двери в ванную и туалет, но нигде не нашла отца.
«Соня топает, как слон…Сейчас Ваську разбудит» - раздраженно подумала Ольга. Но наевшийся Васька, похоже, заснул крепко. Ольга уложила малыша в кроватку и отправилась на кухню, прислушалась к звуками из ванной (Соня умывается), поставила на плиту чайник и тяжело опустилась на стул. На подоконнике – полная окурков пепельница, результат вчерашней ссоры. Ссоры? Какой по счёту? А, может, это – разрыв? В кухню заскочила Соня – румяная, с мокрыми волосами…
Умываясь, Соня услышала, что мама отправилась на кухню. Наскоро вытерев лицо, девочка заторопилась к матери – узнать, куда делся папа. Но вбежав на кухню, она увидела ссутулившуюся худую спину Ольги и почему-то заговорила совсем о другом, не таком уж важном…
- Мама, а ты погладила мое новое платье? Уже девять, мне пора собираться!
Сонин голос резко прозвенел в тишине кухни.
- Ты что кричишь, хочешь разбудить Васю? – зло прошипела Ольга, - здоровая девчонка, а сама себе платье прогладить не можешь! Лентяйка!