Тридцать один 3. Властелин

– Молчи и слушай, – остановил старый гном. – Я совершил большую ошибку. Думал, что для свержения Властелина хороши любые способы, поэтому принял помощь хранителя власти. Глупо? Еще как глупо, чтобы у меня тиски заклинило и шпандырь соскочил. Он оказался слишком хитёр для меня. Делился только тем, что помогало свергнуть Властелина, утаивая остальное. Я узнал о поглотителях магии до того, как они пошли в поход на Чёрную империю, и начал строить машину. Поглощённая ими магия должна была вернуться обратно в источник магии и наполнить его до краёв, но я решил использовать её против своего врага. Главное, было закрыть Отдельный мир, чтобы не дать поглотителям вернуться и снова стать Властелином, – он задумчиво потёр нос. – Чтобы работа шла быстрее, хранитель власти дал мне в помощь гомункулов. Одну часть машины мы укрыли в чистилище, а вторую в междумирье. Я почти закончил, когда началось вторжение, но настраивал уже во время войны. Пришлось даже поймать одного поглотителя, чтобы научить машину перехватывать энергию.

Дагар ткнул клещами в тетрадь. Рядом со схемой источника магии было нарисовано грандиозное механическое чудище, на которое указывали синие ветвистые линии, похожие на волны.

– Видишь! – воскликнул старый гном. – Энергия перерабатывалась в машине и опутывала Отдельный мир. Она ничего не пускала внутрь, но не мешала вытягивать из источника магии последние соки.

– Нам это известно, – не выдержал хранитель духа.

Дагар скривился.

– Я одержал верх над Властелином, а торжествовали маги! Хранителям досталась свобода, а мне? Властелин выжил, и я не получил ничего! Почему? Я долго гадал, пока не понял, что-то держит Властелина в замке на Белой горе, какой-то могущественный артефакт. Что ты оставил в Зале семерых?

Он вперился в меня красным глазом, и я невольно отступил на шаг, чуть не налетев на стол с заготовками.

– Не знаю точно. Вроде какая-то монета.

– Закуй-перекуй! Монета. Ладно, я, а что получили тридцать миров? Стало только хуже. Машина превратила всех в рабов магии, – проговорил он. – К счастью, её можно отключить. Жаль, что ключи достались не пойми кому. Рог поглотителя захапал Эраст Победитель.

– Как? – удивился я.

– Так! – передразнил старый гном. – Эраст догадался, что хранитель власти рано или поздно приберёт все ключи, поэтому приказал выставить во дворце слепок рога, а настоящий передать на хранение оборотням. Думал, никто не догадается его там искать, хы! Хотел перехитрить хранителя власти, чаропшик надутый. Только его так просто вокруг пальца не обведешь. Он бы собрал все ключи, если бы хранитель силы не спрятал кольцо холода и не загремел в междумирье.

– Слышал!

– Хм, – крякнул Дагар. – Умный шибко, поддавайло неотесанный? – он недовольно передёрнул железными плечами. – Я рассказал обо всём этом Константину, но только после того, как меня попросил Император.

В кузне наступила гробовая тишина. Казалось, даже неугасаемый огонь в горне затих.

– Император? – закричал шаман.

– Дошло, болванка тугодумная, – усмехнулся старый гном. – Магистрат сам хочет открыть Отдельный мир.

– Но зачем? – опешил я.

– Чтобы потом закрыть все умирающие миры: Стародол, Благодатные земли, Блэк Бук вместе с тобой и поглотителями магии. Заодно туда переселят блёклых, и ловушка захлопнется. Вы станете дровами! Ваши силами пополнят угасающий источник магии, а колдуны продолжат жить так, как привыкли.

У меня похолодела спина.

– Вы с ними заодно?

– Нет, – проворчал Дагар, – иначе бы не откровенничал с тобой, – он шумно захлопнул тетрадь и наклонился ко мне. – У меня свой план, подкова ты гнутая.

Старый гном поднял трубку, открутил и снял крышку табачной камеры. Поставил вместо неё другую, похожую на ярко раскрашенную морду волка с оскаленной пастью, вылезшими из орбит глазами и торчащим языком. Меня даже передернуло, вылитая маска, что Оливье получил от шамана.

Дагар набил трубку табаком и закурил.

Я терпеливо ждал. Дым заполнял кузню. У меня начали слезиться глаза и чесаться губы. Хранители на моих плечах принялись безостановочно зевать, а старый гном усмехался в бороду и выпускал дымные кольца. Крышка табачной камеры переливалась и светилась, а на морде волка сверкали красные глаза.

Я закрыл лицо руками, пытаясь не дышать. Под веки будто насыпали песка, а пересохший рот стянуло от сухости.

– Баю-баюшки-баю, выродки, – прошептал Дагар.

Хранители мирно спали, подложив руки под серые морды.

– Теперь слушай, – объявил он. – Твой единственный шанс остаться самим собой, не идти в зал Семерых.

Я удивлённо оглядывался на собственные плечи.

– Меня должен кто-то заменить?

– Кто? Издеваешься? Разве есть достойные, или ты кого-нибудь знаешь? – старый гном зловеще засмеялся. – Нету! Любой рано или поздно пропитается властью и станет её рабом.