Страница 16 из 29
Мы поднялись с диванов почти довольными, на миг забыв о проблемах и предательствах, о том, кто кому нужен, а кем можно и пожертвовать.
– Где будет удобнее? – озираясь, уточнил я.
– В саду много свободного места, и ты никому не навредишь.
– Да, да, пожалуйста, – вмешался Огородник. – Будьте как дома, – он закивал головой и повернулся к Оксане. – Вам я покажу комнаты, а сам поковыряюсь в земле. Когда слуги разбежались, я ощутил родство с каждым кустиком. Это так успокаивает.
Я пожал плечами, у всех свои причуды. Хотел выйти во двор, но остановился у лестницы. В очищенной от паутины нише сверкал странный костюм, чем-то напоминающий латы доблестного предка, гордо хранящиеся в некоторых семьях веками. Железный панцирь закрывал плечи и грудь, а живот, спину и ноги прятала тонкая, но очень плотная кольчуга в пол. Нелепый вытянутый шлем больше напоминал шляпу с вуалью, которую заменяла мелкая решетка защищающая лицо и шею. Но больше удивило очень длинное копьё с раздвоенным загнутым остриём.
– Для чего оно? – спросил я.
Огородник опустил глаза.
– Мой предок был блёклым, – признался он, – но талантливым. Он сделал этот фрукторез, чтобы снимать зрелые плоды с высоких деревьев, а костюм создал для защиты.
– От фруктов? – усмехнулся Оливье.
– Семисветские осы даже в такой броне сделают дыру.
Хранитель вкуса хрипло втянул воздух, подавившись смешком, а я поспешил откланяться, пока мои замечательные советники не подлили ещё больше масла в огонь.
– Спасибо, – проговорил я, и, уже со знанием дела осмотрев панцирь и фрукторез, вышел из дома.
Ирина всё ещё гуляла в сопровождении голема. Обернувшись на дверной скрип, она взглянула на меня и подмигнула.
– Начнём с дыхания, – пророкотал шаман, но я его перебил:
– Обязательно, только через две минуты.
Я бросился через сад, махая рукой каждый раз, как он пытался что-то сказать.
Дорожка резко повернула, и я чуть не налетел на голема. Волшебница недовольно сморщилась и затянула меня за разросшийся колючий куст, чтобы не было видно из дома.
– Зачем пришёл? – вспыхнула она. – Ты всё испортишь! Если предатель нас увидит…
– Кто? – оторопел я, и все хранители повернулись в мою сторону.
Ирина надула губы.
– Я всё перепроверила и пересчитала – это он их убил, больше некому.
Шесть красных глаз с моих плеч уставились на неё.
– Но Оксана ему верит, – вздохнул я.
– И что? – удивилась волшебница. – Простим его и отпустим на все четыре стороны? – она покачала головой. – Он убил троих магов, а может, и больше.
– Но она его любит, – совсем расстроился я.
– Как? – передёрнула плечами Ирина.
– Очень-очень, – нахмурился я.
– Да о ком вы говорите? – не выдержал голем.
Теперь хранители обернулись в его сторону.
– Об Огороднике, конечно, – бросила волшебница.
– А я думал о Константине, – стушевался я.
– Меньше думай, тебе вредно, – загоготал Оливье, но подавился и затих.
Он уже не смел издеваться надо мной так нагло, как раньше.
Ирина приблизилась вплотную и зашептала мне на ухо.
– Я не знаю, зачем он это сделал, но сомнений нет. Теперь он, скорее всего, устроит слежку за тобой.
– Зачем? – сглотнул я.
– Узнаем, – пообещала волшебница. – Пока он будет следить за тобой, я буду следить за ним.
– А что делать мне? – растерялся я.
– Ничего.
Ирина отодвинулась от меня и выглянула из-за куста.
– Делай то, что собирался, об остальном я позабочусь.
Она махнула Евлампию, и они двинулись по дорожке.
– Жалко магичку, – протянул хранитель вкуса, – вместе с волшебством её покинул разум.
Я только плечами передёрнул. Пока не пойму, что она затеяла, но всё равно верю. Пусть делает то, что задумала, а я займусь своими делами.
– С чего начнём? – спросил я, стараясь не смотреть на удаляющуюся Ирину.
– С дыхания, – повторил шаман.
– Во-во, а то дышит кое-как. Рот неправильно разевает, – согласился Оливье, – а потом жалуется, что цепь давит.