Страница 131 из 207
- Господи, Лен, я ничего вкуснее не пробовал. - Не хотелось вообще ни о чем говорить, но и смолчать - не мог, когда оторвался...
В этот раз не было торопливости и сумасшедшего бега, прочь от неизвестности, вдогонку за надеждой, что только мерещится. Каждый вздох - как открытие, каждое легкое касание - новый шаг навстречу, к познанию того, как бывает, как может быть, и так хочется, чтобы случилось... Она, не спеша, раскрывалась, а я, так же неторопливо, исследовал, оттягивая момент, когда вместе нырнем в глубину, провалимся в жаркую темноту, откуда уже никогда не вернемся - прежними...
Какая-то терпкая нежность не позволяла расслабиться, отпустить на волю все то, что внутри копилось, чтобы не обжечь, не спугнуть, не оттолкнуть... Кажется, получалось...
Уснули под утро, на том же несчастном диване, под невнятное бормотание телевизора, который, кажется, в пятый раз повторял засмотренную до дыр "Иронию..."
А проснулся один. От того, что стало холодно и неуютно, поводил вокруг себя рукой - пусто, и сон как рукой сняло. Ленкино тепло очень быстро превратилось в необходимый залог покоя и расслабленности. Пропало оно - и накрыла нервозность.
Подскочил, заметался по квартире в поисках... Достаточно быстро нашел: она сидела на кухне, умытая и одетая, прихлебывала кофе и что-то рассматривала на телефоне. Почувствовала, что я встал в дверях, молча наблюдая, вскинула глаза, сдержанно улыбнулась:
- О, привет! Вернее, доброе утро. Ты почему не спишь? Я не рассчитывала, что так рано встанешь, думала - ждать придется не один час...
- Привет. А сама чего так рано подпрыгнула? Думала сбежать, не прощаясь?
У меня были совсем другие планы, и ее, полностью готовая к выходу, бодрость несколько... рассердила. Если это можно так назвать.
- Нет. Я как раз дожидалась, пока проснешься. Ты же сам говорил - пока не откроешь все замки, шансов отсюда выбраться нет. А проснулась от того, что было очень жарко. Хотела плед скинуть, а ты не давал - кутал постоянно. Повоевала с тобой, потом надоело, и я решила уже вставать...
- Забавно. А я встал потому, что стало холодно. Получается, что мешал тебе? Извини.
- Да не нужно извиняться. Обычно ничто не может помешать, если я сплю - и пушкой не поднимешь. Не парься.
Взаимные расшаркивания - это, конечно, хорошо. Меня другое волнует:
- Почему, вдруг, уходить-то собралась? Я виноват? Что не так сделал?
Глаза опустила, зачертила пальцами по столу, обводя узоры на скатерти...
- Ты в этот раз ни при чем. К родителям нужно ехать. Маетно, все-таки, нужно что- то решать.
- Точно? Может, зацепил чем, нечаянно, а говорить не хочешь?
- Блин, Паш! Мир не только вокруг тебя вертится, понимаешь? Я тут расслабляюсь, а им - хреново. И праздника для них давно уже нет, ни вчера, ни сегодня, ни завтра. Сначала обиделась, конечно, а все равно - не могу не думать.
Мученически нахмурила брови. И я поверил: ей, действительно, стыдно и больно, и уже себя казнит. Не понимаю. Они ее с оказанной помощью, практически, на хрен послали, а она - мается. Пипец.
Все это высказал вслух, не выдержал. Присел рядом, обняв за плечи, осторожно, проверяя вдруг, все прошло уже, или пригрезилось? Нет, среагировала нормально - не отдернулась. Даже чашку свою подвинула:
- Хочешь, поделюсь? Правда, уже не очень горячий...
Отхлебнул. Вообще, такой не люблю, чай - вкуснее, но разве я дурак - отказываться? Если она что-то предлагает, нужно обязательно брать. Второй раз можно и не дождаться...
- Ну, послали, и что? Тебя, если кто пошлёт, сразу побежишь в этом направлении? Сомневаюсь. Вернешься, разберешься, в лоб заедешь, а там решишь - кто, куда и с какой скоростью пойдёт. Правильно?
Только хмыкнул, соглашаясь...
- Так хорошо разбираешься во мне? Когда успела?
- Да что тут сложного? Сама такая. Ну, представь, твоя мама или сестра так начнут поступать, ты руки сложишь, согласишься, а потом простить себе не сможешь?
- Почему это не смогу простить? Да запросто.
- Да не ври ты, ни мне, ни себе. У вас клан такой, что можно позавидовать. Другой бы Вадима притряхнул уже и здороваться перестал, а ты до сих пор общаешься.
- Ну, здесь можно поспорить...
- Не надо. Не хочу об этом больше. Сейчас другие проблемы важнее.
- И что ты собираешься делать?
- Пока не знаю. На месте посмотрю. Надо понять, что у них происходит, сто лет не была, только по их рассказам знаю. Может быть, чего-то не говорят. Как подумаю - страшно становится, всякое в голову лезет...
- Хочешь, поеду с тобой, для моральной поддержки? Да и проще будет, если на машине отвезу, чем самой добираться. Кстати, как далеко ехать-то?