Страница 52 из 107
- А я скажу, - снова вступила леди Айрин. – Звереныш катался на шторе, пока меня тут не было. Забирался наверх, цеплялся когтями – и ехал вниз. Интересно, кто его пустил ко мне в спальню?
- Не я. Где он? Что с ним? – Эмилия кинулась к выходу, но Мартин не позволил ей уйти.
- Стоять, - приказал он таким тоном, что она не посмела ослушаться. – Ло с няней, с ним все в порядке. И это ты приказала горничной забрать его, около часа назад.
- Нет! Это неправда… это…
- Хватит. Я не хочу слушать оправдания.
Эмилия до боли сжала кулаки. Она поняла – до Мартина сейчас не достучаться. Что бы она не сказала, что бы не сделала – он назначил виноватого. Виноватую. То есть ее. Его темные глаза еще больше потемнели – как небо во время грозы. Он смотрел на нее в упор – и не видел.
- Но… - Эмилия все же попыталась еще раз, но Мартин сразу же ее перебил.
- Замолчи. И слушай меня. Ты ведешь себя, как ребенок. Поэтому я накажу тебя, как ребенка.
Эмилия побледнела и вскинула подбородок.
- Выпорешь? – процедила она, свирепея.
- Нет. Поставлю в угол, - Мартин недобро усмехнулся.
- Иди к черту! – выпалила Эмилия. – Ты совсем ненормальный!
- Милочка, потише, - сказала леди Айрин. – Лично я с удовольствием наказала бы вас розгами. Но, увы, не в моей власти решать.
- Попробуйте меня хоть пальцем тронуть!
- И что? – спокойно спросил Мартин. – Что ты сделаешь?
Это был нечестный удар – неожиданный, под дых.
И возразить нечего. Эмилия и до этого момента знала о своей уязвимости, но сейчас, почувствовав полную беспомощность, пришла в отчаяние. Да, если Мартин захочет – он ее выпорет, как маленького ребенка. И разбираться не будет. Она не виновата! Только в том, что была слишком самоуверенной и недооценила противника. Ее подставили, и ничего нельзя изменить.
- Эмилия, ты будешь наказана, - Мартин подтвердил, что она не ошибается в выводах. – Вопрос лишь в том, пойдешь ли ты в угол добровольно или я тебя все же выпорю.
- Предатель… - прошептала Эмилия. – Где этот… угол?
Ее душили слезы, но плакать сейчас нельзя. Мартин устроил представление при матери, и от этого обида ощущалась особенно остро. Он хочет унизить ее перед всей семьей. Ладно. Пусть. Она сама решила не выдавать Флоренс. Она переживет унижение. Проигранная битва – не проигранная война.
- Пойдем.
Она не позволила Мартину дотронуться до себя. И шла сама – гордо вскинув голову и борясь со слезами. Она предполагала, что унижение будет публичным, но муж привел ее в кабинет, указал на угол и оставил одну.
Эмилия простояла там целый час. Все силы уходили на то, чтобы не расплакаться. Даже о мести думать не хотелось. Когда Мартин вернулся и позволил уйти, она убежала к себе в комнату, надеясь, что муж сдержит обещание и не войдет туда без разрешения. Там она и наревелась вволю.
Мартин стучал. Просил позволения войти. Предлагал принести поесть. Эмилия не отвечала. Она сидела, обхватив руками подушку, плакала и корила себя за глупость. Почему она согласилась на эту авантюру? Зачем? Дура!
Она вышла из комнаты поздно ночью, сжимая в руке ножницы, найденные в ящике стола. Очень удачно. Дом уже спал – тихо, темно. До спальни она добралась без проблем. Проскользнула внутрь. Мартин лежал на животе. И снова повезло. Она прислушалась – дышит ровно и глубоко.
Осторожно забравшись на кровать, Эмилия щелкнула ножницами, отрезая мужу косицу. Она ведет себя, как ребенок? Отлично. Вот еще один детский поступок.