Страница 6 из 69
– Отставить, Хьюго, – негромко сказал рыжий великан.
Его слова потонули в общем шуме. Но рябой матрос сразу же отпустил Джонни. Когда горец, не веря своим глазам и ушам, вновь оказался на палубе, капитан насмешливо сказал:
– Кто я такой, чтобы вставать поперёк пути такого горячего сердца? Если ты считаешь, что «Грифон» приведёт тебя в желанную гавань, то я могу лишь приветствовать нового матроса на его борту.
Внезапно маленькие глазки капитана вспыхнули огнём и прожгли Джонни насквозь. Лицо хозяина «Грифона» стало необыкновенно серьёзным.
Так Джонни стал членом команды «Грифона».
Какое-то время он с отрешённым видом смотрел на суетливых матросов, пассажиров с важными лицами и толпу провожающих на пристани. Но вот раздалась команда, на борт затащили трап, подняли паруса. И Джонни понял, что это всё – последние его мгновения на Годгоррате! Никогда ему больше не увидеть заснеженных пиков, милые леса, обрыдлые, но знакомые лица соплеменников, и родную пещеру…
Вдруг кто-то из толпы провожающих зычно выкрикнул его имя. Джонни приник к борту. На причале в плотном окружении зевак стоял, размахивая руками, человек. Горец тотчас же узнал в нём охотника из обоза. Встретившись взглядом с Джонни, охотник весьма нелюбезно растолкал вокруг себя людей, широко размахнулся и кинул к горцу увесистый мешок. Джонни ловко поймал его на лету.
– От Кагрецу! – раздалось с причала.
Горец вновь посмотрел вниз. Но человек уже растворился в толпе.
Позже, когда ветер раздул паруса, а от Годгоррата осталась едва заметная тёмная полоска, Джонни развязал горловину мешка. В нём он нашёл два добротных кусмана солёного сала, четыре большие полоски валенного мяса, несколько горстей чернослива, крепкий кинжал и грубую льняную рубашку со штанами. Это был прощальный подарок Кагрецу.