Страница 4 из 69
– Куда?! Куда они направились?! – прокричал Джонни.
– В порт! – тоже перешёл на крик Забияка.
Такое непочтительное отношение сильно задело самолюбие Уальда. Он замахнулся, чтобы отвесить сочную затрещину наглецу. Но прежде чем рука опустилась на лоб Джонни, Забияка получил сильный удар по носу. Драчун, крякнув от удивления, тяжело плюхнулся задом на землю, непонимающе пуча маленькие свиные глазки. И носа Забияки густым потоком шла кровь. Но Джонни было плевать на Уальда и его нос. Он решительно повернул к своей пещере, чтобы покинуть её навсегда…
Кагрецу беспокойно ходил по пещере, со злобным недоумением поглядывая на собирающего свои пожитки Джонни. На улице ревел разъярённый Уальд, пытаясь вырваться из цепких рук нескольких верещащих женщин.
– Ты точно решил?! – прошипел старик у самого уха горца.
Джонни не ответил, продолжая набивать вещами мешок. Его голову занимали совсем другие мысли.
– Там, вне Волчьего Дола, не пахнет пирогами с зайчатиной, а дурни, вроде нашего Уальда, решают споры не кулаками, а мечом…
Старик постарался придать своему голосу максимальную зловещесть. Но горец не удостоил его реплику и поворотом головы.
Старик молча уставился на своенравного юнца. В подёрнутых мутной дымкой старческих глазах появилось подобие испуга.
Наконец, старик сдался. Выходя из пещеры, он упавшим голосом бросил:
– Завтра, в первой половине дня, отряд охотников повезёт партию пушнины в порт. Прибейся к их обозу.
– Да, отец-наставник… – чуть слышно отозвался Джонни, когда старик покинул пещеру.
– 2 –
У трактира собралась толпа зевак. Жители посёлка провожали обоз с пушниной. Но рядовое событие на этот раз привлекло куда больше внимания, чем обычно. Виновником столпотворения стал Джонни, отправлявшийся вместе с обозом в порт. Даже драчуны Мёкки и Лёкки на миг забыли про недавние склоки, сверля Джонни своими опухшими красными глазками. «Шашни с мертвячкой», удивительная победа над Забиякой и его неожиданное желание покинуть посёлок возбудили у жителей Волчьего Дола невиданный интерес. Люди искали повод подойти к повозкам. Одни деланно осматривали тюки с товаром, другие заводили пустые разговоры с возничими, стараясь как можно ближе оказаться к объекту слухов и жарких сплетен. Никогда ещё Джонни не ловил на себе столько любопытных, испытующих, опасливых, любопытных, недоверчивых, насмешливых и удивлённых взглядов. При этом никто из них не пытался его расспросить напрямую. Для своих соплеменников Джонни стал непонятен, загадочен, чужд и даже опасен. Что в голове у человека, связавшегося с мертвячкой, человек ли он после этого? А как заморыш смог одолеть силача Уальда?! Без помощи магии Проклятых тут точно не обошлось! Когда обоз тронулся, толпа наконец не выдержала, и вслед Джонни понёсся поток насмешек, ругани, вопросов и упрёков.
– Джонни, ты решил податься в пираты?!
– Эй, Клокун, а кто теперь будет убирать навоз?!
– Катись к чёрту, уродец!
– Джонни, я хочу от тебя детей! Ахахаха!
– Эй, Джонни, как мертвячка в постели?!
Глядя на этих улюлюкающих, упивающихся своим невежеством людей, Джонни понял, что его с ними никогда ничего не связывало. Он жил среди них, как чужак, и уходил, как чужак. Он не чувствовал сожаления и горечи расставания. Когда за поворотом скрылась последняя сторожевая башня, горец облегчённо вздохнул и обессилено упал спиной на тюки с пушниной.
– 3 –
Путешествие до порта заняло 2 дня. Всё это время горец либо сидел на повозках, либо шёл рядом с ними. Его соплеменники не делали попыток с ним заговорить, лишь украдкой бросая на него косые недоверчивые взгляды. Джонни это нисколько не обижало. Всё мысли горца занимала встреча с портом и будущие поиски Мэг. Где найти девушку в порту? Успел ли отплыть её корабль? Но Уальд не сказал, что отряд Проклятых собирается куда-то плыть… А что если порт – это просто место их очередной стоянки? Тогда куда они могли направиться, к Орлам, Кабанам или совсем свернуть в неприступные дебри Годгоррата?! Вопросы и тревожные догадки терзали голову горца, не давая думать ни о чём другом.
Обоз достиг порта на третий день пути. Джонни почувствовал его приближение по солёному запаху моря, терпкой смоле и гниющей рыбы. Вот показался низенький ров, хлипкий частокол и распахнутые дощатые ворота с двумя краснорожими стражниками.
Воины с копьями лениво переговаривались друг с другом. Три повозки, быки и Джонни с охотниками не вызвали у них ни капли внимания. Когда они пресекали ворота, до уха горца дошли обрывки их разговора. Один страж жаловался на «баланс», а другой клял «донат», не позволяющий ему купить нормальную кольчугу. Горец не имел представления, что такое «баланс» и «донат». Но в его дальнейших странствиях ему ещё не раз приходилось слышать эти странные слова.
Порт встретил горца оглушающим гомоном сотен людей и незнакомыми пугающими запахами и звуками. Кого только здесь не было: смуглые люди в странных шароварах, изнеженные вельможи в дорогих мехах, нищие в лохмотьях, воины с огрубелыми каменными лицами, суровые горцы в кожаных куртках, пропахшие потом и солью матросы бандитской наружности. И все они кричали, поучали, спорили, ругались, торговали, приветствовали, прощались. К их несусветному гомону присоединялось блеянье, ржанье, визг, клёкот, мычанье. У Джонни, привыкшего к размеренной жизни тихой жизни Волчьего посёлка, невольно закружилась голова…
Но более всего горца поразил трёхмачтовый чудо-корабль, пришвартованный у самой кромки причала. Парусник достигал добрых 150 локтей в длину и не менее 50 в высоту. На его фоне галеры и ладьи, качающиеся на воде рядом с ним, казались детскими игрушками. За широкими бортами красавца щерились грозные катапульты, на мачтах дерзко развевались яркие флажки, нос гиганта украшал вырубленный из цельного дерева чешуйчатый зверь с оскаленной пастью. Настоящий морской монстр!