Страница 22 из 40
Утопив труп, я сделал то, что хотел в начале этого дня - выпить. Я достал другую бутылку виски и отхлебнул из горла. Много выпивать мне нельзя, причин на это у меня всегда хватало. Меня смогла одолеть баба. Притом, что она младше меня всего на десять лет. Большее унижение в этой жизни это то, что я работаю на Сэла Маркано. Рабочий день закончился по-обычному: Альма рассказала про удачные операции и про замечательную выручку, а Джон как всегда отчитался за всех своих ребят.
Домой я в этот раз пошел пешком, после пережитого мне надо было проветриться. Машину оставил там, где она была с утра. Возвращался домой, как обычно, выкуривая сигарету. Благо до дома было рукой подать. Вернулся домой уже в темное время. Адриана встретила меня как всегда объятием.
- Что случилось с щекой?
- Подрался с одним отморозком.
- Он что был с ножом?
- Да. Где Виргилио?
- У себя в комнате. Я его еще никогда не видела таким радостным! Такое чувство, что он стал национальным героем.
- Чтож, я узнаю.
- Да, будь добр Витторио.
Выкинув потухший окурок, я отправился в комнату Вирго. Разговор нам предстоял серьезный. Я открыл дверь в его комнату и вошел внутрь. Сын сидел на кровати в расстегнутой жилетке и пил из горла свифт-колу, не каждый день его можно было увидеть с этим напитком, а для меня вообще в первый раз. Тони любил колу и пил ее часто, а вот Вирго ничего подобного не пил.
- Как дела герой? - с усмешкой спросил у сына.
- Привет пап, я ждал тебя. - отвлекся от распития он.
- Ну, оно и понятно. Сегодня произошло очень запоминающееся событие.
- Да, очень папочка запоминается, я тебя сегодня от смерти спас! - прошептал он, прекрасно понимая, что Адриана может услышать.
- Да, это так. Как ты после всего этого? Ты же ее чуть не убил.
- Нормально, немного тяжелее врезал, чем школьным задирам.
- Ха-ха-ха, да уж наслышан о твоих школьных подвигах.
- И как ты к этому относишься пап? Мама не приемлет драки.
- Если за дело, то правильно все.
- Вот ты понимаешь, и Тони понимает. А мать у меня как в Библии - врежут в правую сторону, а она подставит левую.
- А насчет будущего она тебя не давит?
- Хочет, чтобы я пошел работать куда-то на тихую работу. А мирная работа это не для меня! А мама все пытается меня убедить в обратном.
- Такова их природа. Тут уж ничего не поделаешь сын. Вот моя мама, вот она давила сильно. Я в тот день чуть не стал грузчиком.
- Прессовала?
- Можно сказать и так. Слушай, будущее у каждого свое. И какое оно будет, никто не знает.
- Даже такой как ты не знаешь?
- Даже я. Я может завтра, в мусорном баке с отрубленными руками буду валяться.
- Ну знаешь если говорить о том почему я получил репутацию громилы в школе, то тут все просто: всякие пустоголовые старшеклассники постоянно пользуются тем что младшие за себя не могут постоять. Один из этих уродов нарисовал фингал у Тони на глазу. Я ему тогда со всей дури зубы повыбивал.
- Ты молодец. То, что Тони не смог за себя постоять это плохо. Но вы с ним едины. Запомни на будущее Вирго: единство создано для того чтобы защитить слабого от произвола сильного.
- Принцип нашего сицилийского рода.
- Не только сицилийского, а всего итальянского.
- Тот раз, когда я вступился за брата, был единственный, раз, когда мама похвалила меня за то, что я начистил рожу отморозку.
- Ты молодец Вирго. Ты настоящий сицилиец, настоящий итальянец. Семья это главное. Спасибо тебе за то, что не дал старухе с косой забрать меня.
- За тебя горой пап. За брата, за маму! Но слушай пап, я нашел фотографию одну старую. Ты там вместе с какой-то девкой, которая с косой.
- Ты хочешь знать кто это?
- А почему бы я тогда спрашивал?
- Это твоя тетка. Франческа Скалетта, ныне Рейли.
- У тебя есть сестра?
- Была когда-то, как и отец, как и мать. Сейчас у меня никого нет из вышеперечисленных.
- О, я бы и не подумал, что она умерла... - вздрогнул Вирго.
- Да нет, - вздохнул я, - Она жива. Живет в Эмпайр-Бэе, в Маленькой Италии, все в той же старой квартире в которую мы поселились после Сицилии.
- Если она жива, какого черта я ее не знаю?
- Она тоже тебя не знает. Мы с ней не общаемся. Она от меня отреклась.
- Почему? - с заметной вспышкой гнева спросил Виргилио.
- Да потому что ее избивал муж, этот ирландский ублюдок Эрик Рейли. Она сама ко мне пришла, попросила поговорить с ним по-мужски. Выяснилось что он ее бил, изменял, пьянствовал.
- Ублюдок! Всегда знал, что ирландцы нелюди! А что было дальше?
- Дальше? А дальше я как любящий брат отправился к Эрику и "поговорил" с ним. Ну как поговорил - показал, как это бить женщин. Он вернулся домой с парой фингалов. Она с претензиями ко мне. Я ей сказал, что в следующий раз покараю сильно. А она сказала мне держаться подальше.
- Нихрена себе! И это все?
- Нет Вирго, не все. Когда я собрался жениться на твоей маме, я не собирался устраивать суперпопойку, просто церковь, ЗАГС и все. Но я хотел видеть там сестру. Прислал приглашение, она не пришла. Потом родился Тони, надо было крестить, я хотел, чтобы матерью крестной стала она. Прислал, она не явилась. Я уже был крайне зол. Но когда родился ты, твоя мама попросила, считай со слезами о том, чтобы я дал последний шанс сестре. Я знал, что все кончится плохо, но ради твоей мамы пошел на компромисс и написал ей новое приглашение, ну и письмо конечно. Но приглашение с письмом пришли обратно, а на обратной стороне листа, она написала в очень резких тонах отказ, а еще полностью заглавными буквами написала в конце "ТЫ МНЕ БОЛЬШЕ НЕ БРАТ".
- Ну бл*дь! - затянуто произнес мой сын.
Еще одно новое событие, мой сын впервые произнес мат.
- Знаешь Вирго. Вот если бы я был как все, то я бы тебя выпорол за такое. Но ты прав полностью. Если бы она знала, на что я шел ради нее и матери, она бы попридержала свой язык.
- А что с ней сейчас?
- Как я и сказал - жива. Подробностей не знаю.
- А то письмо ты сжег?
- Это уже личное сынок. Этого я тебе не скажу.
- Понимаю, у каждого свои скелеты в шкафу.
- Да. Кстати, с каких это пор ты пьешь колу?
- С сегодня. Я ее не пью почти. Она такая сладкая, что от нее диабет легко заработать.
- Ладно. О нашем разговоре не слова. Мама же не знает?
- Не знает пап. Я тебя не сдал. Знает только Тони. Но он будет молчать.
- Хорошо. Но ловлю на слове. Удачи мужик.
Я протянул ему руку. Виргилио понял, что именно это рукопожатие знак уважения, и он с радостью мне ответил и даже приобнял. Не самый плохой день в моей жизни пускай меня и пытались убить. - с этой мыслью я покинул комнату сына. Адриана сидела на кухне за столом и пила кофе из маленькой чашечки.
- Ну что там Вито?
- Вирго был рад, что мы всей семьей собрались вчера. Что тут еще говорить.
- Но ведь это не единственная причина еще радости?
- Конечно же, нет. Я ему обещал подарок. А он и радуется от этого.
- И что же за подарок?
- Настоящий сицилийский обрез ну и немного кушаний с нашей исторической родины. Адди, я заработал достаточно денег, чтобы мы переехали жить в более приемлемое жилье. Годы работы не прошли даром.
Адриана снова расцвела в своей улыбке.
- Хорошие новости дорогой. Счастье не измерить ничем.
- Но и это еще не все Адриана. Ты же у нас швея. А потому я думаю подарить тебе небольшую швейку. Дом это хорошо, но в отдельном месте для шитья все, же комфортнее.
- Когда?
- Как можно скоро. Но только далеко мы все равно не двинемся. Я дальше этого района так и не смог продвинуться. Конкурентов много.
Я оправдывался, как только мог и это при том факте, что у итальянцев в семье глава семьи это мужчина. А глава не должен отчитываться. Только люди побывавшие в подобной шкуре могут понять как сильно изменяет все внутри.
Наступил 1968-й год. Казалось бы, прошел всего лишь год, но событий было хоть отбавляй: Маркано решил расширять границы своей империи, конкретно его интересовала Германия. Эта страна пускай, и была родиной нацизма, но во многом знала толк. Например, в оружии, технике, а их Роллеры были на равных этапах нашей Делизии.
Понятное дело, что кроме толкания героина на улицах только окрепшей после войны страны, он планировал контрабанду машин и лекарств. И пускай каждый свой день я ругал и ругаю Дядюшку Сэла за то что он продолжает добивать меня, я не мог не признать того что он умеет вести бизнес. Именно благодаря этому и предательствам он и поднялся наверх. И все было бы хорошо, но не почитания наших старых понятий, самовольничество, алчность и обдирание последней шкуры закрепило за ним репутацию настоящего отморозка.
Понятное дело уважения среди остальных боссов он так и не заслужил. Но не только боссов, но и простых людей чести. Поэтому он и платил Комиссии часть с каждого своего дохода, тем самым покупая авторитет, "продливая аренду" своего места в Комиссии. А парни шли работать на него, потому что он был самой большой шишкой в городе. Своими приближенными он тоже понаставил родни и тех же отморозков как он сам.
Я, не желая хвастаться, никогда не скрывал что для меня в этой жизни кроме денег и положения, мне не менее важно уважение. А любовь? На это Бог нам и дает родню. Несмотря на то, что официальных солдат в семье Маркано теперь триста пятьдесят, нельзя забывать тех, кто на него работают, но человеком из его организации не является. Да, у Маркано семья больше чем Семья Алонсо, но у Алонсо настоящий авторитет среди боссов и куча союзников. В конце концов, Алонсо рулит ни каким-нибудь Сан-Франциско, а Нью-Йоркскими семьями! Естественно я сдавал все эти планы Галанте. До чего же мне от этого тошно. Если бы можно было кому доверить. Что касается личной жизни, то Адриана стала руководить небольшим швейным предприятием, Тони продолжил успехи в учебе. Виргилио же этот год не сделал счастливым - Томми Маркано сбил его со счетов. Был бой за звание чемпиона города, но Томми ему все обломал. Подстроил все так, чтобы Вирго проиграл. И так все и случилось. Естественно удалось узнать всю правду "о проигрыше", но кроме этого большего мы не добились.
И вот в начале этого года, ранним утром мне позвонил Маркано.
- Вито, мы затеяли новое дело. Приезжай в яхт-клуб.
Ну что поделать, пришлось собраться и поехать. Я сел в автомобиль и отправился в яхт клуб. Там меня уже ждал Сэл, он был не один, вместе с ним был Реми Дюваль - один из самых почетных жителей Нью-Бордо, потомственный богач, на самом же деле глава расистской группировки "Южный Союз", сын Маркано - Джорджи выросший жирующим и избалованным сопляком, который ныне младший босс в его семье и Оливия Маркано - бывшая жена, вернее вдова Лучио Маркано - очередного брата Сэла. Честно, уверен на все сто, что как раз таки убийство заказала она. С момента смерти мужа под ее контроль попал один из лучших районов города – Фриско-Филдс. На который имел взгляды каждый житель сего города.
Я прибыл на встречу, снял шляпу, сел за стол рядом с ними. Сэл встретил меня как всегда с натянутой мордой. Вот мать его! С таким корченьем рож ему бы актером быть, а не боссом Коза Ностры. Но все, же он босс, по крайней мере, пока. Мы пожали друг другу руки.
- Садись Вито.
- Этот твой лейтенант, чем он может помочь? – откликнулась Оливия.
- К этому подойдет дело. Значит, слушай Вито, мы собираемся провернуть ограбление федерального казначейства Луизианы.
- Жирный лакомый кусок. Чем я могу помочь?
- Ты же отстегиваешь мне долю, верно? Вот теперь ты должен отсыпать нам приличную сумму, чтобы мои люди могли под видом утилизации пробраться в хранилище.
- И кто же проберется?
- Джорджи со своим другом. Имя Линкольн Клэй.
- С какой радости я буду верить этому парню из неоткуда?
- Он приемыш Сэмми Робинсона, воевал во Вьетнаме.
- Хммм… Это меняет дело. Но пока что меня не убеждает. – ответил я и закурил сигарету.
От меня в этом деле, лишь нужны были деньги. В принципе, как и всегда. Чего уж удивляться?
- Ну, так, сколько нужно денег?
- Думаю, двести тысяч будет достаточно.
- Двести тысяч в огонь. Очень оригинально.
- Послушай Скалетта, те двести тысяч это ничто по сравнению с тем что мы достанем. - задерзил младший Маркано.
- Вот именно. Если принесете. Сэл, чем еще примечателен тот парнишка, про которого ты говорил?
- Линкольн Клэй? Ну, хотя бы то, что он только вернувшись с Вьетнама, сразу же решил проблему с гаитянами. То, что Робинсон сделать не мог, а он взял и сделал. Такие парни мне и нужны. Те, у которых не тонка кишка.
Я продолжил курение. Маркано-младший встал со стула и пошел к выходу.
- Линкольн, наверное, скоро приедет.
И вот у Маркано новая идея, а меня ждет очередное чертово новое знакомство.
- Сэл, ты хотел расширять сферы влияния. Как там дела продвигаются?
- Планы изменились. Прежде чем расширять стены надо убедиться в надежности фундамента.
Эти слова бросались в уши с пронзительным смыслом. Значит, планы по расширению империи в Германии провалились. И почему? Неужто Комиссия помешала? Если так, то тогда он знает, кто его сдал. Быть одним из того фундамента мне никогда не хотелось, но деньги решали все. Если бы Коза Ностра этих земель не продала свои принципы, тогда бы у него были серьезные проблемы с Комиссией. Но того дня когда эти проблемы начнутся, я наверное никогда не дождусь.
- Ладно, Сэл, какая же будет моя доля с этого набега, если все произойдет удачно?
- Эмм-м-м, полтора миллиона, нет миллион долларов.
- Шестьдесят процентов, которых надо вернуть тебе?
- Нет, ты вложишь их в новые предприятия, но с умом.
- Намек понял.
- Молодец. И еще Вито достань комбинацию цифр на сейф. Это первостепенно. Хорошо.
- Кто еще примут участие в ограблении?
- Джорджи, Линкольн, сын Берка и настоящий сын Робинсона.
- Мало людей. Единственное, что хорошо это если сопротивление может оказать не только Линкольн.
Оливия и Реми собрались уходить. Маркано попрощался с ними с как всегда "натянутой радостью". В этот момент к нам подошли Джорджи и огромный черный парень с накачанным прессом. Дядюшка Сэл как всегда был во всей красе. Он поприветствовал Линкольна и, указав на меня, произнес: - Это Вито Скалетта, а это тот о ком я тебе рассказывал.
Я встал и пожал ему руку. Вновь устроившись за столом, я спросил нового знакомого:
– Так значит, ты воевал во Вьетнаме?
– Так точно.- ответил он.
– Сэл говорит, ты какие-то железки на грудь заслужил?
Парень включил скромность: - Я воевал с хорошими людьми – без них я бы ничего
особенного бы не сделал.
- Армия? Морпехи?
- Сначала - регулярные части. Потом меня взяли в «Зеленые береты».
- Части спецназначения.
Маркано перебил – Я же говорил, что он особенный. Не то чтобы что-то могло пойти не так, но чисто на всякий случай – разве ты не хотел, бы иметь такого человека на своей стороне?
Впервые за долгое время мне удалось улыбнуться. – Чтож Сэл, если ты его рекомендуешь, мне этого достаточно. Слушай, вообще мне пора бежать, ждет куча дел. Спасибо за выпивку. - Мы пожали друг другу руки, и я удалился.
Сказать, что рад этому делу, это вряд ли. Грабануть федеральное хранилище, да проще превратить семью в мелкую шайку, что я и Джо сделали с Клементе, а затем я с Фальконе. Не надо думать, что я хвастаюсь своими подвигами, нет. Проста та боль утраты, тот город, те люди, что мне были дороги, умерли, истекая кровью. А такие потери никогда не покидают тебя полностью. Те прошедших семнадцать и тринадцать лет - ничто. Особенно учитывая тот факт, что я так и не узнал - был ли Генри Томасино крысой? Или Триады с остальными боссами пошли в сговор и "поверили" им? Ничего не ясно. Только воспоминания, которые травят меня каждый день. А если про дело, то Сэл обещал неплохую долю, но где гарантия, что он не кинет? Сэл довольно известный кидала и предатель, про того скольких он друзей предал, можно сказать ходили легенды.
Вернувшись в ресторан, я позвал Альму, Джона и Бетти.
Ждать себя они не заставили.
Первой начала разговор Альма: – Что звал Вито?
- Сэл предложил мне дело. Обещал неплохую долю.
- Я не доверяю Сэлу. Лучше быть во все оружие.
- Альма, говоря открыто, ты вообще никому не доверяешь из мира сего.
- Тут ты прав Вито. Так зачем ты меня звал?
- Федеральное казначейство Луизианы. Тебе о чем говорит?
- Вы задумали его ограбить?
- Ты всегда была умной девочкой. Вот только провернуть это дело решил Сэл, а меня он обязал принять участие.
- Спорить не стану, а в открытую скажу – Маркано из такого теста. Все наше время он был для тебя занозой. Ни за что не поверю, что он так вот просто превратится в доброго Санта-Клауса.
- Так и есть. Но не принять участие я не могу, он и так на меня давит, так еще и есть шанс, что мы отгребем часть доходов.
- И ты в это веришь.
- Слабо. Вернее вообще нет. Но все, же пусть попытаются провернуть, в конце концов, он не меня туда отправляет.
- А если бы отправил, пошел бы? - с сарказмом произнесла Альма.
- Ты вечно со своими наездами.
- Да, с наездами, ты собственноручно прикончил целую Семью.
- Это было много лет назад, а там они вооружены и носят бронежилеты.
- Не верю, что тебя это испугает.
- Ладно, скажи ребятам, пусть соберут деньги.
- Ладно…
- Знаешь Вито, я не умею также хорошо развивать философские мысли как Альма, но я тоже крайне не верю, что Маркано станет добреньким дедушкой.
- Все верно. Но слушай: Сэл итак отгребает хорошие доходы, а тут сразу же такой размах. Я тоже уверен, что тут что-то не так. Но в любом случае Сэл платит Комиссии, все это знают. Если грамотно подумать, то если что-то пойдет не так, то у него будут проблемы с другими боссами.
- Которую он спишет на твою некомпетентность, а боссы сразу же дадут добро на твою смерть.
- Смерть в любом случае неизбежна Альма. Если мне и суждено подохнуть, то жизнь этому подонку я усложню насколько возможно. Теперь ты Бетти.
- Слушаю.
- Все деньги, что Альма тебе дала, их надо спрятать в надежное место, там, где чужие руки не достанут. Дай Альме двести тысяч.
- Хорошо босс.
- А мне как быть Витторио?
- Тебе Джон раздобыть последовательность цифр на сейф в хранилище.
Через день, к моему ресторану подъехали люди Маркано.
- Привет Вито. Ты деньги приготовил?
- Вон они в кейсах.
- Ага. Давай. А комбинация на сейф?
- В одном из кейсов. Поэтому передавать лично ему.
- Не тебе нас учить Скалетта! Мы не твои дуболомы из Ривер-Роу.
Они забрали деньги и уехали. Уж не знаю, насколько надежно было мастерство тех, кто раздобыл ту комбинацию. Деньги на ограбление готовы, комбинация есть. Осталось ждать результатов.
Наступил день ограбления, я занимался обычными делами и ждал результатов. Той же ночью команда из этих мальчишек все же вынесла из хранилища деньги и все выжили во время ограбления. Да, молодость сила. У каждой банды были свои причины идти на ограбление. Моя итак понятна, Берк же это сделал, потому что Маркано отобрал у него все дело, и он рассчитывал, что путем этого всего он вернет свое влияние на Понте-Верден, Линкольн с его братом, потому что их папаша Сэмми влез в крупные долги к сами знаете кому. Все надеялись зажить счастливо после этого ограбления. И вот казалось бы, что все кончилось хорошо. Но если бы у меня был дар предвидения и я бы заранее знал, чем закончится все это дело, ни за чтобы не согласился принять участие.
А дела кончились плохо: той же ночью когда провернули ограбление Джорджи, двое и этот паренек Линкольн, Маркано их всех предал и вместе со всеми своими головорезами перестрелял Сэмми. И всех его ребят, никого не пощадил этот штопаный г*ндон. Бар же ихний был сожжен дотла. Каким бы не был Маркано, но это переходило все границы. Всем и каждому было известно кто такой Сэл Маркано, но такое было уже слишком.
Я многое в жизни видел, но от того что сделал этот подонок, я охренел. Слово "удивился " уже просто не подходило по своему содержанию к этому чувству. На следующее утро, я получил газету и начал ее читать. Оттуда-то я и узнал обо всем. Не теряя ни минуты, я набрал Маркано.
- Алло?
- Сэл.
- Ха-ха, Вито, какими судьбами?
- Надо встретиться. Сейчас же, разговор есть.
- Хорошо, приезжай в яхт-клуб.
Быстро встав, направился к выходу. Там меня поймала Альма.
- Ну что Вито? Убедился, что Маркано та еще подколодная змея?
- Я это понял еще пятнадцать лет назад, когда он отдал район со словами "на рули и отдавай мне половину всех доходов", а потом поднял до шестидесяти сумму своей доли. Пора взыскать с него долю. Пока он с нами также не обошелся как с теми беднягами.
- Ствол наготове если что?
- Да, после того что со мной произошло в 1951-м, я стал умнее.
Быстро добравшись до яхт клуба, я пришел к Маркано и кинул газету на стол.
- И?
- Я пришел за своей долей!
- Утихни Вито. Пусть пройдет некоторое время и выдам, а то будешь тратиться, привлечешь внимание и нас всех заложишь.
- Заложу? Я не стукач как Том Анджело! Отдавай сейчас же мою долю. Или поступишь со мной также как с Сэмми и его ребятами?
- Ну что ты Вито!? Они всего лишь долбанные негры, а мы люди дела. Значит, слушай – я отдам долю, когда все утихнет, понял? И кстати, помни про мои шестьдесят процентов!