Страница 51 из 68
Мы очень быстро собрались и поехали на место преступления. Там уже вовсю трудилась наша бригада, а Караваев нервно выхаживал туда-сюда. Видимо, в ожидании нас:
- Чего так долго? Уже скоро закончат все! – накинулся на нас капитан.
- Двадцать минут, - уставшим голосом ответил Любомирский. – Мы успели за двадцать минут собраться и приехать.
Я сонно кивнула, и мы решили пройти к телу.
- Валюшина Василиса Михайловна, двадцать пять лет. Удар по голове, крови много. Все вещи на месте, даже золото.
- Где-то я подобное уже видела, - нахмурилась я. – Схема стандартная: опрос бывших, нынешних, родителей, работодателей, коллег, ну и свидетелей, если таковы найдутся.
Убийство произошло в районе моей бывшей работы. Как выяснилось, девушку нашли двое подвыпивших, на углу дома, совсем немного не дошла до своего подъезда. Я приблизилась к телу ближе, и у меня выступили слёзы из глаз. Двадцать пять лет, вся жизнь впереди. И опять, русоволосая, наверняка голубоглазая, подтянутая.
Я тряхнула головой, отбрасывая ненужные сантименты. Ещё не хватало раскиснуть на почве сострадания и жалости, так и перегореть недолго.
Все разошлись по своим делам, остался только Караваев, мы, и бригада скорой, которая паковала тело.
- Я смотрю, весело у вас, - решил продолжить Караваев.
- А у вас что, не весело больше? – резко ответил Любомирский. – Как и везде: грязь, убийства, суициды.
- Да понятно, это я так. Думал, может интереснее работается в комитете, ну или престижней.
- Много думать – вредно, Караваев, – как можно спокойнее ответил Любомирский, и мы ушли. Вероятно, ещё один «глухарь» уже ожидает нас.
Тех двоих, что обнаружили, на свою голову, тело, забрали в полицию, дать показания и подписать бумаги. Отпечатки Аделина сняла на месте.
- Как интересно, - решила я разбавить затянувшуюся паузу, пока мы ехали к себе в отдел. – Ничего похожего на орудие убийства по близости не обнаружили. Ни камня, ни палки, ни разбитой бутылки. Странно очень.
- Думаешь, караулили? – посматривая в зеркало заднего вида, спросил Любомирский. – Можно повернуть.
Я круто завернула во двор, и проехала там, где проезд запрещён. Нарушила, но если появилась догадка, нужно было немедленно её проверить. Так сказать, наказание дополнительной работой.
Ещё недостаточно рассвело, и город пребывал в тёмно-зелёных тонах. Под натиском домов, дорог и немногочисленной зелени. Подъехав к месту преступления, откуда уже все уехали, я вытащила дежурные фонарики из бардачка, пару пакетиков, и мы с Любомирским отправились на поиски улик.
- Если он стоял и ждал свою жертву, то должно быть место, где он мог подкараулить её, - рассуждал вслух Любомирский.
- Ещё бы узнать, почему она так поздно возвращалась домой, и сколько пролежала, - присоединилась я к обсуждению. Коллективное воспроизведение событий может дать свои плоды, и мы начали высказывать предположения одно за другим, выстраивая некие логические цепочки.
- Почему так много крови, - хмурилась я. – Поскорее бы Крыжанов экспертизу провёл. Кто же, Василиса, это с тобой сделал, - бубнила я себе под нос, прохаживаясь с фонариком по ближайшему двору. В ярком свете легко было выцепить капли свежей крови, если таковые найдутся.
- Судя по положению тела и удару, убийца напал сзади. Смотри, все дома стоят торцами, свидетелей в такое время днём с огнём не сыщешь, будний день.
- Но где-то же он прятался? Вопрос только: где?
- Криминалистов бы сюда ещё разок, но боюсь без улик, нас и слушать не станут. Они уже здесь всё обшарили, - посетовал Любомирский.
- Ищи, Коля, всё в наших руках, - строго объявила я.
- А, ты чего так вцепилась в это убийство?
- Только не говори, что ты не видишь здесь связи, и твоя чуйка молчит как убитая? – уставилась я на Любомирского. – Семейная жизнь превратила тебя из кота дворового, в кота домашнего?
- Ты на что намекаешь? – чуть ли не фальцетом спросил Николай.
- Надо же, и правда, - улыбнулась я.
- Он стоял и караулил её, ждал, пока она появится. Был уверен, что именно сегодня. Ни ограбления, ни изнасилования, похоже на самую настоящую месть.
- По поводу изнасилования ещё ничего не известно, - отозвался Любомирский.
- Я и не снимаю его со счетов, просто выдвигаю версии. – Ответ получился слишком грубым, и я поспешила извиниться. Мы, почему-то, с Любомирским были на разных частотах.
- Ничего, у меня что-то голова ни тем забита. Всё время как в облаках витаю, - покачал головой Николай.
- Сосредоточься, пожалуйста, мне это очень важно!
Уже светало, и людей всё больше становилось на улице. Пока мы ковырялись в ближайших кустах, и осматривали местность, приехала служба и зачистила кровь с асфальта. Словно ничего и не было.
- Я всё думаю, если убийство было хорошо спланировано, то стал бы убийца уликами разбрасываться? Знаю, это самый распространённый прокол всех новичков, но он не мог не оставить следов.
- Здесь перекрёсток рядом и несколько дворов, достаточно большой диапазон, чтобы затаиться и ждать свою жертву.
- Зато на той стороне, - указала я фонариком в сторону дальних домов, - находятся большие мусорные контейнеры. И раз уж крови здесь нет, то он должен был её чем-то протереть, потому что я видела на кофточке погибшей, несколько крупных капель. А вон там, - повернулась я в сторону дороги, и указала на противоположный дом, - высокие широкие кусты, и скамейка, где можно замечательно спрятаться. Очевидно? Да! Но, почему нет?
- Да ты голова, - счастливо поцеловав меня в нос, воскликнул Любомирский. – Скоро приедут мусорные контейнеры выгребать, у нас мало времени.