Страница 27 из 68
- Как кореша зовут?
- Уже не важно. Я сам виноват.
- Слушай, а тебе сколько лет? – какой-то детский лепет.
- Двадцать. – сказал, как отрезал. Очень жаль дурачка.
Пока всё оформляли, пробивали, подписывали, я опоздала в ателье. Появившись на старом месте преступления, парень существенно облегчил всем жизнь. Не надо уже никого было искать, пробивать по камерам, вычислять и прочее. С другой стороны, что-то здесь не так. Вот прям чувствую.
Я угрюмо плелась обратно домой, следом трусили два хвостика. Завтра утром я решила, что опоздаю на работу, но заберу китель. Не хочу ходить в штатском.
Утром, уезжая на работу, я закрыла собак по разные комнаты. Кошку, естественно, оставила с Амели. Хантера оставила в коридоре. На всякий случай.
Китель я надела прямо в ателье. Сразу померила, отметила работу, и осталась довольна результатом. Во всяком случае, он на мне уже не висел. И пистолет по-прежнему не было видно.
На работе мне и слова никто не сказал. Предполагаю, все итак были в курсе произошедшего. А главное, что на меня больше не смотрели косо. Скорее с сочувствием. И может даже пониманием?
Это всё уже не имело значения. Сегодня приезжает поверенный от Валентино, давно уже пора поставить точку в этом деле.
Личный помощник Валентино Дедуччи приехал после обеда. Его даже встречать не пришлось, человек сам проложил себе маршрут и просто отлично говорил по-русски.
Пока Алекс разбирал свой чемоданчик, я разложила перед ним украшения и не стала его донимать расспросами. Он долго вертел перед собой сначала серьги, потом ожерелье, потом кольцо, внимательно вчитывался в документы. Через лупу разглядывал мельчайшие узоры, выносил какие-то заметки на бумагу и снова разглядывал.
Это мне показалось, что долго. На самом деле, прошло всего лишь пол часа, и после получаса молчания и разглядывания украшений, Алекс протянул мне пачку документов.
- Всё.
Я моментально переключилась с созерцания цветка на Алекса, не ожидая, что он так скоро всё закончит.
- И каков будет вердикт?
- Эти украшения сделаны руками Валентино Дедуччи. Я оставляю вам документы, здесь отображён каждый штрих, всё нотариально и юридически подтверждено. Кольцо остаётся тоже вам. Валентино сказал, что на эти украшения уже есть претендент. Он не против. Искусство должно жить. А мне пора на самолёт.
- Я безмерно благодарна вам.
- Не стоит, дело чести.
Мы распрощались и я, трепеща от счастья, уже искала номер московского следственного комитета. Мне нужно было обязательно найти следователя, который вёл дело по убийству Карпатовой.
- Следственный комитет города Москвы. – раздалось в трубке.
- Меня зовут Екатерина Павловна Кудрявцева, я старший лейтенант полиции Санкт-Петербурга, - и ещё целая куча аббревиатур.
- Так, я вас слушаю.
- Дело в том, что я ищу следователя, который вёл дело двухгодичной давности погибшей Карпатовой Елены Михайловны. В деле появились новые улики и мне срочно нужно с ним связаться.
- Вы извините, но по телефону такие дела не делаются. – женщина, разумеется, права. Но мне же нужно срочно!
- Запишите мой номер. Я сейчас подготовлю официальный запрос, и отправлю его. К вам он придёт только через час, пожалуйста, не теряйте времени, начните искать следователя уже сейчас. – предложила я и повесила трубку.
Я скорее побежала искать начальника, но как назло, его не оказалось на месте. А это значит, что отправка запроса откладывается на неопределённое время.
Я вся извелась в ожидании и сидела на стуле, как на иголках. Мне обещал позвонить дежурный, как только вернётся Бушлатов, и он либо забыл, либо полковник ушёл с концами. Я уже взяла телефон, самой звонить начальнику, но меня опередили. Неизвестный входящий:
- Кудрявцева, слушаю.
- Это вы звонили по поводу дела Карпатовой? – раздался в трубке жёсткий, мужской голос.
- Да, это я. Представьтесь.
- Следователь следственного комитета Соболев Андрей Сергеевич, я вёл дело Карпатовой. Мне срочно доложили, что у вас есть информация для меня.
- Есть, но теперь я что-то переживаю, а не мошенник ли вы. Давайте так, как только я доберусь до дома, состыкуемся с вами через веб камеру и все вопросы отпадут сами собой.
- Я согласен.
- Прихватите с собой документы, разговор будет долгим.
Мы условились на определённое время, чтобы Андрей Сергеевич ещё успел достать дело из архива. Оно было закрыто за недостаточностью улик.
Следом мне позвонил дежурный и сказал, что вернулся Бушлатов. Подписав документы, я отправила файл по адресу. Можно было пока выдохнуть.
Дома я переделала все свои дела, погуляла с собаками, которые на удивление не только ничего не разнесли, но и делали вид, будто бы знакомы очень давно. Хантер легко поддавался на мои команды, и даже с Васей я их познакомила без каких-либо проблем. Но к своему кинологу я его всё равно свожу, пусть посмотрит на пса с профессиональной точки зрения. Не успели ли его изуродовать.
Со следователем Соболевым мы связались только после десяти часов вечера. Показав друг другу корочки, он начал первым:
- Так как я вёл это дело с самого начала, то хотел бы первой выслушать вас.
- Начну с того, что вляпалась я в это совершено случайно. Никогда не отличалась положительным везеньем. – я мялась, и слегка нервничала.
- Продолжайте. Речь идёт о раскрытие преступления и поимки убийцы. Здесь ценна любая мысль, что придёт в вашу молодую голову. – успокоил меня Соболев.
- Я была на Финском заливе, когда всплыло тело Съёмщикова. Казалось бы, при чём тут совершенно посторонний молодой человек? Мы бы никогда не узнали, что он имеет прямое отношение к смерти Карпатовой, если бы не его жена. Точнее даже нет, если бы я не пошла на тот аукцион, на котором было выставлено ожерелье, ну или Карпатова не являлась бы зоозащитницей, а я не любила бы животных. Представляете сколько раз случилось это «если бы», чтобы все дорожки сошлись воедино? – философствовала я.