Страница 20 из 68
На работе пришлось делать вид, что я работаю, но на самом деле я не делала ни черта. Вчерашнее наваждение напугало меня до полусмерти, и я теперь не совсем понимала: это правда, или пора идти лечиться? Если за мной слежка, то это пол беды. А если действительно паранойя, то тогда всё, откуковала кукушечка.
Так, а если за мной слежка, то с чего бы? Призрак покойного Съёмщикова не хочет, чтобы тайна коварных серёг была раскрыта? А может Ирина знает что-то ещё и теперь хочет от меня избавиться? Или кого-то наняла? Но откуда у медсестры деньги на наёмника? Столько вопросов, и ни одного ответа. И посоветоваться не с кем. Никто не желает меня слушать.
Неожиданно раздался телефонный звонок, и я подскочила с места, как ужаленная. А всего то, Дмитрий звонил. Но помнится мне, я на него обиделась. И трубку брать не собираюсь. Но потом вспомнила, что ночью испугалась неизвестно чего, и решила трубку всё же взять. А потом ещё крепко подумала, и вспомнила, что столько дней пила таблетки, а после без задней мысли, выпила вина. Конечно, что только не причудится после такого идиотского поступка. Так мне и надо за неосмотрительность.
Телефон умолк, и мне взгрустнулось. Надо было всё же ответить. И тут Дмитрий позвонил снова, а мне уже и самой было интересно, зачем.
- Я тебя слушаю. – решила начать я.
- Хотел ещё раз извиниться, и пригласить тебя поужинать в субботу. Уже точно. – ответил Дима. – Я был не прав, что не поддержал тебя в такой ситуации. Просто испугался. Что если правда Любомирский убийца.
- И что же заставило тебя передумать? – не скажу, что сильно удивилась.
- Любомирскому есть ради чего жить, я уверен, он никогда бы не совершил ничего подобного. – уверенно заявил Дмитрий.
- Ты прав.
- Всё наладится, Кудрявцева, не переживай. – хмыкнул Дмитрий и мы с ним попрощались до субботы. Осталось теперь только до неё дожить.
Я окунулась с головой в работу, чтобы полностью занять время и не думать о лишнем. Приходила домой уставшая, потому что моталась по вызовам, и сама навязывалась, лишь бы одной не сидеть в кабинете. Форма меня успокаивала, но не давала стопроцентной уверенности в себе.
Постепенно я успокаивалась, и в итоге забыла о том ночном наваждении. Больше меня это уже не пугало.
В перерывах между работой, я рылась в интернете по поводу серёг, но не находила ничего похожего. То, что эти украшения были не из ближайшего киоска, это понятно и так. Ручная работа, как она есть.
Потом я залезла на сайт организаторов аукциона. Моя глупость и удача, что я вообще вспомнила про них, и что они не убрали список лотов. Я сохранила фотографию ожерелья себе на компьютер и по поиску решила проверить, вдруг будет совпадение.
И на моё счастье, и беду Съёмщиковой я нашла не просто совпадение, я нашла создателя и изготовителя этих украшений. Заграничный мастер, на которого указала одна из ссылок, имел свой сайт, до которого ещё пришлось докопаться. Эскизы, создание в процессе и готовая работа сверкала на причудливых подставках. Цена такого комплекта просто космическая для нашей страны за бижутерию, но Карпатова могла себе позволить. Украшения были выполнены ещё в 2005 году и с тех пор маленькая мастерская превратилась в целую сеть элитной бижутерии.
Я распечатала фото и пошла на поклон к начальству. Если я ошиблась, то так даже лучше. Но что если, я права?
Я постучала в кабинет полковника:
- Валентин Григорьевич, можно?
- Можно, Кудрявцева, только быстро! Мне ещё в следственный комитет ехать. – отмахнулся Бушлатов.
- Это насчёт Любомирского? – с надеждой спросила я.
- Нет. – отвёл глаза полковник. – Что там у тебя?
- Я с важным заявлением. – начала я.
- А через Протасова оно не решается?
Я вздрогнула и отрицательно покачала головой.
- Ладно, разрешаю.
Я кратко изложила суть проблемы, в доказательство предъявила фото, и подкрепила всё это своими умозаключениями. Полковник слушал внимательно, и не перебивал.
- Ты хочешь сказать, что утонувший Съёмщиков наш убийца? – подал голос Бушлатов.
- Я уверена, что выбрала верное направление. Доказывать его виновность сейчас не берусь. – уклончиво ответила я, и побоялась, что мне вот-вот откажут.
- И везёт же тебе, Кудрявцева. Вечно влипаешь в неприятности, да так умело. Прям как Любомирский, два сапога пара. – хмыкнул полковник. – Даю добро на все мероприятия, зайдёшь в канцелярию попозже, заберёшь нужные бумаги. Свободна.
- Есть! – восторженно вскрикнула я, но тут же себя одёрнула и выбежала из кабинета. Ух, и развернусь я!
Эти пару часов, оформляя документы и бегая, открывая своё первое уголовное дело, я была так возбуждена и чуть ли не парила от счастья. Все смотрели на меня с удивлением, непониманием, равнодушием и даже брезгливостью. Про последнее я, кстати, не поняла вообще, но кажется мне, что это из-за Любомирского. Многие считают его убийцей, а я бывшая девушка, и вдруг тоже ночью обращаюсь в мясника. В счастливого такого мясоруба.
Когда всё было готово, рабочий день подошёл к концу. Завтра пятница, и работы будет выше крыши. Я предвкушала процесс собирательства улик, и бегом неслась домой, чтобы поскорее сделать все дела, уснуть и снова проснуться. Вцепившись намертво в эти чёртовы серьги, я будто бы обрела цель и смысл двигаться дальше. А мне сейчас это было просто необходимо.
Утром я бегом прибежала на работу и стала обзванивать всех, кто причастен к этому делу. Всех, кроме Съёмщиковой. Ей, пока что, знать не обязательно.