Страница 20 из 149
Оборотень нахмурился и исчез. Появился другой:
- Очнулась?
Стаха Карнеро я не могла не узнать.
- Наверное... Сколько я провалялась?
- Часа три.
- Сколько? – не поверила я.
По моим ощущениям прошло около месяца!.. Грани! В них время закручивается в причудливые узоры: и день может тянуться год, а столетие пролетит за минуту.
Мужчина замер в шаге от кровати, на которой я лежала:
- Рассуждать здраво способна?
- Мне проклятие в грудь прилетело, а не в голову.
Карнеро перекосило:
- У меня две новости.
- Начни с хорошей.
- Они обе плохие, - разочаровал Стах. – Первая: ты теперь оборотень.
Что?.. Как?.. Почему?..
Но вслух смогла выдать только:
- Вот как?
- Укушенный, - уточнил волк.
- Вот как? – в этот раз получилось совсем жалобно. – Кто меня укусил?
- Я, - Карнеро сунул руки в карманы. – Извини, не признал в мелкой, худосочной девчонке в призрачной маске шикарную блондинку Анетточку.
Я скривилась: шутник! Нашёл время!
- Какая вторая новость?
- Здесь везде Контроль шастает, добивает нежить и ищет твоих сбежавших подельничков.
- И?..
- Они скоро будут здесь. Решай: или ты сдаёшься, и тебя казнят как некроманта-отступника. Или ты признаёшь меня своим альфой, и твоя защита становится моей задачей.
Я задумалась:
- Что ты недоговариваешь?
Волк не стал ничего скрывать:
- Ты входишь в мою стаю на правах омеги.
Я знала, что в стае оборотней существует строгая иерархия. Есть альфа – самый сильный зверь, два или три беты – вторые по силе, основная часть – гаммы. И были омеги – волки, по каким-либо причинам ставшие изгоями: или нарушившие законы, или прибившиеся из других стай. Ими помыкали все. На них смотрели как на неодушевлённые предметы. В доме Карнеро служили двое таких: Нилс Буш и Тира Фиртель. Я помнила, как Эмерик Галич по вечерам приказывал маленькой худенькой волчице следовать за ним, и она покорно шла, потому что омега не могла сказать “нет”, не имела права отказать тому, кто выше по рангу.
- То есть никаких прав? – нервно хохотнула и тут же зашипела от боли в груди.
- Решай!
Наверное, я трусиха, потому что выбрала жизнь волчицы, жизнь оборотня - того, кого недавно даже не считала ровней себе.