Страница 70 из 85
Да, веселая компания собралась!
Слышен гул летящего вертолета. А вот и он: подлетает к нашей горе. По двору проплывают фигуры в черном балахонах. Ясно, пошли за грузами, скорее всего, за продуктами. Это для меня они – черные тени. А Елена за год научилась их различать. Вертолет удаляется…
Юргена не видно. Спрашиваю Елену.
– А где Юрген? Почему его не видно?
– Брат Аббадон почти все время отсутствует. Он прибывает только на мессы, да и то не всегда. Без него всем заправляет сестра Карнаш.
– А где он отсутствует?
Елена смотрит мимо меня и внезапно замыкается.
– Извини, я не могу тебе этого сказать.
И отходит от меня.
Но я снова успеваю уловить образ двойника Дени.
К Елене подходит черная фигура и что-то говорит. Моя подруга понуро бредет к монастырю. Я продолжаю работу. Чувствую затылком пристальный взгляд из кустов. Там кто-то скрывается.
Елена некоторое время спустя возвращается. Мы молча продолжаем работу. Я передвигаюсь так, чтобы кусты все время были видны.
Раздаются удары колокола. Время обеда.
– Пойдем, сестра, – устало говорит Елена, вставая.
– Еще чуть-чуть, – говорю я, делая вид, что продолжаю работу.
Черные фигуры проплывают мимо нас. Я замечаю, как из кустов выныривает черная тень.
Мы поднимаемся и последними идем к монастырю. Елена тихо произносит:
– Знаешь, Карнаш велела мне шпионить за тобой…
– Знаю. Но она не слишком тебе доверяет, поэтому поручили это дело еще одному человеку.
– Это точно?!
– Да. Этот человек ниже Карнаш и уже в плечах, чем Юрген. Я уже несколько раз видела его в кустах. Он следил за нами.
Елена задумывается.
– Я ничего не замечала...
– Нужно знать, где искать…
– Он нас не слышал?!
– Нет. Но он мог читать по губам…
– Ну, это вряд ли… Точно не слышал?!
Я киваю.
Не могу же я сказать, что временами невольно улавливаю обрывки чужих мыслей! Хорошо, что тот человек ушел. Иначе Елена, которая вертит головой по сторонам, как сова, выдала бы, что мы просекли соглядатая.
– Не оглядывайся!
Она замирает.
– Наверно, это Сварт, любимчик Карнаш… Сестра Лилит сразу предупредила меня, что он – доносчик…
Мы идем в трапезную. Только здесь я могу увидеть лица моих «братьев» и «сестер». Парни сидят на узкой лавке по одну сторону длинного стола, девушки – по другую. Тарелки с жиденьким вегетарианским супчиком, слегка присыпанным зеленью, уже расставлены. Возле каждой – почти прозрачный кусочек хлеба. Негусто… Юргена нет. Мы с Еленой усаживаемся у самой двери.
Вот она, Карнаш, восседает во главе стола. Прямо, как царица… Хмурое длинное лицо с впалыми щеками, горбатый нос нависает над тонкими бледными губами. Желтоватая кожа. Ранние морщины избороздили кожу. Прямые черные волосы с густой проседью ложатся на плечи. Разноцветные глаза, один – голубой, второй – карий, придают ей жутковатый вид. Она угрюмо смотрит на меня, и я не выдерживаю и опускаю глаза. От ее тяжелого, неприятного взгляда становится не по себе.
Карнаш явно меня ненавидит, да и к прочим не испытывает братской любви… Это застарелая ненависть некрасивой и отвергнутой женщины. Надо же, как человека обидела природа… Не удивительно, что она свихнулась рядом с красавцем Юргеном…
Украдкой рассматриваю остальных: почти все – молодые парни и девушки, худые, бледные, понурые. Невзрачные, как на подбор… Ну да, единственную красотку Карнаш столкнула в пропасть. Мои сотрапезники сидят, уткнувшись в тарелки, ни слова, ни улыбки. Словно тени… Общение здесь не приветствуется…
Впрочем, при таком питании удивительно, что они вообще еще живы. Вряд ли кто-то из этих дистрофиков смог бы отсюда сбежать… Для этого нужны силы, а рацион не тот, калорийность слишком низкая…
Исключение из компании составляет пухлая и румяная молодка лет тридцати пяти. У нее огненно-рыжие волосы, сияющие голубые глаза, аккуратный носик и сочные алые губы. Жизнь бьет из толстушки ключом! Сдобная бабенка приветливо мне улыбается и дружелюбно подмигивает. Я улыбаюсь в ответ. Карнаш неодобрительно косится на нас, но молчит. Потихоньку пересчитываю поголовье. Девятнадцать человек за столом. Десять девушек и девять парней. Ну ладно, меня сюда силой привезли, а этим-то что дома не сиделось?!
Начинаю есть. Супчик – что на вид, что на вкус – никакой… Внезапно чувствую на себе цепкий взгляд, который меня явно «фотографирует». Поднимаю глаза: все поглощены едой. Но я уверена: на меня только что пристально смотрел кто-то с женской стороны стола.
Да, обед нищенский. Так плохо я еще никогда не жила… После супа в те же миски жизнерадостная рыжая кладет по паре ложек безвкусной ячневой каши. Теперь ясно, почему у веселой молодки не такой изнуренный вид, как у остальных, она – повариха! Нужно непременно с ней подружиться.
Потом нам дают по стакану чуть теплого ягодно-травяного пойла, и все свободны!
Кухня находится за трапезной. Плита, большой котел, шкаф для выпечки хлеба – все на электричестве.
Мы с Еленой снова идем на огород. Некоторое время спустя к нам подходит плотная фигура в черном балахоне с пластиковой коробкой в руках. Из-под капюшона задорно выбиваются рыжие кудряшки. Повариха протягивает нам по бутерброду: хлеб с маслом, сверху – кусочек сыра. Вкусно.
– Ешьте. А то совсем отощаете. Все свежее, только сегодня завезли.
Она говорит по-русски правильно, но с акцентом.
– Не надо, сестра Лилит, вдруг Карнаш увидит, – слабо протестует Елена.
– Да пошла она, – рыжая явно не из пугливых… – Сама пусть тогда стряпает…
– Да, – говорю я со вздохом, – обед тут явно диетический…
– Карнаш – скряга, – презрительно бросает повариха, – когда брат Аббадон здесь, обед всегда лучше. А ты, сестра, если что надо, обращайся ко мне, не стесняйся.