Страница 21 из 114
Сохранившиеся навсегда следы усталости заметно изменили безупречные черты лица герцогини Лидэи Стаппет, не желая толков, старая Королева не позволила открытого прощания с дочерью и затопленный дождем город мрачно затаился. Одни за одним ложившиеся на Священный костер представители царствующего Дома Белингов начали вызывать недоумение и страх. В постоялых дворах и в кабаках не стихали тревожные шепотки, говорили, будто сами боги решили вмешаться и отомстить за смерть Видящей пути.
- Видать Мариула и ее дочь были не простыми оракулами, раз Белинги оказались проклятыми!
- Да если бы не юнолы …
- Между прочим, эти юнолы хоть какой-то порядок держали, а при Бергере сейчас ночь страшно дойти до отхожего места!
- Могу одолжить монет на горшок!
- Ага, чтобы также воняло, как в тебя!
За закрытыми дверями домов, в дровяных сараях, в конюшнях и на задних дворах часто вспыхивали горячие споры между сторонниками Королевы, юнолов и Родо Драгона, теперь исполнявшего обязанности Великого Жреца; церемония все откладывалась из-за несчастий, сыплющихся на корону. Карательный отряд храма Огня ловил уже не только инакомыслящих, но и возмутителей спокойствия. Не проходило дня, чтобы в разных частях города одновременно не вспыхивало шумных драк или кровавых разборок на мечах. Особенно напряженными выдались дни во время ареста Нолатэна и двоих его товарищей, счастье еще, что их поместили не в общей тюрьме предварительного дознания, а за надежными стенами королевской крепости, караул буквально сбился с ног, восстанавливая порядок. Дождевая вода, старательно смывая кровь со стен и ступеней, стремительно неслась по улицам города, торопясь раствориться в неширокой Сури, что с востока огибает Аплин.
Больше других будоражил умы скотник Нод Кривонос. Отделавшись испугом и парой бычков при аресте юнолов, именно купец подогревал недовольных, надеясь с их помощью освободить юнолов. Аскан и Кринф покинувшие пределы города тайными лабиринтами, не подозревали, что обязаны стараниям Кривоноса, договорившегося с обитателями подземелий. Об их благополучном освобождении доложили немедленно и вдохновленный скотник принялся готовить штурм королевской крепости. История нелепого приговора Нолатэну возмутила, сыграв, к сожалению, не в пользу Королевы. Раздавая деньги налево и направо Нод не жалея сил подбивал клинья под неугодную власть. Караул, усмиряя чернь, самого Кривоноса, пока не трогал, ограничиваясь предупреждениями и намеками.
Извести о смерти герцогини Стаппет Нод воспринял с кислой гримасой и ворчанием:
- Уж лучше бы это была ее сестричка.
Ее Светлость, герцогиню Вивиан боялись. В городе нет-нет, да появлялись слухи, будто бы видели ее совершенно голой недалеко от Ибленского озера на полнолуние в середине лета, собиравшую особую траву, которая именно в это время и входит в силу.
Через Аплин проходит много люда, в городе с морским и речным портами, это дело обычное. Слухов за день набирается много, веселых и нелепых, всему верить нельзя, но про герцогиню Редутт слушали охотно затаив дыхание.
Нод Кривонос в сказки не верил, но однажды, несколько лет назад, удостоился зрелища, вспоминая которое чувствовал неуместное волнение. История случилась недалеко от Эбена, близ замка Коплан.
В то лето Кривонос часто сопровождал своих бычков в Эбенский порт, для отгрузки в Старый свет. Какой-то мужик спьяну проболтался о некой вечеринке готовящейся на вторую ночь, что публика на развлечение собирается сплошь избранная, да вся голая с масками на рожах. Нод загорелся желанием посмотреть на диковинный карнавал. Ночь выдалась облачной, но теплой, что позволило совершенно незаметно миновать посты охраны и залечь в кустах недалеко от озера освещенного масляными лампами с цветными шелковыми плафонами.
Никого из бесстыжих гостей, по причине масок и павлиньих перьев, узнать не удалось. Такого не доводилось видеть ни до, ни после! Нод, пока просидел в кустах, весь вспотел, но отвести взгляда от изобилия откровенных женских прелестей сил не хватало. Вот там-то и встретилась коварная герцогиня. Она единственная из всех сняла маску, увлекая юнола за собой в воды озера. Чуть позже появилась герцогиня Лидэя, а с ней и хозяин замка, сам герцог Коплан. Эдакого группового срама Нод уже не стерпел и сгорая от стыда, убрался прочь.
Именно с той самой ночи, зажиточный скотник невзлюбил герцогиню Редутт. Ведьма она или нет, плевать, но лично для себя, Нод старался причины ненависти не объяснять, хотя все открыто лежало на поверхности - дикое и неукротимое желание обладать хрупкой брюнеткой пьянило голову и вызывало болезненную истому в чреслах. Это благодаря Вивиан, жена Кривоноса беременела едва ли не каждый год.
Нод сидел в своей плоскодонке на Пустой площади, не столько наблюдая за подготовкой двух священных костров, сколько не сводя горящего взгляда с королевского балкона, где среди прочих стояла собственной персоной виновница неприличных желаний и беспокойных снов.
* * *
Вивиан Редутт в полном безразличии взирала на Пустую площадь, покрытую кипевшей от дождя водой, всюду суетились плотники стаскивавшие лес к уже заготовленным помостам, в плоскодонках подвозили промасленные жгуты пакли, сухую осоку и торф, караул оцеплением сдерживал горожан. Зевак на удивление собралось предостаточно и обещало прибыть еще, люди стояли в ледяной воде, перешептываясь и перемигиваясь, ни дождь, ни ветер на стремление посплетничать не влияли. Самое примечательное, что все собрались не ради зрелища сжигания тел почивших, люди пришли посмотреть именно на ее. Вивиан кожей ощутила многочисленные взгляды, открытые и мимолетные, любопытные и хмуро-подозрительные. О слухах, бродящих по городу, она знала, но как ни странно конфуза не испытывала, продолжая с холодным равнодушием на лице спокойно стоять рядом с братом. Пусть думают, что хотят, боятся, значит уважают!