Страница 6 из 8
- Но ты не смогла этого выдержать и переехала сюда, чтобы работать с ними бок о бок? - хоть Марк и старался произнести это предельно серьезно, но не удержался от немного нервного смешка.
- Я переехала, пока не успели запретить и меня! - быть меньшинством в стране, делающей первые, но от этого не менее пугающие, шаги на радикально-религиозном пути - не многим лучше, чем быть киборгом.
- Да, религиозные фанатики всех мастей были против киборгов, - Марк был сам достаточно скрытен, чтоб и моё упоминание о крайне личном проигнорировать. – Пожалуй, впервые в истории приверженцы противоборствующих религий сошлись во мнении! Но кроме них все молчали…
- Хм…
- Помнишь, как с десяток лет назад то и дело вспыхивали скандалы об использовании чуть ли не рабской рабочей силы на заводах, производящих смартфоны? Только вот смартфоном пользоваться никто не перестал!
За сегодняшний день я услышала от Марка больше слов, чем за все предыдущие месяцы совместной работы, хотя мы и приятельствовали. А то, что я узнала от него о киборгах, было обширней, чем весь вводный курс по работе с ними, прослушанный мной перед вступлением в нынешнею должность.
- Марк, а тебе самому не хотелось работать на Сайбер Спейс? - ведь фанатично увлеченный киборгами и замкнутый с людьми Марк не мог не мечтать работать на мирового монополиста в киберпроизводстве.
В ответ он нахохлился как мокрый воробей.
- Они ж до определенного возраста берут, потому что даже инженеров с несколькими академическими степенями продолжают учить ещё несколько лет в своих собственных академиях.
Впервые за время нашего знакомства я подумала, что не знаю, сколько Марку точно лет.
- Да и проверки они устраивают не хуже чем в разведке, - он пожал худыми плечами, остро выпирающими даже под белым лабораторным халатом. - А мне бы не хотелось, чтоб кто-то копался в моем прошлом.
До меня доходили слухи о полукриминальной хакерской истории Марка.
- А почему этого Сайбер Спейс не заменили? - я кивнула на стеклянный гроб, переводя тему.
- Раньше я не видела раненых киборгов…
- А я его у перекупщика взял! - ответил Марк, даже, как мне показалась, с вызовом.
- Анекдот какой-то: купил киборга на рогожке!
- Ну да! Существует вторичный рынок, как и для любой другой… техники. - Марк, обычно посмеивающийся над собственными шутками, моей не оценил, и продолжал вполне серьёзно.
- Перекупщики сюда валом валят. Наша корпократия хоть пока ещё не самый большой потребитель рабочей киберсилы, но самый перспективный. Никаких ограничительных законов, а мораль осталась по ту сторону границы. Но корпорации бывших в употреблении не покупают, только строительные подрядчики для тяжелых работ.
- Как же этот к тебе попал?
- Перекупщик, то ещё наглое жулье, знал к кому обратиться… Это ведь легендарный киборг! Три что ли года тому назад он предотвратил теракт в аэропорту! Я и не думал, что когда-нибудь увижу этого киборга живьем. Ну, то есть воочию увижу… Я ведь много читал тогда о нем. Все массмедиа гудели. Я ожидал кучи научных статей, но… Понимаешь, Первый закон! Киборг не может причинить вред человеку, но и своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред, тоже не может. То есть если киборг видит, что один человек намерен причинить вред другому, он его остановит, не причиняя вреда. А если под угрозой два человека, а если больше? Обычная математика! Тогда да! Тогда киборг может нанести вред злоумышленнику. Ну, как это в аэропорту было. Но при этом у бедняги от подобного диссонанса клеммы должны гореть. И если киборг сам окончательно не разладился, то его потом все равно уничтожают.
- Ужас какой!
- Что?
- Разве это не ужасно?! Киборг спасает людей, рискуя своей… Ладно, не жизнью - безопасностью. Испытывает при этом муки. Которые, может быть, даже сильнее, чем наш человеческий страх. И потом в награду его казнят?!
- Ну, когда ты так это описываешь, звучит действительно довольно паршиво… Но причинивший вред человеку киборг - он вроде взбесившейся от вкуса человеческой крови собаки. Человечество до ужаса боится комплекса Франкенштейна! Вот почему фундаментальная схема любого импланта включает в себя Три закона робототехники!
- Пока что тысячи людей по всему миру гибнут от рук таких же людей, а вовсе не киборгов!
Диагностическая капсула протяжно запищала, показывая, что сканирование завершено. Дисплей замигал зелеными лампочками, показывая 100%. Не поднимаясь со своего табурета, Марк, отталкиваясь ногой от пола, подкатился к стоящему посреди мастерской стеклянному гробу.
- Эй, приятель! - нн легонько постучал по матовому стеклу крышки. - Ты там проснулся? - нажал какие-то кнопки, заставляя капсулу открыться. - Давай выбирайся оттуда! Слышишь меня?
- Тебе без проблем разрешили его купить?
- По документам он значится экземпляром для опытов и исследований. Впрочем, так и есть. Мечтаю провести с ним Тест Тьюринга! Он ведь нарушил Первый закон и выжил…
Тем временем я уже не слушала Марка. Моим вниманием полностью завладел обнаженный киборг, выбравшийся из капсулы. Высокий, широкоплечий, его мускулатура была словно вылепленная скульптором. Даже зудящее внутри гадкое чувство, что я пользуюсь его покорностью, не останавливало меня - так жадно хотелось рассмотреть его целиком. Его идеально сложенное тело, будоражащие воображение, оказалось чуть ли не полностью изувеченно шрамами - следы порезов, ожогов, рваные неровные рубцы осколочных ранений… От увиденного нехорошо засаднило внутри, аж до металлического привкуса во рту.
- Это его в аэропорту так? - спросила я Марка, перебив.
- Ну… Ему и потом досталось! - Марк повернулся ко мне на своем вращающемся табурете и, сняв очки, потер уставшие от мониторов глаза. - Ты читала о подпольных клубах, предлагающих клиентам поединок с киборгом? Щекочет нервы, правда? Особенно, если сказать любителям острых ощущений, что этот киборг в прошлом уже вредил людям. Только вот если киборг не вышел из строя от подобного, значит, Первый закон всё ещё действует. Значит, не получится боя взаправду, а получится банальное избиение! - Марк перестал тереть глаза и вместо этого принялся протирать очки краем лабораторного халата. - Этого как раз держали в таком вот клубе «Фламма» в Гибралтаре. Как он туда попал неясно! Чертовщина какая-то! Ну, в службе безопасности аэропорта он, понятное дело, не числился, а принадлежал охранной фирме-подрядчику. Недели после теракта не прошло, а подрядчик уже сбыл этого киборга с рук! Ни тестов, ни расследования… А Сайбер Спейс ведь должны были на ушах стоять… – отложив, наконец, очки в сторону, и пристроив их у клавиатуры, Марк теперь смотрел на меня в упор. - А в этом клубе «Фламма», судя по следам его травм, - Марк постучал ногтем по экрану, - предлагали клиентам после поединков ещё и секс с киборгом. Я тебе покажу!
- Не! …надо… - нас прервал телефонный звонок от заведующей моим отделением.
- Я должна идти! - сказала я, быстро поднимаясь со стула. Мне совсем не нравилось, как обернулся наш разговор. - Доктор Ада меня уже с фонарями ищет!
- Как ты вообще в ней работаешь? - скривился Марк.
- Да она нормальная тётка. И по-настоящему сильный специалист в своей области…
- Ну да! Только киберофоб! Такая, в общем-то, мелочь в больнице, где три четверти персонала - киборги!
- Ну, умом то она понимает, что врач-киборг выполняет любой процедуру с такой точностью, которая даже не снилась врачу-человеку. Плюс полное отсутствие раздутого эго… - я не сдержала усмешки.
- Мы первая в мире больница, использующая кибернетический медперсонал в таком количестве. И поневоле приходится иметь дело с пациентами-киберофобами…
- Расскажи мне об этом! - социальных работников в нашей смарт-больнице держали именно как посредников между киберврачами и предвзято относящимся к ним пациентами.
- Но когда ведущие врачи сами киберофобы…
- Ты конечно прав! Но мне уже совсем пора…
Именно доктор Ада сосватала меня в эту больницу, созданную фармацевтическим конгломератом. Я отчетливо видела её, как сказал Марк, киберофобию, простирающуюся даже гораздо глубже, и она доставляла мне изрядный дискомфорт. Но тут же я с благодарностью вспоминала, насколько более легко прошла моя адаптация на новом рабочем месте именно благодаря знакомству с доктором Адой. Будучи в определенном смысле её протеже, я, пожалуй, не имела морального права её критиковать.