Страница 26 из 86
Спустя несколько дней после помолвки в Расписном зале собрался совет. Эльфы и эдайн недоумённо переглядывались, гадая, по каким причинам их позвали. Туор и Идриль задерживались. Эльвинг и Эарендил стояли у дверей, ведущих на балкон, и не сводили друг с друга сияющих взглядов. Остальные отдавали должное прохладным напиткам и фруктам на небольших столиках.
— Прошу прощения, что заставил вас ждать! — Туор стремительно прошёл в зал. Длинный плащ волочился за ним по полу. Идриль шла следом, кивая собравшимся. Сделав большой глоток из протянутого слугой бокала, Туор отставил его на стол.
— Меня задержали в доках, куда я ходил смотреть, как идёт строительство Эаррамэ. Если не случится непредвиденных задержек, корабль спустят на воду в начале весны.
Придворные выразили радость улыбками и редкими хлопками. Разговоры о кораблях Туор мог вести вечно, и не все собравшиеся были готовы его слушать. Точнее, кроме Эарендила рассказы о морских путешествиях никого не прельщали. Обведя всех хитрым взглядом, Туор усмехнулся. Он видел их всех насквозь или считал, что видел. По крайней мере, чтобы понять, что придворные не в восторге от новости, особой прозорливостью обладать не надо было.
— Но я собрал вас не для этого. — Взгляд адана цепко пробежал по разом замолчавшим придворным. — Я считаю, мы достаточно сильны сейчас, чтобы снарядить флот и отправиться наконец к берегам Валинора.
— Прости, мы не ослышались? — Амдир заговорил медленно и осторожно, будто с ребёнком. — Ты хочешь повести корабли к Валинору?
— Тебя это удивляет? — Туор приподнял светлую бровь. — Позволь узнать почему.
— Причин несколько, — с готовностью начал Амдир. — Во-первых, давно известно, что ни один корабль не может достигнуть Валинора — Благословенный Край скрыт ото всех. Ты пошлёшь людей на верную гибель.
— Он прав, — согласился Воронвэ. — Я пытался достичь Валинора. Ты отлично знаешь, чем это обернулось, Туор.
— Все корабли разбились, а команда погибла, — кивнул Туор. — Я знаю историю. Ты говорил о нескольких причинах. Какие ещё?
— Она одна, на самом деле. Ты — адан, — просто сказал Амдир. — Даже эльфам нельзя ступить на земли Благословенного Края. Что ж говорить о смертных?! Если бы это было так легко, уверен, нашлось бы немало желающих поселиться в Валиноре.
— Не знаю, смогу ли объяснить вам то, что чувствую, — медленно начал Туор. Солнечный лучик прорвался сквозь занавески и скользнул по его лицу. Трандуил с удивлением отметил, что печать старости уже оставила свой след на нём. Светлые волосы ещё отливали золотом, не пуская к себе серебро. Но глубокие морщины проложили свой путь от носа к губам. Туор старел и страшился этого. И что бы он сейчас ни сказал, это лишь попытка сбежать от старости и смерти…
— Я знаю, что смогу доплыть, — продолжал меж тем Туор. — Я верю в это, как и в то, что Валар примут меня и выслушают. Если они не захотят слушать меня, им придётся послушать Идриль.
Сдавленный выдох раздался со стороны, где стояли Эарендил и Эльвинг. Судя по всему, сын знал о намерениях отца, но не матери. И теперь он стоял и смотрел на них, силясь скрыть глубокую боль и обиду. Идриль отводила взгляд, Туор смотрел прямо и открыто. Ему нечего было скрывать от сына. Своё решение он уже принял.
— Одной веры мало для того, чтобы повести за собой команду, — заметил Орофер.
— Команда уже набрана.
— Значит, всё уже действительно решено, — горько обронил Эарендил.
— Да. Решено. — Идриль нашла в себе силы посмотреть на сына. В глазах её стояли слёзы. Она подошла к нему и положила ладонь на щёку, что-то сбивчиво зашептав. Эарендил стоял, склонив голову и прикрыв глаза, и слушал. Эльвинг возмущённо фыркала, но не вмешивалась, молча стоя рядом.
— Я оставляю город на Эарендила, — продолжил Туор.
— Ты оставляешь, — приподнял бровь Орофер. Но Туор, казалось, не заметил насмешливого удивления, прозвучавшего в голосе советника.
— Он будет править Гаванями вместе с Эльвинг. Уверен, из них выйдут достойные правители. Элессар останется здесь же как дар Идриль Эарендилу.
— У тебя тоже будет свой бесценный камень, — ласково улыбнулась Эльвинг, пытаясь ободрить жениха. Но тот после слов Идриль не поднимал головы, глубоко задумавшись. Её слова подарили надежду на скорую встречу, но предсказания были туманны и полны неясной угрозы. Оставалось надеяться, что со временем он научится сполна пользоваться силой камня и сможет, как и мать, предвидеть будущее и прозревать в чужих сердцах не хуже, чем Идриль.
— Воистину ты оставляешь Гавани Сириона на мудрых правителей. — Трандуил, в отличие от отца, не пытался скрыть сарказм в голосе.
— Ты хочешь возразить? — Туор повернулся к эльфу. — Или тебя не устраивает мой выбор?
— Я лишь хочу сказать, что оставлять город на молодых неопытных правителей будет более чем неразумно.
— Я в их возрасте уже бежал из рабства и жил в пещерах! — вспылил Туор.
— Не удивительно, что ты до сих пор мыслишь теми же понятиями, — фыркнул Трандуил. — Может, напомнить тебе, что ты не в горах, а Гавани Сириона не пещеры. Перед нами стоит вполне реальная угроза со стороны Врага. Думаешь, он забыл про нас и просто оставил в покое? Как бы не так! Я уж молчу о феанорингах, что только и ждут своего часа, чтобы заявить права на Сильмарилл! И в это время ты решил покинуть город, чтобы попытать призрачного счастья и погибнуть на пути в Валинор?! Если твой сын мыслит так же, то хороший же из него получится правитель!
— Не тебе мне указывать, Трандуил! — Туор, тяжело дыша, надвигался на эльфа. — Я оставляю город на сына, потому что он имеет полное право владеть им! Он и Эльвинг, а не вы с Орофером и Амдиром!
— Я слышал, тебя воспитывали эльфы, — скучающе протянул Ороферион. — И от них ты перенял немало учтивых манер. Но теперь я вижу, что воспитание нолдор во многом отличается от воспитания синдар. У нас учат прислушиваться к словам тех, кто намного старше и мудрее. — Глаза Трандуила вспыхнули, как две ледышки. — Никто не стремится оспорить власть Эарендила! Хотя никто и не отдавал её ему! Вы пришли в город, который мы построили! Вы помогли нам, не скрою, но не настолько, чтобы сейчас указывать, кому нам подчиняться! Пойми, он ещё слишком молод, чтобы управлять целым городом! Не бросай его сейчас! Умерь свой пыл! Подожди!
— Я не могу ждать! — не сдержавшись, воскликнул Туор. — У меня нет столько времени! — Адан осёкся и замолчал, но главные слова уже были произнесены.
— Мы услышали тебя, Туор. — Амдир склонил голову в учтивом поклоне. — Ты принял решение. Оно твоё и только твоё. Как и ответственность, что последует после. Ты отплываешь не завтра, мы успеем обсудить немало вопросов. И Эарендил, надеюсь, на этих обсуждениях будет присутствовать, а не проводить всё время в доках, как было прежде. Если ему суждено стать правителем в столь короткий срок, этому стоит начинать учится сегодня же.
Советники-эдайн тихонько переговаривались, бросая быстрые взгляды на нахохлившихся эльфов.
— Ты снова дал волю своему языку, не подумав, — упрекнул сына Орофер.
— Сколько можно молчать, отец? — горько ответил Трандуил. — Мы молча отдали им город, молчали, когда все вокруг называли Гил-Гэлада королем всех эльфов. Теперь мы должны молчать и наблюдать, как всё, что мы с таким трудом создали, погибнет от рук детей? Ты видел их? Какие владыки из них выйдут?! Один не вылезает со стройки, ползая на животе под кораблями, а другая часами не сводит глаз с Наугламира, примеряя на себя Сильмарилл. У них ветер в голове, а действительно мудрые правители уплывают прочь. Один бежит от старости, другая бежит за ним следом… Не удивлюсь, если с нас смеются даже орки в пещерах, потому и не нападают — знают, что мы и так выродимся.
— В этот раз я склонен согласиться с Трандуилом, — тихо сказал Келеборн. — Туор бежит из города на пороге новой войны. Нам стоит думать о том, с кем объединиться, а не забирать с собой воинов, уплывая прочь.