Страница 66 из 102
16
В понедельник стало известно, что налоговая инспекция приостановила операции по счетам фирмы. Виноват был он - Разлогов. Фирма не сдала в срок аудиторское заключение, а не сдала она его потому, что на прошлой неделе Разлогов был занят не работой, а… известно чем.
Прежде чем прибегнуть к такой мере, налоговая должна была потребовать у фирмы отчетность. Но она этого не сделала. Разлогов был уверен, что такому решению поспособствовали их давние конкуренты - компания «Южный Ветер». Но главная причина была в другом; Роман Разлогов, генеральный директор и единственный учредитель в одном лице, забил на работу. А не за горами была зарплата.
Правда, вечером появилась хорошая новость. Позвонил Артур – издатель Гроссмана, и предложил встретиться и пообщаться на тему аренды складского помещения. Он сказал, что может организовать баню с отличной парной. Разлогов с радостью согласился и заметил, что со своей стороны, берется пригласить девушек. Артур сказал, что это неплохая мысль.
Вечером Разлогов поехал к Ольге, они вышли погулять с Чарли. Сизые московские сумерки опустились на город. Было тепло, прямоугольные окна перемигивались друг с другом сквозь заигравшуюся с ветром листву. Ольга была в джинсах, белой футболке и джинсовой куртке.
- Как бабушка? – спросил Разлогов.
Ольга взглянула на него, блеснув желтыми фонарями в стеклах очков.
- Не надо делать вид, как будто для тебя это важно.
- Для меня важно все, что касается тебя.
- Бабушка чувствует себя с переменным успехом, – фонари в очках потеплели.
Чарли рванулся на поводке и залаял.
- Помнишь, как он лаял на меня в марте? Как мы перепрыгивали здесь через лужи? Ты не хотела давать телефон.
Ольга улыбнулась и посмотрела на него, как на своего мужчину.
- Ты сегодня грустный, - сказала она.
Он помолчал, прежде чем ответить.
- Налоговая взяла нас за горло.
- Что это значит?
- Налоговая приостановила операции по счетам фирмы. Мы не можем провести ни один платеж. На носу зарплата, а у меня счет заблокирован.
- Ужас. Почему это произошло?
- Конкуренты позаботились.
- Должен быть какой-нибудь выход, – тихо сказала она.
- Выход есть. И вообще, это далеко не конец. Просто, чтобы все разрулить, нужно время, а я не могу прийти к работягам и попросить их подождать пару недель. Или сказать прорабу, чтобы он им это передал.
- Две недели – не так уж много.
- Да. У нас считается, что с наемными работниками это нормально. Но это же свинство. Зарплата – святая святых. У них семьи. Я квартиру продам, но рабочим заплачу.
Ольга шла рядом и смотрела на него с удивлением.
- Ненавижу коммерсов, которые, когда касается их, из-за копейки готовы удавить, а кинуть работягу на зарплату – в порядке вещей.
Он сказал это с ненавистью, выдвинув челюсть и оскалив рот. Она остановилась и взяла Чарли на руки.
- Может, и его придется продать, - Разлогов кивнул на припаркованный неподалеку «Рейндж Ровер». – Вот обанкрочусь, что ты будешь со мной делать? Останусь без всего, буду клерком в банке или таксистом на Жигулях. А? – он усмехнулся и взглянул на Ольгу.
- Думаешь, мне нужна твоя машина или фирма? – она прижала к себе Чарли. – Я еще недостаточно хорошо тебя узнала, но уверена, что ты не сдашься. Даже если не будет этой фирмы, ты создашь другую. Ты поднимешься, я уверена. И ты верь. Главное, чтобы ты верил. – Она запнулась. – Я не знаю, как тебя поддержать в такой ситуации… Просто я очень хочу, чтобы у тебя все устроилось.
Это было сказано по-детски вдохновенно, твердо и с дрожью в голосе. Она смутилась. Разлогов обнял ее, с Чарли на руках, и стал целовать в губы, в лицо, в волосы.
- Хорошая моя, милая моя… Конечно не сдамся, конечно, все налажу, все будет хорошо. Спасибо тебе…
Чарли заскулил.
- Осторожно, - Ольга отстранилась, - чуть Чарлика не задушил.
На следующий день вечером она приехала к Разлогову домой. Позвонила и сказала, что стоит возле подъезда. Когда Разлогов открыл дверь, он удивился, какое серьезное у нее было лицо. Ольга выглядела так, словно ехала на экзамен. Затемненные очки в толстой, давно вышедшей из моды, оправе, сдвинутые брови, на шее серо-лиловый шарф, как у взрослой женщины; твердая рука на ремне сумочки, как на ремне автомата.
- Проходи.
- Я ненадолго.
Она вошла и остановилась, смущенно оглядев его жилище.
- Да не стесняйся ты, пройди, посмотри, как я живу, - улыбнулся Разлогов.
Он был по пояс голый, в джинсах с расстегнутой верхней пуговицей. Она сняла туфли и мягко прошла в большую комнату.
- Ну, как тебе мое жилище? – Разлогов встал перед ней, надвинувшись мускулистым туловищем, и продолжал улыбаться. Он был заинтригован, она приехала, даже не предупредив.