Кристиан Фэй

«Каждая крестная фея имеет право на ежегодный отпуск, за время которого не должен пользоваться магическим концентратом и иными рабочими инструментами, а также обсуждать внутренние дела Общества со сторонними лицами»

Кристиан ненавидел отпуска.

Это их вялое течение, которое буквально заставляло выпрыгивать на работу. Ощущение бесцельно утекающего времени, когда бродишь по городу в поисках занятия — полезного или хотя бы какого-нибудь, — а оно всё никак не находится. Когда друзья и знакомые оказываются где угодно, только не дома, девушка, которая при меньшем напоре вполне могла бы составить тебе компанию, сбегает, и ты остаешься наедине с кружкой кофе и неким осадком неудовлетворенности на душе. И идешь спать…

Должно быть, именно потому его отправили в отпуск в принудительном порядке. Господин Монтегю знал, как ввергнуть работника в состояние полной апатии.

Две недели отстранения из-за какой-то драки. «Возмутительного поведения в стенах Общества», так он сказал.

— Возмутительного, ну конечно, — угрюмо пробормотал Фэй. Допив остатки кофе, он махнул официантке. Та скользнула по нему осоловелым взглядом и бросила пару слов мужчине за стойкой. Выражение на её лице было абсолютно непроницаемым и слегка брезгливым, словно при виде очередного пятна на фартуке. Неприятно, но вполне ожидаемо — совсем как желание Фэя, чтобы его обслужили.

Кристиан фыркнул, но всё же взглянул на собственное отражение в пыльном окне таверны, так, на всякий случай. Нет, он оставался неотразим и прекрасен, как всегда.

— Почему вы так печальны, госпожа? Обидел кто-то из клиентов? — он расплылся в улыбке и откинул прядь волос, лезшую в глаза. Это движение покоряло дам любого возраста в радиусе десяти метров, но…

— Ваш кофе с ликером, господин, — кисло ответила официантка и со стуком водрузила чашку на стол. Мутный взгляд из-под нарисованных углем бровей дышал равнодушием. — Ещё что-нибудь?

— И рома, будьте добры, — Фэй скис окончательно. Паршивый вечер туманом клубился за окном. По мостовой с раздражающим тарахтеньем пронесся новенький автомобиль — редкий гость в серых, вечно влажных предместьях Богемного района. Помнится, один из подопечных учил Кристиана водить эту машину, от которой за версту несло маслом, кожей и химией. Фэй не слезал с похожего на насест водительского сиденья до последнего, пока не сумел миновать две улицы и не смял почтовый ящик, протащив его корпус по тротуару до палисадника, где тот вкопался красным надгробием.

Шорох за спиной не застал Кристиана врасплох.

— Может быть, я смогу вам чем-нибудь помочь, господин?

Тихий голос говорящего был мягок, словно мед. Извращенец, решил Фэй. Извращенец, либо работник ножа и удавки.

— Обычно это моя фраза, — пробормотал он.

— Что вы сказали, господин?

— Ничего, — отмахнулся Кристиан. — Мне ничего не нужно.

— Добрый господин не хотел бы попробовать одну весьма неплохую вещь?

Фэй крутанулся на скамье, оказавшись нос к носу с назойливым соседом.

— Добрый господин хочет, чтобы его оставили в покое, — процедил он, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не вцепиться мужчине в засаленный воротник. — И если вам это не вполне ясно, уважаемый, то могу растолковать по-другому.

Рыбьи глаза безразлично моргнули.

— Я понял, господин.

Шумно выдохнув, Фэй повернулся обратно и расправил белоснежные манжеты.

— Вот и чудно.

— Всего лишь хотел предложить вам лекарство от скуки. Лучше эля или рома. Так, слегка поднимает настроение…

Пальцы Кристиана перестали барабанить по стенке чашки. Он закусил губу.

— И почём?

***

Кто-то настойчиво пытался перевернуть Кристиана на другой бок.

Фэй попробовал открыть глаза и снова зажмурился. Казалось, его голова превратилась в очаг ноющей боли.

— Здесь нельзя спать, господин…— пробормотал некто и продолжил толкать, отчего виски пронзил острый спазм. Аж в ушах зазвенело.

Фэй отвесил будившему щедрую оплеуху и облегченно улегся обратно. Затем медленно разлепил глаза и уставился на закопченные стекла фонарей, за которыми серело утреннее небо. Кругом, у каменных стен высились пестрые кучи мусора, а на камнях мостовой, прямо у его головы, разлагалась дохлая кошка.

— Смотри кого трогаешь. Я — Кристиан Фэй, самый лучший храни… Ооо… Почему у меня всё так болит?

— Потому что вас били ногами, господин, — осторожно ответили ему.

От удивления Фэй даже сумел приподняться. Болезненного вида парнишка отпрянул, ожидая очередной оплеухи. Его впалые, широко расставленные глаза уставились на Кристиана с неподвижным лягушачьим блеском, язык скользнул по губе с коркой запекшейся крови, худые руки торчали из не по возрасту коротких рукавов истертой куртки. Жилистые, с синевой вен на бледной коже. Попрошайка или еще один рабочий с завода. В последнее время фабрики Петрополиса не гнушались ставить у станков всех, кто мог дотянуться до нужных рычагов.

— Что?!

— Били ногами, господин. П-после того как вы бросили бутылку в хозяина заведения. Я всё видел.

— Бросил бутылку в хозяина заведения?

Юноша кивнул.

— Да, именно так. Сразу после того, как разбили пепельницу о голову Свина.

— Свина?

— Так зовут вышибалу. Кажется, его отвезли в больницу.

Кристиан решил больше не задавать вопросов. Уточнения лишь омрачали дело. Цепляясь за выщербленные кирпичи стен, он с трудом поднялся. Совсем новый костюм покрыла корка грязи, а рубашка пропиталась желтым. Кристиан опустил взгляд на место, где он лежал всего пару минут назад, и до волос решил не дотрагиваться. Видимо, у него была поистине адская ночь…