Страница 32 из 55
Я сидела на диване в гостиной и смотрела на девушку, которую Скотт прочил в няни для Элизабет. Адвокат обретался по соседству в кресле и беспристрастно взирал на будущую работницу. Молодая особа показалась мне милой и сдержанной. Когда Лизи появилась перед очами будущей гувернантки, то они моментально наполнились лаской и светом. Я оценила это. Готова была нанять ее на работу в туже секунду, но господин Скотт начал задавать вопросы. Через четверть часа удалось завершить собеседование, и Марта Докки, так звали няню, отправилась в комнату дяди. Эту спальню я отдала ей.
— Спасибо вам, сэр, — нежность в голосе меня саму удивила.
Я откашлялась и более уверенным тоном предложила:
— Не хотите чая?
— Да, но предпочел бы пригласить вас в ресторан. Тут неподалеку. Там, готовят, отменные пирожные.
- удивленно посмотрела на англичанина. Он был невозмутим и безучастен к происходящему. Скорее всего, это простая вежливость с его стороны, и мне предстояло поступить учтиво.
t
— Хорошо, давайте сходим, — улыбнулась я.
Когда вышли за порог дома, то я поняла, как правильно поступила, согласившись на приглашение Джона. Небо было безоблачным, солнце заливало землю своими лучами. Я невольно улыбнулась. В воздухе витали ароматы лопнувших почек и освободившейся от снега земли. Живя в усадьбе крестной, любила гулять в эту пору и наслаждаться запахами пробудившихся от зимней спячки леса и пашни.
Скотт взял меня под локоть, и мы направились вниз по улице в сторону его конторы. Разговор не заводили, и я была предоставлена своим мыслям. Надо признать, весьма грустным. Подумать не могла, что буду скучать по Софье Николаевне и ее детям. Так привыкла к ним, что не хватало шума и баталий, которые устраивали графы перед уроком. Твердо решила написать крестной письмо, в котором подробно изложить события, произошедшие со мной, за исключением некоторых подробностей. Непременно включу в описание и помощь адвоката.
Пока была занята размышлениями, мы миновали рабочее место Джона и через пару домов остановились возле одноэтажного ресторана. Я удивленно вскинула брови и посмотрела на англичанина. Тот пожал плечами, улыбнулся и сделал приглашающей жест рукой. Подчинилась и поднялась по ступеням. Вкус у господина адвоката отменный. Внутреннее убранство ресторана мне понравилось. Небольшие столики, тканевые обои, деревянная отделка потолка и мягкие кресла. Увиденное можно было охарактеризовать, как шикарно, со вкусом, элегантно. Пройдя вглубь зала, я встала возле столика. Подождала, пока Джон отодвинет мне кресло и поможет устроиться в нем. Сам он сел напротив и скучающим взором окинул помещение. Официант появился мгновенно и огласил список десерта. Я остановила выбор на куске клубничного торта и чае, а Скотт ограничился чашкой кофе. Когда заказ был подан, и я съела не меньше трех ложек сладкого, адвокат заговорил:
— Мисс Мария, вы бледны. Вам не подходит здешний климат?
— Океан прекрасно наполняет воздух свежестью, но вы правы, к климату нужно привыкнуть, — ответила я.
— Я могу порекомендовать вам хорошего врача.
— Нет, спасибо, — резкость в голосе не понравилась мне самой, но Скотту придется это пережить.
Воцарилось молчание, во время которого мне вдруг стало неудобно за свое поведение. Мужчина помогал, и я была обязана сдержаться. Чтобы исправить ситуацию, заговорила:
— Простите, я просто действительно плохо сплю, но врач не нужен.
Признание далось с трудом, но я не жалела о нем. Сдавалось, что произнеся вслух то, что скрывала ото всех, я освобождалась от проблем.
— Вы вспоминаете Алекса? — спокойно спросил адвокат. — Ваш жених из этих мест?
На его лице не дрогнул ни один мускул. Только внимание в глазах служило признаком заинтересованности.
— Алекс Стоун, владелец нескольких ювелирных салонов в Нью-Йорке и Новом Орлеане.
— О, я знаю господина Стоуна, — кивнул мужчина, а я обрадовалась.
— У него была жена и в скорости после родов умерла, — продолжил Скотт. — Не знал, что в свои шестьдесят лет он надумал жениться. Что ж могу его понять. Жаль, что случилась эта трагедия.
Я вздернула подбородок и с достоинством посмотрела на собеседника. Невозмутимость адвоката меня смутила. Он знал о ком идет речь, но человек, о котором говорил Джон, с образом Алекса не имел ничего общего. Потупила взор и задумалась. Сердце сжалось в предчувствии опасности. Ребекка ясно давала понять высшему обществу «Титаника», что господин Стоун именно тот за кого себя выдавал. Алекс рассказывал истории из жизни работы в магазине и клиентов, не называя имен. Все только догадывались, о ком шла речь, предполагая разное, но было весело.
— Кольцо подарил вам он? Это сразу видно, что старинная работа. Иероглифы и завитки. Я немного разбираюсь в этом. Поверьте на вашей ручке по-настоящему старинная вещь, которая стоит целое состояние. Наверное, обручение было выше всяких похвал.
Я смутилась, вспоминая трактир. Особенно восхитительным преподнесение кольца тоже не назовешь. Да и подарила, получается, перстень мне та гадалка, а Алекс натянул на палец. Я вздохнула и промолчала. В голове прочно засели сомнения. Пришлось погрузиться в раздумья, но они не радовали.