Страница 19 из 53
Получив приглашение от Ирины, жена Носова, нарочито выставляя вперед и так уже большой живот, подошла к мужу, который лежал на топчане, мучительно придумывал себе род занятия.
—Леша, — проворковала Катя.
—Что случилось? — почти ласково отозвался он.
—Наш первенец брыкается, послушай.
Носов знал свою жену и потому не поддался на уловку.
—Не хитри, говори, пришла подлизываться? Я уже сто раз слушал, как он брыкается.
—К тебе уже и подлизаться нельзя, муж называется, — она игриво надула губы.
—Говори уже, не затем пришла, чтобы молчать? — с доброй усмешкой ответил он.
—Пойдем к Изотовым….
Носов сразу насупился, но Катерина не оставила его в покое.
—Муженёк, у них сынок Юра родился, надо обмыть.
Носов молчал и демонстративно отвернулся к стене.
—Леша, Леша, — Катя тронула мужа за плечо, но тот не реагировал, — Леша, а знаешь, что Петро до сих пор хранит ту бутылку, которую вы тогда не выпили. Он говорит, что придет время, из тебя дурь выветрится, и вы разопьете мировую.
Муж еще больше посмурнел, почувствовал, что защита его становится зыбкой, потому предпочел отмалчиваться.
—Леша, у нас, даст бог, тоже родится ребенок, они тоже не придут….
Он понимал, что прижат к стене и нужно только время, для его согласия.
—Что стыдно идти, боишься, что он тебя тоже выставит за дверь?
—Ничего я не боюсь, чего ты ко мне пристала.
—Ты муж мой, к кому же мне приставать, как не к тебе? Что мне идти одной?
—Иди…, — несколько устало ответил Алексей.
—И пойду! Пусть тебе станет стыдно, когда к тебе тоже в гости друзья не придут!
Катя повернулась и стала вытаскивать из сундука свой праздничный наряд. Носов сел.
—Что ты пристала, как банный лист до задницы?
Опять возмутился Носов, но в его голосе уже не было уверенности в своей правоте, что сразу заметила Катя. Она шариком подкатилась к мужу, обняла его.
—Ух, эти бабы, пристанут не отстанут!
Катя опять метнулась к сундуку и через минуту положила костюм Алексея перед ним на табурет.
—Одевайся, — она говорила так, будто вопрос был уже решен.
—Я еще не согласился идти, а ты уже одежду подсовываешь.
—Ты сам сказал «еще» - значит согласишься.
—Похоже, от тебя не отбиться, — он потянулся к костюму.
Чрез пять минут он был уже готов иди, но жена еще бегала полуодетой по комнате.
—Ты еще долго?
—Я скоро, еще пять минут.
—Скорее наводи румянец на заднице, а я выйду на воздух.
По дороге к Изотовым, Носов несколько раз порывался повернуть к своему дому, но Катерина крепко держала его под руку и каждый раз подносила свой маленький кулачок к его носу.
***
В маленькой комнатушке собралось несколько человек, которые едва переступали порог, сыпали пожелания, дарили младенцу подарки. Подарки незатейливые, сшитые своими руками, распашонки, пинетки, пеленки, подгузники…. Сыновья Изотовых Володя и Толик, не понимая, почему собралось так много людей, робко сидели на койке, рядом с бабой Феней, но когда гости уселись за стол, дети немного пообвыкли и потребовали у бабушки угощений.
За окном сгустились сумерки, напоминая собравшимся гостям, что детям хозяев, как и детям гостей, пора спать, стали расходиться. Катя, как могла, сдерживала порывы мужа уйти домой. За все время торжества Петр и Алексей ни разу не пересеклись. Даже тост говорила Катерина. Наконец все разошлись, Алексей, чувствуя неловкость, сказал Кате:
—Идем домой, пора и честь знать.
Катя взглянула на Ирину, их план перемирия явно проваливался. Ирина молча развела руками, мол, ничего не поделаешь. Когда чета Носовых стала одеваться, заплакал Юра, Ирина бросилась за занавеску к нему, за ней Катя. Петр и Алексей остались одни. Малыш дано уже не плакал, но женщины не торопились выходить, хитро посматривали друг на дружку. Первым не выдержал Петр:
—Разговор у нас не клеится, ты смотришь волком, но у меня есть еще та бутылочка, с которой мы приходили к Вам. Она прокиснет.
—Дурак, я! — опустив взгляд, невесело сказал Носов, — причем ты, что мне не дали медаль. Зависть заела. Я же работал не хуже тебя, теперь ты мой бригадир. Умом понимаю, что не прав, а жаба душит….