Страница 21 из 63
работу. Главное, обещать отдать землю в руки крестьян.
***
несколько раз перечитывал некоторые фразы, чтобы понять их смысл.
«Здравствуй, Карпо. Во-первых строках моего письма сообщаю, что мы живы и
здоровы, чего и вам желаем. Обрадовались, что у тебя родилась дочь. Соскучились мы по тебе, да и без твоей помощи трудновато. Зять мой, Иван Таманский, помогает, но все
норовит забрать себе. Мы с Тосей не возражаем, сколько нам надо, чтобы жить в
скоромности? Мы живем в своем доме. Ольга с мужем живут в вашей хате. Не
журись, твой дом, в котором живем по твоему разрешению, освободим, по приезду твоей семьи.
Бог, а может черти прибрали Григория Сабитова. Жена его ушла в монастырь,
отмаливать грехи мужа. Только Бог его может и простит, а люди никогда. Теперь всем заправляет Полина. Бает народ, что она стала богаче Григория, тестя своего.
Шкуродёрни работают, дают небывалый доход, народ со всей округи гонит ей скот. Дает в долг деньги для покупок разных. Если кто не может отдать долг в срок, забирает покупку назад. Еще никого не простила. Андрей у нее на побегушках. Как напьется,
частями деньгами или зерном. Бычки подросли, есть чем таскать косилку. Трудно мне уже махать косой.
Игнат повесился, не смог смотреть в глаза людям. Все думали, что он прижимистый и бессовестный, а видишь, как повернулось. Жена его Евдокия-первый помощник Полины. Требует возвращать долги больше, чем сама Полина. Бывших подружек не замечает.
Передают тебе привет дочь моя Ольга, да Танька-брехло, зовут ее теперь Тарасовна. Она говорит, что если бы ты женился на Полине, то маялся бы всю жизнь. Отпиши ей в следующем письме несколько слов, передай поклон, рада будет.
Степаныч, наш староста, недавно помер. Царство ему небесное! Хороший был человек.
Больше новостей нет. Мы с Тосей желаем вам здоровья и скорого возвращения. Бают люди, что война скоро будет. Защити и не приведи Господь. За могилкой твоей матери мы ухаживаем.
Тося плачет, соскучилась по тебе. Как пирожки печет, вспоминает тебя. Плачет и
говорит: «Любит Карпо мои пирожки. Как придет, напеку целую гору. Изголодался там в неволе».
На том заканчиваю. До свиданья. С пожеланиями твой дядя Трофим и моя жена
Тося».
—Полина, — в задумчивости проговорил Карп, — никого не пожалела: ни отца, ни
меня, ни людей. Ну, ничего поквитаемся.
Юля сидела рядом и без тревоги слушала письмо, но когда она увидела лицо мужа, в ее сердце кольнула ревность.
—Ты ее любил?
Карп не услышал вопроса, он думал о своем. Не дождавшись ответа, она ушла к детям. Первые слезы, их совместной жизни, приняла подушка.
Карп очнулся от дум, пришел к ней, чтобы убедить ее, что она самая лучшая во всем мире. Никто ему больше не нужен, а то, что было, быльем, поросло и никогда больше не вернется…. Его ласки в ночи загасили тревогу в ее невинном сердце.
***
Через два дня Карп Николаевич может отправляться домой в родные степи. Странное чувство охватило его. Радость смешалась с тревогой, а где-то в самом затаенном углу его души шевельнулась она, Полина. Он попытался залить ее недавней ненавистью, но
оказалось, что в запасниках ненависти вовсе нет. Нет, он не стремился к ней, уже не
испытывал того давнего чувства любви и трепета, он просто боялся неминуемой встречи. Юлия просила его остаться или уехать в другое место, но Карп упрямо тянул ее на родину. Она успокаивала себя тем, что у них двое детей, но боялась перемен, она боялась, что вспыхнет любовь Карпа к Полине.
Нашлась еще одна причина, по которой Карп должен вернуться домой. Партия
считала, что в данном районе слабо развита революционная деятельность.
—Карп Николаевич, мы надеемся, что ты станешь настоящим бойцом революции, вернешься домой, войдешь в курс дела и со временем возглавишь партийную ячейку станции Торговой. Ты человек там свой, а потому со знанием дела начнешь
разъяснительную работу в селах. Там у нас и “конь не валялся”,— Исаевич крепко пожал руку своему ученику и любимцу, — много ты слышал мнений, но помни одно. Если мы сделаем революцию для людей, у нас все получится, если поднимем людей, ради
самой революции, мы зальем Россию кровью. Может еще придется свидеться?! В добрый путь!
***
Станция Торговая встретила молодую семью Куриловых хмурым осенним небом,
паровозными гудками, запахом креозота да дымом проходящих паровозов. Люди
спешили по своим неотложным делам. Карп жадно всматривался в лица прохожих, с
надеждой встретить знакомых людей.
К ним подошел человек в промасленной одежде и вежливо спросил:
—Вы Курилов?
—Да, я Курилов Карп Николаевич. Исаевич просил передать поклон.
—Спасибо, но я не знаю его,— после такого ответа Карп протянул руку новому
товарищу.
Поселилась семья недавнего ссыльного на незаметном переулке, вблизи
железнодорожных путей. По ночам, когда проезжающие паровозы подавали тревожные гудки,
дети просыпались, испуганно искали мать.