Страница 136 из 160
Увидев последствия неуправляемой ненависти Бреты, Черный Король мертвой хваткой вцепился в ее тощую шею.
- Еще одна подобная выходка, и ты отправишься развлекать моих солдат, пока им не надоест твое общество или ты не умрешь, обессилев под очередным из воинов! – завопил чародей и с особым пренебрежением разжал пальцы.
Он бережно поднял Дариану и перенес на свой трон, затем извлек из плеча девушки острый кинжал и принялся заговаривать заклинанием глубокую рану. Не отрываясь от лечения, Гримм сказал Юлиане:
- Займись этим на редкость преданным генералом, Юлиана. Полагаю, его верность Дариане еще сослужит нам полезную службу. Он останется с ней, даже когда Дариана будет моей королевой!
Осмар собирался возразить, сказав, что Черный Король питает пустые надежды относительно руки Дарианы, но предпочел воздержаться от никчемных препирательств, в конце концов, Гримм с не меньшей легкостью, чем Брета, отнимет у него жизнь, а ведь он обещал своей королеве, что никогда не покинет ее. Тем временем Юлиана вполне успешно справлялась с исцелением ран Лейнгеля, и вскоре он почувствовал, как боль отступает, а ссадины, ушибы и прочие увечья затягиваются. Вот уже и Дариана открыла глаза, неуверенно поднялась и, пошатываясь, направилась к нему, не обращая никакого внимания на следовавшего за ней по пятам Гримма.
- Ты даже не поблагодаришь меня за спасение, любовь моя? – ласково спросил король Кармагара.
- Я поблагодарила бы Брету, окажись она удачливее и попади несколькими сантиметрами ниже ключицы. Вот было бы истинное спасение, - с полным безразличием в голосе ответила Дариана, так и не обернувшись на хозяина замка.
- Мне будет не доставать твоей дерзости, я уверен, - наигранно выдохнул чародей и продолжил размышлять вслух, - Однако приобретаю я гораздо больше. Есть ради чего пожертвовать столь многим. Осталось лишь дождаться главного гостя нашего торжества!
- К чему медлить, Гримм? Ты же все равно исполнишь задуманное, так давай обойдемся без представлений и лишнего драматизма, - Дариана хорошо понимала, что Черному Королю понадобился Иган не просто как зритель, он собирался одним махом решить все свои проблемы: поработить Дариану и тотчас приговорить к смерти сломленного морально врага. Она должна, во что бы то ни стало, исполнить пророчество и расправиться с Гриммом. Дариана готова принести в жертву собственную жизнь, но не жизнь Игана. Она готова пожертвовать собой, ибо так предписано уже тысячи лет до ее рождения, но о смерти остальных нет никаких упоминаний, а посему все должно решиться до появления здесь Игана.
Словно читая мысли девушки, чародей с легкой иронией в голосе сказал:
- Видишь ли, любовь моя, присутствие Лорда Аттема необходимо мне не только ради забавы, хотя, несомненно, его душевные муки – зрелище, стоящее любых жертв. Однако его главной миссией будет помочь тебе решиться на мое предложение.
Он жестом подозвал к себе того Жреца, который явился в тронный зал вместе с ним и Юлианой. Высокая тень в черном балахоне с головы до пят соскользнула с возвышения у трона и плавно подплыла к повелителю. Гримм щелкнул пальцами, и крышка резной шкатулки послушно отворилась, представляя взору собравшихся настолько же красивую, насколько зловещую корону из темного металла, украшенную перламутрово-черным жемчугом по ее матовой поверхности.
Дариана воочию узрела Тиару Вечного Заточения – венец, который носила Леди Саманта Мамбарская, венец, который отныне жаждет заполучить и ее душу. От сосредоточения такого лютого зла в одном месте Дариане стало холодно, и, несмотря на то что сдерживающие цепи не давали возможности использовать дар или ощутить с его помощью силу чужого, все ее тело била мелкая дрожь, как свидетельство пока только присутствия черной магии, а даже не ее воздействия.
Чистые души столь невосприимчивы к злу, все их нутро отвергает любое его проявление, и, даже когда не получается сразиться с Тьмой из-за явного превосходства соперника, Свет доброго сердца не тускнеет, продолжая согревать своего хранителя. С этой мыслью Дариана прогнала страх и отчаяние, а Гримм снова заговорил спокойным тоном, тоном победителя:
- Эта прекрасная корона, именуемая Тиарой Вечного Заточения, является высшим искусством черной магии и, вне всяких сомнений, сполна оправдывает свое название. Когда-то она принадлежала моей прелестной прабабке…
«Скорее наоборот – Леди Саманта принадлежала этому чудовищному венцу», - подумала Дариана, чувствуя вздымающийся из глубины души гнев, магия Огня Великого так и кипела внутри, не имея путей для высвобождения.
Гримм продолжил:
- Тиара Вечного Заточения обладает уникальной способностью, несущей несомненную пользу для того, кто зачаровал ее, и, разумеется, той, кому она предназначена…- он нарочно сделал паузу и, скривив рот в издевательской усмешке, заглянул в лазурь таких неласковых глаз Дарианы. – Она способна сотворить любовь!