Страница 135 из 160
- Спасибо вам, Леди Саманта, вы действительно дали мне надежду! – просияла Дариана.
- Это меньшее, чем я смогу тебя отблагодарить, Д’Амара, за спасение моей души. Прощай же и помни: Любовь – это Высшая Сила! Да поможет тебе Творец развеять тот мрак, что сеет Кармагар, - Саманта отступила назад и растаяла в воздухе в ту же секунду, а в помещение уже беззвучно скользнули четыре призрака в черных одеждах и капюшонах.
На сей раз солдаты не сопровождали бестелесных владык, поскольку это было ни к чему. Жрецы Темного Братства легко контролировали действия пленницы с помощью сдерживающих цепей.
- Твоя очередь, - прошипел один из них, и незримая сила подтолкнула девушку в спину. Дариана была вынуждена подчиниться и проследовала за призраками навстречу собственной судьбе.
Покинув темницу, они вышли в такой же узкий и темный коридор, который показался Дариане бесконечным, однако она быстро воспользовалась этим обстоятельством и всецело погрузилась в мысли о том, что поведала ей Леди Саманта. Машинально переставляя ноги, она настолько глубоко задумалась, что не сразу заметила перед собой крутую лестницу из нескольких десятков ступеней. Очередной легкий толчок в спину, и девушка зашагала вверх, немного приподняв подол своего великолепного красного платья. Наконец, когда ступени остались позади, они оказались в роскошном, богато убранном круглом зале с колоннами, стенами, лестницами и балконами из чернейшего мрамора; с ковровыми дорожками также цвета вороньего крыла. Люстры, подсвечники и различные вензельные украшения отливали чистым золотом, так резко контрастируя с мебелью и прочими предметами интерьера, которые, так или иначе, печалили взгляд оттенками черного. Теперь Дариане стало ясно, почему замок носит такое название. Она вышла в центр круглого помещения и устало опустила взгляд. Девушка невольно коснулась кончиками пальцев своего медальона и улыбнулась образу Игана, возникшему в ее мыслях. Цепь одернула руку по приказу сопровождающих, причиняя резкую боль, но Дариану этот жест вовсе не расстроил, она может наслаждаться счастливыми воспоминаниями и без энергии амулета.
На противоположной стороне зала она заметила широкий проем, а за ним две тяжелые резные деревянные двери, обожженные до угольного оттенка. Рядом стояли могучие воины, как те, что приходили за Осмаром. Их широкие лица не выражали абсолютно никаких эмоций, а белую кожу так контрастно оттеняли черные доспехи и царящий всюду мрак, что с таким видом они вполне могли сойти за мертвецов. Створы тотчас разомкнулись, и перед Дарианой во всей своей мрачной красе предстал тронный зал короля Кармагара.
Вероятно, это было единственное помещение во всем замке, которое ярко освещалось в эту ночь, что заставило Дариану учащенно моргать, пока она не привыкла к свету. Громадные окна были тщательно занавешены, но даже сквозь плотные шторы едва заметно пробивались лучи раннего солнца, как знамение о наступлении нового дня. С порога девушка убедилась, что Гримма здесь пока нет, однако вскоре он, несомненно, должен появиться, не с Бретой же повидаться ее привели. Снова чужая воля заставила ее неторопливо продвигаться вглубь помещения, и, когда Дариана и ее гиблые стражники миновали высокие резные стеллажи с несметным количеством свитков, книг и прочей канцелярии, их взору предстала королева Ниф с самодовольной улыбкой на лице. Она окинула Дариану ненавидящим взглядом и, еще ехиднее разулыбавшись, отступила в сторону, открывая пленнице страшную картину.
Осмар Лейнгель стоял на коленях у самого окна, руки его были скованы за спиной, а голова склонилась к самой груди. Брета постаралась на славу, вымещая всю имеющуюся злобу на своем обидчике. Спина и плечи Осмара были испещрены кровоточащими бороздами, оставленными, вероятно, кнутом; лицо покрылось синяками и отеками; из уголков губ сочились дорожки крови, сбегая по подбородку на перламутрово-белый стеганый камзол без рукавов. От увиденного у Дарианы подогнулись колени, но она стремительно бросилась к верному другу. Опустившись на пол рядом с Лейнгелем, девушка принялась бережно обмакивать кровь на его лице своим рукавом. Она осторожно погладила растрепанные волосы, опасаясь причинить ему новую боль. Почувствовав касания заботливых рук, Осмар приподнял голову и открыл глаза, а затем так искренне улыбнулся Дариане, превозмогая нестерпимые мучения, словно невозможно было представить лучших обстоятельств для их встречи.
- Моя госпожа…- прохрипел он и тотчас закашлялся.
- Не вздумайте оставлять меня, Осмар! Слышите?! Не смейте бросать меня! – восклицала она, едва сдерживая слезы.
- Никогда, моя королева, мой дорогой друг!.. – уже тверже ответил он, целуя ее руку пересохшими губами.
- А теперь отойди от него, несчастная рабыня! Наш доблестный воин еще не получил должного наказания за свое предательство! – захохотала Брета за спиной у Дарианы.
Девушка быстро поднялась на ноги и повернулась к королеве Ниф.
- Да что с тобой такое?! Откуда в тебе столько жестокости, Брета?! – взревела Дариана.
- Я не обязана отвечать безвольной рабыне! – рявкнула та. – Сначала я прикончу этого мерзкого предателя, а потом с наслаждением буду взирать на твое горе, как, собственно, и обещала при нашей последней встрече. Уйди с дороги!
Дариана не двинулась с места, тогда королева Ниф с помощью своего дара отбросила узницу в сторону с неистовой силой, что Дариана пролетела несколько метров и врезалась в огромный письменный стол у противоположной стены. От резкой боли в боку у девушки перехватило дыхание, но когда она увидела в руках Бреты острый ритуальный кинжал, вне всяких сомнений, предназначенный для Лейнгеля, тотчас стремительно бросилась наперерез. Собственные страдания уступили борьбе за жизнь друга. Дариана оказалась между острием ножа и сердцем Осмара как раз в тот момент, когда рука королевы Ниф нанесла роковой удар. Лезвие с легкостью пронзило хрупкое плечо Дарианы, и девушка медленно опустилась на холодный камень глянцевого пола.