Страница 25 из 42
До городских ворот оставалось совсем близко. По мере приближения к ним волнение всё сильнее охватывало Венкэ. Он научил себя не страшась смотреть в лицо смерти, будь то схватка один на один или крупное побоище. Но сейчас, глядя как надвигаются на них стены мирного города, он занервничал. Не было привычных доспехов, щита, копья. Не ощущалась внушающая уверенность тяжесть меча на поясе. Всё это осталось в военном лагере. Одетый в крестьянскую одежду Золотой Змей неторопливо шёл вместе с сельскими жителями в город. Крестьяне направлялись в Хокорд на ежегодный праздник урожая, проводившийся после завершения сельскохозяйственных работ. В Хокорде уже почти три месяца находился капитан Касар, изнутри готовивший дерзкую операцию по его захвату. Лидеры повстанцев держали постоянную связь через посыльных и доверенных лиц, но сейчас, на завершающем этапе подготовки, Венкэ решил лично проверить её результаты. К тому же он вёз ценный груз. В заполненных овощами и фруктами телегах, въезжавших сейчас в Восточные ворота, были спрятаны копья, луки, стрелы и топоры. Главным образом поэтому именно сейчас Венкэ охватил неподдельный страх. Если дежурившие на воротах солдаты вздумают проверить телеги, то всё пропало. Однако проверять телеги никто не стал. Бойцов больше интересовал сбор пошлины. Крестьяне платили по одной медной бакре за телегу. Причём, как заметил Венкэ, один медяк они клали в опечатанный железный ящик для сбора пошлины, а один оставляли себе.
Прежде чем заплатить необходимую сумму, крестьянский староста некоторое время пререкался с солдатами и жаловался на непомерные поборы. За что солдаты пообещали его проучить плётками или вообще прирезать. Венкэ щедро снабдил своих новых союзников деньгами, но если бы староста выплатил пошлину не торгуясь и не возмущаясь, то это могло вызвать ненужные подозрения. Когда телеги благополучно миновали ворота и углубились в город, Венкэ вздохнул с облегчением. Морик, крестьянский староста, осторожно дотронулся до плеча Венкэ и тихо произнёс:
- Господин, теперь мы будем обращаться с вами как с равным, иначе стража заподозрит. Остальные будут относиться к вам так же. Умоляю, сдерживайте свой гнев. Я знаю как высокородные реагируют, если оскорбить их достоинство.
- Не переживай, Морик, я всё помню. Спасибо вам всем за помощь.
- На вашей стороне сам бог! А мы на стороне бога.
Венкэ всегда помнил этот нюанс. Простолюдины помогают не ему, странному авантюристу, ведущему войну ради личного возвышения. И не ему, как благородному патриоту, помышляющему освободить поруганную отчизну от захватчиков. Они с ним только благодаря Корнэку, Лучу Звезды, провозгласившему Венкэ Золотым Змеем. Простолюдины рискуют жизнью ради пророка, который заставляет их поля приносить богатые урожаи, избавляет их самих, а также их детей от болезней и недугов. Этого Венкэ не забывал. Без Корнэка он был никем. Но и Корнэк без него тоже немного стоил. На одном людском сочувствии не построишь обновлённую веру. Прекрасно, что Луч Звезды и Золотой Змей понимали друг друга и не путались друг у друга под ногами.
Пока Венкэ размышлял на отвлечённые темы, Морик искал место для размещения телег и людей. Подходящая площадка нашлась в стороне от главного городского рынка. Будь ситуация другой, Морик постарался бы приехать в Хокорд пораньше и занять место поудобнее и поближе к центральному торжищу. Но сейчас было необходимо затеряться среди прочих крестьян, чтобы привлекать как можно меньше внимания. Не смотря на всю невыгодность занятой площадки с точки зрения успешного сбыта урожая, контролёр потребовал со старосты две серебряные сирды. Два презрительно скривившихся солдата, стоявших за спиной контролёра всем своим видом показывали, как у них чешутся руки проучить старосту. Наблюдая за этой сценой, Венкэ горел желанием хорошенько отметелить зазнавшихся негодяев, возомнивших себя воинами, но годных лишь на то, чтобы грабить безоружных. С другой стороны, разве воины Золотого Змея не занимались сбором дани с подконтрольных поселений? Но Венкэ успокоил свою совесть тем, что никогда не позволял воинам издеваться над крестьянами. Наконец, после препирательств и сетований на горькую судьбу, Морик заплатил требуемую сумму. Как и прежде на воротах повторилась та же картина. Одну монету контролёр убрал в мешочек для сборов, а другую положил в карман.
Через пару часов его нашёл капитан Касар. Венкэ не узнал товарища. Без доспехов, оружия и кавалерийского плаща, капитан не походил сам на себя. Даже излучающий уверенное превосходство и агрессию взгляд куда-то пропал. Улыбка также сменилась каким-то покорным безразличием. Вот, что значит вжился в образ низкородного горожанина. Одет капитан был как простой ремесленник из гильдии красильщиков: башмаки из мягкой кожи, штаны, вязаная кофта и куртка. Местами его одежда была испачкана известковой краской. Касар протянул Венкэ комплект такой же одежды:
- Спрячься и переоденься. Будет странно, если крестьянин с красильщиком будут по городу шататься. Груз привёз?
- Ага, - Венкэ, спрятавшись между телегами, быстро менял внешние признаки сословной принадлежности. - Тебя и не узнать.
- Зато у тебя рожа слишком надменная для простолюдина. Сделай её попроще, я не шучу.
- Хорошо. Когда выгружать будем ор...
- Тсссс! - перебил собеседника Касар. - Никаких разговоров. Мало ли кто услышит. Сейчас пройдёмся по городу молча. Просто смотри и запоминай. Поговорим в более укромном месте. И лицо сделай попроще
Они отправились в квартал ремесленников, делая большой круг через все важнейшие районы города. Как и посоветовал Касар, Венкэ просто смотрел и запоминал. За рынком возвышался дворец наместника, в котором до войны располагался глава города и царские чиновники. Сейчас здание выглядело заброшенным, хотя, как знал Венкэ из сообщений, сюда недавно прибыли администраторы, назначенные Народным Конвентом. Подле дворца находился Колодец, огороженное одноэтажное здание, в котором простые горожане могли набрать питьевую воду. Пройдя ещё немного, Венкэ и Касар очутились у городских казарм. Хокорд располагался вдали от земель, в которых Оксодское царство традиционно вело войны, поэтому казармы в нём не имели обычных для западных городов укреплений, делавших их похожими на внутренние цитадели. Здесь строители ограничились лишь невысоким забором из обожжённой глины. Прежде чем добраться до жилищ ремесленников, Касар показал своему спутнику квартал богачей. Пройти в него было нельзя, так как входы туда охранялись солдатами. Когда-то он был местом обитания знатных землевладельческих семейств. Но после падения Хлебного Союза квартал захватили горожане. Сейчас там обитали со своими семьями ремесленники и купцы, занимавшиеся торговлей с карисальскими войсками, офицеры Карательного Корпуса, чиновники и представители иерархии. От прочих жителей они, естественно, отгородились копьями верных солдат.
Наконец, Касар привёл Венкэ в свою комнатку в маленьком доме, стоявшем почти в центре квартала ремесленников. Характерный запах и спёртый воздух свидетельствовали, что в комнате жил именно мужчина.
- Мой штаб! - гордо заявил Касар, лицо которого вновь приобрело прежнее весло-надменное выражение.
- Да, не штаб Гвардии в Коспонде.
- Ничего. Здесь планируются не менее дерзкие дела.
- Ты в курсе, что тебя разыскивает имперская разведка и стража лакондов? - Венкэ без приглашения уселся на кровать.
- Конечно, - небрежно отмахнулся капитан. - Я их не боюсь.
- Похвально. Только не нужно было у стен Олора кричать своё имя и звание после убийства пленных. Правда, тебя ищут в основном на севере.
- Ой, давай ты не будешь меня поучать, хорошо? Я уже много недель брожу под носом у Карательного Корпуса и никто не догадывается, какой опасный преступник живёт у них под боком.
- У Корпуса? Я думал, эти ребята просто местная стража. Где же их знамёна? Я очень хотел взглянуть. Говорят, знамя им придумали лично Прокуратор Востока и глава иерархии.
- Да, это Корпус. Но ты будешь смеяться, на этих ещё не пошили знамён. Или пока не довезли.
- Узнаю наши родные порядки, - улыбнулся Венкэ. - Ладно, какова обстановка в целом?
- В целом всё готово, - лаконично ответил Касар. - В Хокорде сейчас не более пятисот карателей. У меня же шесть сотен бойцов. С твоим оружием смогу поставить в строй ещё человек пятьдесят. В общем, ударим одновременно и город наш.
Они около получаса обсуждали детали предстоящей операции, когда постучав условленным стуком, в комнату вошёл молодой парень.
- В чём дело, Акос?
- Капитан, похоже, что у нас серьёзные проблемы...
Парень отвёл их к Восточным воротам, где столпилось множество зевак. Зрелище было удручающим.
- Ну что, Венкэ, тебе был интересен их флаг, - буркнул Касар, - любуйся. Похоже придётся сворачиваться.
В распахнутые ворота медленно текла колонна вооружённых солдат, пеших и конных. Она была подобна полноводному потоку, который и не думал прекращаться. Над головами солдат периодически можно было увидеть возвышавшиеся среди леса копий знамёна, на голубом поле которых был изображён чёрный череп, заключённый в треугольник из мечей. Было отчего впасть в уныние. И Венкэ едва не поддался этому искушению. Бросить всё, отозвать людей и уходить. Продолжать набеги, как предлагает Касар и не покушаться на регулярную войну с захватом крупных городов. Всего в Хокорд вошли около пяти тысяч солдат Карательного Корпуса. Но проведённая подготовка была слишком значительной, чтобы просто так отказываться от такого лакомого куска, как Хокорд.
Венкэ принялся думать. Вместе с верным человеком, он почти двенадцать часов ходил по городу и наблюдал за солдатами. Оценивал их дисциплину, офицеров, вооружение. Выглядели они гораздо более грозно, чем было на самом деле. Офицеры явно неопытны, солдаты к оружию ещё непривычны, дисциплина серьёзно хромает. Хотя в Хокорд вошла так называемая Отборная дивизия, формирование, которым гордился командующий Карательным Корпусом генерал Антэл.
Вернувшись в каморку к Касару, Венкэ ещё часа четыре потратил на размышления. Когда капитан пришёл, Золотой Змей изложил ему свой обновлённый план. Ошарашенный Касар несколько минут сидел не двигаясь и переваривая услышанное. Потом, наконец, покачал головой:
- Ты свихнулся, Венкэ. Серьёзно думаешь, что у нас получится?
- Я в этом уверен, - ответил Золотой Змей твёрдым как гранит голосом. - Только в данном случае синхронность удара будет значить намного больше, чем в предыдущем замысле.
- Если мы такое провернём, тебя проклянут как кровавого мясника.
- Если город будет наш, то пусть болтают, что хотят. Не одному же тебе быть разыскиваемым преступником!