Как обойтись без соперницы?

На этот раз Баб­ка-Еж­ка яв­но ра­зо­зли­лась, столк­нув­шись со мной в ко­ри­до­ре. Тут я ее за­би­ла, как ма­мон­та: язык ей тя­же­ло да­вал­ся, ви­ди­мо все моз­ги в но­ги уш­ли. Мне дев­чон­ки из ее груп­пы рас­ска­за­ли, как она да­вясь и каш­ляя, гры­зет гра­нит нау­ки. Ну и ей, ко­неч­но, с ра­до­стью на­шеп­та­ли о мо­их ус­пе­хах - за на­шей вой­ной мно­гие со сто­ро­ны на­блю­да­ли.

А вско­ре слу­чи­лась и во­все ска­зоч­ная ис­то­рия. К нам на­гря­ну­ли хо­зя­ва-фран­цу­зы, а босс, как на­зло, в боль­ни­цу по­пал. При­чем слу­чи­лось это на­ка­ну­не их при­ез­да. И вот тут-то вы­яс­ни­лось, что кро­ме ше­фа, од­на я по-фран­цуз­ски при­лич­но раз­го­ва­ри­ваю. Так что при­шлось мне всю не­де­лю с ни­ми па­рить­ся: о на­ших ус­пе­хах док­ла­ды­вать и куль­тур­ный до­суг уст­раи­вать. Рас­ска­зал бы мне кто-ни­будь год на­зад, что я так хо­зяе­вам по­нрав­люсь – ни за что бы не по­ве­ри­ла. А они не­до­уме­ва­ли, по­че­му та­кой энер­гич­ный и об­ра­зо­ван­ный ра­бот­ник на ре­сеп­ше­не про­зя­ба­ет. И на­зна­чи­ли ме­ня ме­нед­же­ром.

- А я те­бе сколь­ко раз го­во­ри­ла: не трать си­лы на кот­ле­ты, - тор­же­ст­во­ва­ла Оля.

А Рая сча­ст­ли­во улы­ба­лась. Свет­лая она ду­ша: чу­жим ус­пе­хам ра­ду­ет­ся, как сво­им.

Но са­мое ин­те­рес­ное, что за все­ми эти­ми хло­по­та­ми я ста­ла за­бы­вать о Се­ре­же. Рань­ше, бы­ва­ло, толь­ко гла­за ут­ром от­крою, сра­зу укол в серд­це: Се­ре­жень­ка. А тут как за­кру­ти­ло ме­ня! Но­вая долж­ность, но­вые хло­по­ты… Рань­ше, си­дя на ра­бо­те,ка­ж­дые пят­на­дцать ми­нут на ча­сы смот­ре­ла. И как толь­ко стрел­ки под­пол­за­ли к за­вет­ным циф­рам, я уже бы­ла в пол­ной бое­вой го­тов­но­сти: сум­ка на пле­че, ру­ка на кноп­ке лиф­та.

А те­перь ста­ла за­си­жи­вать­ся до­позд­на, но­вые идеи об­ду­мы­ва­ла. Очень хо­те­лось до­ка­зать, что не зря ме­ня в долж­но­сти по­вы­си­ли. До­ка­зать не им, а се­бе. И я ста­ла ло­вить се­бя на мыс­ли, что ду­маю о Се­ре­же толь­ко ве­че­ром, ло­жась спать. Но­вая долж­ность хо­лод­ную по­стель не со­гре­ет.

Хо­тя, ко­неч­но, пре­тен­ден­тов бы­ло хоть от­бав­ляй. На кор­по­ра­тив­ных ве­че­рин­ках они кру­жи­лись воз­ле ме­ня, на­пе­ре­бой при­гла­шая тан­це­вать, во вре­мя пе­ре­ры­вов в ка­фе­те­рии ста­ра­лись сесть ря­дом. И как-то при­дя до­мой с оче­ред­ной ве­че­рин­ки – не пом­ню ка­кой был празд­ник – я по­смот­ре­ла на се­бя в зер­ка­ло: гла­за бле­стят, во­ло­сы раз­ме­та­лись по пле­чам – хо­ро­ша! И я впер­вые по­ду­ма­ла, что , черт возь­ми, не ху­же Баб­ки-Еж­ки.

И вдруг что-то слу­чи­лось. Как буд­то тя­же­лен­ный ка­мень с серд­ца упал. Я рас­пах­ну­ла ок­но в кух­не и све­жий ве­тер уда­рил в ли­цо. Сво­бод­на! Я жи­ву, ды­шу, я боль­ше не бро­шен­ная же­на и не се­рая мышь. Я – это я! И все у ме­ня по­лу­ча­ет­ся! И я за­смея­лась гром­ко и радостно, как не смея­лась уже дав­но. А по­том…вы­бро­си­ла крас­ное паль­то.

…Время от времени па­мять на­зна­ча­ет нам сви­да­ние. У нее мно­го об­ли­ков: ино­гда это по­жел­тев­шая от вре­ме­ни фо­то­гра­фия, ко­то­рая вдруг вы­па­дет из ста­рой сум­ки. От­че­го ста­рые сним­ки все­гда пах­нут кош­ка­ми и ва­лерь­ян­кой? Ино­гда это на­спех на­ца­ра­пан­ный на клоч­ке бу­ма­ги но­мер те­ле­фо­на, ко­то­рый за­стрял ме­ж­ду ди­ван­ны­ми ва­ли­ка­ми и ти­хо пе­ре­жил мно­же­ст­во ге­не­раль­ных убо­рок. И за ка­ж­дой не­ров­ной - в чер­ниль­ных пят­нах циф­рой – им­пе­рия чувств.

На этот раз па­мять при­ня­ла об­лик Се­ре­жи. Он си­дит в мо­ем ка­би­не­те, по­ло­жив ру­ки на свер­каю­щую сто­леш­ни­цу – фран­цу­зы зна­ют толк в ди­зай­не – и го­во­рит, го­во­рит… Они с Ни­ной – так зо­вут Баб­ку-Еж­ку – уез­жа­ют за гра­ни­цу. И хо­тя он ста­ра­ет­ся го­во­рить не­при­ну­ж­ден­но, я чув­ст­вую: что-то здесь не так. Слиш­ком по­спеш­но они уез­жа­ют. Мо­жет быть, она боль­на? Ес­те­ст­вен­но, она это скры­ва­ет – я по­сту­пи­ла бы точ­но так же.