Страница 92 из 131
– Ты ранен?
– Один из прихвостней Саттона выстрелил в меня из арбалета. Аран помог мне не умереть раньше срока. Впору навестить мейгуна Сигерна.
– Постой. Проживи еще немного и расскажи, что на самом деле стало с хозяевами «Золотой короны»?
– Сгорели, – тихо произнес Эдмор, – вместе с детьми. Их сожрал огонь, как и многих других. Не хотел говорить при мальчишке, думал, что они были его родителями.
– И впредь помалкивай. – Грегор нагнулся и подобрал кинжал, оставленный Араном на каменном полу. – Пускай думает, что они живы и им ничего не угрожает. – У него в жизни и без того было много утрат.
Блики пламени отражались на отполированном клинке, перекрашивая его из белого в оранжевый. Поперечина в виде двух позолоченных лепестков казалась слишком хрупкой, а рукоять неудобной. Это оружие не для боя, но сработано мастером своего дела.
– Перед тем, как Сигерн займется тобой, вели к утру оседлать моего коня и скажи Оделу, что мы отбудем на рассвете.
– В Четыре Башни?
– Да. Аран поедет с нами. И еще. – Грегор опустил кинжал и посмотрел на измученного рыцаря. – Вели закрыть городские ворота и никого не выпускать без моего ведома. – Не то, чтобы он не доверял своим людям, но предосторожность никогда не бывала лишней.
Когда Грегор вошел в Малый Зал, Аран уже заканчивал трапезу. Слуги переодели его в поношенный, но чистый камзол со сломанным мечом, вышитым на груди синими нитями, и шерстяные бриджи. Старые тряпки Эдвина пришлись парню впору.
– Милорд, – испуганно произнес Аран, вскочив.
– Нечего так пугаться, – успокоил Грегор. – Садись и ешь. – Он обошел поставленный на козлах стол и разместился на дубовом стуле, слишком жестком и неудобном.
Эбби, старая и ворчливая повариха, принесла лорду половину каплуна с грибами и луком и кувшин вина, поварята прибежали следом с подносами, отяжеленными финиками, сливами и сыром. Подсвечники с оплавившимися свечами заменили на новые.
Управившись с луковым супом, Аран принялся за баранью ногу, приправленную шафраном, но Грегору кусок не лез в горло. Он окинул взглядом пустой, мрачный зал.
– Раньше здесь было уютней, – сказал он и наполнил кубок тягучим рубиновым вином. – Давненько в Малом Зале не накрывали столы, а пир в последний раз закатывали еще при твоем отце. Мне жаль, что его не стало, он был достойным королем.
Аран потупил взор.
– Вы поможете мне, милорд? Я пришел к вам, потому что идти больше некуда.
– Ты правильно решил. В тебе течет кровь Одли, твой дом здесь. Тебе больше не придется бегать и прятаться. – Так ли это? Грегор выдавил из себя улыбку. – А теперь расскажи мне все, что с тобой приключилось.
Когда Аран закончил рассказ, огонь в очаге прогорел до углей, а кувшин лорда на половину опустел. Теперь Грегор знал все: про Брога и Вазира, что спасли парня от смерти, про лорда Саттона и его приспешников, гнавших его по болотам, про Додда, Мэри и их сыновей, приютивших его в трудный час и про ту роковую ночь в замке Ораха, где убили короля Бранда Гвиневера.
На вопрос о том, почему этот Брог не отвез мальчика к матери, Аран ответил молчанием. Впрочем, ответ Грегор знал и так, но решил все же удостовериться. Конечно, тот, кто спланировал убийство короля, легко бы расправился и с мальчишкой, пусть и королевских кровей. Эбигейл не смогла бы его защитить, это точно. Грегор хотел увидеть выражение ее лица, когда он привезет ей сына. Может, тогда она простит его?
– Значит, ты хороший охотник и с луком обращаться умеешь? – поинтересовался он, заметив, насколько трудно парню дался рассказ.
– Ну да, – ответил он и приложился к чаше. Грегор велел подать ему разбавленного вина, чтобы тот не опьянел раньше времени.
– Твои предки тоже были охотниками, – заметил он. – Со времен Нормана Завоевателя Гвиневеры ломали копья о толстую шкуру дарс в Красном лесу. Поэтому впоследствии и выбрали для герба голову этого зверя. А гвардейцы твоего прадеда Ваухана носили плащи из их шкур. Давно же это было.
– Отец рассказывал мне об этом.
– Конечно. – Грегор вынул из-за пазухи кинжал и положил на стол. – Возьми, он твой.
– Что теперь будет? – спросил Аран.
– Не знаю, – признался Грегор. – Бесчинства лорда Лионеля и его людей на моей земле дают мне право объявить ему войну, но этим все не окончится. К тому же, у нас пока нет доказательств того, что на «Золотую корону» напали именно люди Саттона.
– Но я видел своими глазами, как он убил Брога, солдаты с его гербом на щитах и дублетах гнались за мной по болоту. Разве этого не достаточно?
Он не понимает.
– Никто не должен знать о твоем существовании, – произнес Грегор и снова наполнил кубок вином. – А те, кто уже знает, будут помалкивать, уж об этом я позабочусь. На рассвете мы отправимся в Четыре Башни – родовой замок Одли. Там ты будешь в безопасности. А теперь иди, отоспись хорошенько. До замка три дня пути и гостиниц в дороге не встретится.
Не проронив более ни слова, Аран поднялся из-за стола и удалился, оставив Грегора наедине с мыслями. Кто бы мог подумать, что парень переживет ту страшную ночь в замке Ораха? Убийцы действовали грубо, но дело свое знали. Тогда помимо короля погибли двадцать гвардейцев из Королевской Сотни и все защитники замка. Городская стража бездействовала, а кастелян Вартис вместо пенькового ошейника получил титул и земли, и теперь велит величать его лордом. Грегор не без удовольствия укоротил бы мерзавца на голову, будь на то его воля.