Страница 121 из 134
Глава пятьдесят пятая: Йен
Девять лет назад
Полгода назад я просто смотрела на Него со стороны и боялась даже представить, что может так случиться, что мы обменяемся хотя бы парой слов.
Пять месяцев назад Вика заметила, как я на него глазею, когда он с парой приятелей иногда зависал на уроках информатики, где проходил практику его однокурсник. На них все девчонки смотрели, потому что для нас, выпускниц, они были похожи на богов: такие же недоступные, абсолютно идеальные и неприкасаемые.
Вика сказала, что я должна просто подойти к нему и завести разговор. Например, о том, что неделю назад мне исполнилось семнадцать. Она считала, что это очень хорошая тема. И еще, что через пять месяцев я закончу школу - и тогда ему не придется скрывать, что он встречается с малолеткой.
Конечно, я не подошла, хоть однажды, когда Он оказался рядом, смогла даже открыть рот. Правда, так ничего и не сказала, только безобразно мычала, как Нео в Матрице, когда агент Смит показал ему, что рот можно заклеить буквально.
И тогда Вика взяла ситуацию в свои руки: просто толкнула меня, когда мы спускались с лестницы, и Он шел нам навстречу.
Если бы Он не поймал меня со словами «Ты такая очаровательно неуклюжая!», я бы точно ее убила.
Но Он сказал это. А потом придержал за локоть, чтобы меня на смыло волной летящих с последнего урока школьников. Спросил, как меня зовут, долго переспрашивал, думал, что ему показалось.
А на следующий день, когда информатика была у нас последним уроком, предложил провести меня до дома.
Мы начали встречаться. Не «официально», а просто обмениваясь сообщениями, перезваниваясь, встречаясь на крыльце школы. Потом Он пригласил меня в парк. Потом в кино.
Он был моим ожившим сном: взрослый, обаятельный, веселый и достаточно сдержанный, чтобы меня, романтичную до мозга костей дурочку, тянуло к нему, словно магнитом. А еще он был очень красивым, и даже шрам на лбу был частью этой красоты. Я могла просто смотреть на него и представлять, что это метка какого-то маленького Большого подвига.
Я любила его невероятно. Совсем без головы. Всей собой. Впервые в жизни любила человека до такой степени, что не представляла дня, в котором не было бы его голоса или короткого послания, или наших прогулок по набережной.
Мое платье на выпускном – белое, в пол, почти как свадебное.
Только немного испачкался подол, потому что наотрез отказалась его укорачивать, и даже в паре с высокими каблуками оно волочится по земле.
Он ждет меня через дорогу от ресторана. Курит в темноте. Черная футболка и черные джинсы, растрепанные от ветра жесткие черные волосы.
Такой безумно красивый, что сразу падаю к нему в руки, даю себя обнять. Выпила три глотка шампанского, но пьянит меня его запах: какой-то терпкий парфюм и крепкий запах табака. Он всегда много курит, а я могу наблюдать за этим часами.
— Точно одна сегодня? – Он сам ловит такси, прямо на дороге.
— Одна, - так сильно смущаюсь, что краснотой моих щек можно разводить огонь. – Тут все до утра будут.
— Ок, школьница. Неохота на злого папашку нарваться.
— Я больше не школьница, - делаю вид, что обижаюсь, но Он затаскивает меня в такси и начинает целовать.
Мне не очень приятно целоваться. Это мокро и скользко, но мне нравится, как Он меня обнимает: крепко, словно хочет раздавить. Как будто это такое мужское признание в любви.
В лифте сам достает из моей сумочки ключи.
Переступаем через порог.
Не дает включить свет, отводит руку от выключателя.
— Может, на койке твоих предков? – Он посмеивается, стаскивая обувь.
Отрицательно мотаю головой - и в животе внезапно холодеет.
Что это? Паника девственницы?
В семнадцать вроде не поздно, а уже как раз.
Я сама выбрала этот день. Приурочила к особенной дате.
И надела белое кружево под свое почти_невестино платье. Тысячу раз представляла, как Он медленно, терпеливо меня разденет, будет целовать… везде-везде-везде.
Он целует в губы, с языком. Мне снова немножко хочется, чтобы перестало быть мокро и случилось приятно, но на этот раз во рту немного немеет. Он снова много курил. Тоже волнуется? Для него это тоже особенный день? Особенная я?
Он толкает меня в мою комнату. Она прямо в конце коридора.
Последние метры практически несет, взяв за плечи, словно статуэтку.
— Подожди… - Я упираюсь коленями в постель. – Может быть…
— Все хорошо, школьница, хватит тормозить.
Поцелуи у меня на шее. Щетина неприятно царапает кожу.
Я увожу плечи, когда пытается стащить платье.
Может быть… это просто паника? Я столько раз представляла, как все это случится, что теперь, когда ситуация не вписывается ни в один сценарий, теряюсь, не знаю, что делать?
— Че ты жмешься, как маленькая? – Он грубо тянет на себя.