Страница 12 из 98
– Разрешите, товарищ полковник? – Он слегка приоткрыл дверь и заглянул.
Полковник Олонин сидел в своем кресле за рабочим столом. Окинув того тяжелым взглядом, он кивнул. Уловив жест, Ильиных выпрямился, не спеша зашел внутрь, закрыл дверь и осторожно сел около полковника, стараясь не смотреть в его сторону.
– Ну-с, товарищ капитан, какие сподвижки по делу Молотова? – Спросил Олонин.
– Товарищ полковник, так ведь мало времени прошло еще… работаем…
– Мало времени? Прошло двенадцать часов с момента обстрела машин, и ты хочешь мне сказать, что у вас нет никаких результатов?
– Ну, пока мы понимаем, что пожар в бизнес-центре «Колизей» и погоня с обстрелом – это звенья одной цепи. Скорее всего Молотова так выманивали из здания.
– Понимаете? Молодцы, догадались! – Олонин поморщился, – А кто? Каким образом? А?
– Пока не ясно, товарищ полковник. Ни одного свидетеля, который бы видел, кто и как стрелял. Только слышали. Мост еще возводится, рабочие видели только как на него забрались три автомобиля. После из них раскуроченными остались две. Машины Молотова и его охраны.
– А третья?
– Предполагаем, что на ней и скрылись преступники.
– Съехали на другой берег?
– Н-нет, на другом берегу их не было. Впрочем, как и обратно автомобиль не возвращался.
– Тогда где она? Что, по воздуху улетела?
Капитан предпочел отмолчаться.
– Вы с ребятами были там?
– Они выезжали, – уклончиво ответил он.
– А ты что? Нет?
– Нет.
Олонин сделал глубокий вдох, расстегнул верхнюю пуговицу, но вместо того, чтобы издать очередной вопль, тихо спросил:
– Олег, ты что, пил вчера?
Слегка хмыкнув, тот ответил:
– Вчера нет. Еще с выходных не отошел, если честно.
– Ты издеваешься, капитан?
– Никак нет. Просто я посчитал, чего мне туда мотаться? Есть же молодняк, пусть работают. С утра мне уже названвали.
– Молодняк – это хорошо, как ты выражаешься. Пусть работают. Но в этом деле нужен именно твой взгляд. А ты у меня штаны просиживаешь!
– Товарищ полковник…
– Олег, – перебил его тот, – Эдгар Молотов был не просто меценатом и бизнесменом, занимающейся благотворительностью. В Насибирске он вел… разную деятельность. Опасную. Вот тебе с утра, говоришь, названивали твои, а мне всю ночь оттуда, – он ткнул пальцем вверх, – зашевелились все: мэрия, губернатор. Прокуратура жаждет, чтобы кто-то уже сидел в зале суда! Из Москвы мне не звонил только что сам президент! А еще и СМИ раздувают!
– А с каких пор мы стали ориентироваться на прессу?
– А с сегодняшних, Олег! В общем, нужно найти виновников или виновника, – он подчеркнул последнее слово, – срок два дня. Потом полетят головы. Наши с тобой точно.
– Только не голову, – попытался отшутиться капитан, – она и так у меня болит сейчас.
– Думаешь, я шучу? Дело выходит за рамки нашего министерства! Так что я не шучу. Это раз. Во-вторых, из комитета сегодня приедет человек. К тебе и твоим архаровцам.
– Зачем?
– Для оперативного сотрудничества и помощи в поимке преступников, – прочеканил Олонин фразу, которую, по-видимому, не так давно сказали ему самому.
– Только этого не хватало.
– Так, все, капитан! Надеюсь, ты понял посыл? Работать быстро, журналистам комментарии не оставлять… Найдите стрелявших. Понял?
– Понял-понял. Разрешите идти?
– Давай.
Два младших лейтенанта Сергей Уваров и Антон Кабетский сидели за своими столами и лишь переглянулись, когда вошел Ильиных. Сергей был высоким широкоплечим мужиком, не любящим поговорить. Одевался вольно, предпочитал джинсы и футболку. Работа хорошего оперативника в его понимании складывалась из навыков преследования и задержания, а вот аналитическая часть уходила на второй план. Его друг и соратник Антон, был младше его почти на четыре года. Он считал, что наоборот именно анализ и логика – главные инструменты для хорошей работы. Был более строг в выборе одежды, часто приходил на работу по форме. С Ильиных они работали около трех лет, ни раз убеждаясь в его порядочности, стремлению к правосудию, но не всегда поддерживали его отношение к правилам несения службы.
Капитан молча их поприветствовал, затем прошел к тумбочке, на которой слегка дымился только что вскипяченный электрический чайник. Заварил две ложки растворимого кофе, сделал несколько поспешных глотков, поморщился и повернулся к подчиненным:
– Ну? Спрашивайте? Чего хотели?