Тень

–Чё-о-орт. Сколько тут уровней.

–Много, барышня. Очень много.

–Как-нибудь загляни на третий, Тэ.

Они встали на движущуюся по тротуару дорожку и последовали примеру других: тоже пошли по ней в какофонии звуков, музыки, визгов. Перешли на другую дорожку, ещё. Тэра уже потеряла все ориентиры, как вдруг споткнулась. Дорожка закончилась у широких ступеней. По ним толпа ползёт вверх. Где-то там, наверху дети тыкают пальцами на высеченные на огромных черных колоннах барельефы. Сверху нависает треугольная крыша. И нигде ни выщерблинки. Чопорно. Тэра даже подумала: это точно не склад. Не то, что ругнуться, в гомонящей толпе даже любимое «чёрт» уже встало поперек горла.

–Нам сюда.

Тэра недоуменно обернулась к шумной толпе. Выдохнула:

–Сколько их. Это же надо.

–Нет, Тэ. Это только начало. Мы на полтора километра выше уровня моря. Здесь куча этажей. Целое маленькое государство. Наверное, миллионов пять человек.

Троица взобралась вместе с толпой по ступеням, пробилась внутрь и только статуи да лица с картин провожают их сквозь огромные залы. Мирно покоятся фараоны. Карфагенские колесницы. Шибенницы. Лица посетителей сливаются в одно смазанное пятно. У Тэры зарябило в глазах, когда они свернули в административную часть. Раф толкнул дубовую дверь и перед ввалившейся в приемную троицей вырос секретарь. Поправил очки в толстой оправе:

–Чем могу помочь, господа?

Торопыжка скроил серьезную мину:

–Передайте директору, что на втором уровне в третьем зале машиностроения из двигателя внутреннего сгорания сперли ведро искры.

Парень вдумчиво записал. Поправил очки.

–Что-то еще?

–Нет, дорогой. Но это важно.

Секретарь исчез за резной дверью, Торопыжка плюхнулся ему на стол. Поёрзал. Предложил:

–Ждать будем?

За дверью пробубнило. Похоже, очкарик цитирует жалобу. Торопыжка прислушался, а бубнение повторилось чуть медленнее, ближе. Еще... И дверь распахнулась, выпустив пятящегося секретаря. Он испуганно стрельнул дуплетом из-под толстой оправы. – Вот они, госпожа Физалис, – и боязливо отскочил к стульям.

Из-за тонкой резной двери в свои владения Гемерия выплыла непринужденно, размеренно и величаво, как полагается лучшему директору ведущего на планете музея. Не грех признаться, что в свои сорок пять, обернувшись в жемчужную блузку, жакет и брюки цвета коралла, она всё ещё коллекционирует влюбленные взгляды, всё ещё надменно перебирает, а сейчас готова отчихвостить секретаря за некомпетентность вместе с...

–Клотар?

–Тё-отушка.

–Мальчик мой, как я раньше не поняла... Искру из двигателя спёрли, – Геммерия подбоченилась, – нет, ну это же надо додуматься... А этот, тоже хорош.

Секретарь скромно скуксился.

Чиновник вдохнул поглубже и начал:

–Геммерия, позвольте представить Вам...

–К чёрту Раф, к чётру... Ты б ещё «госпожа Физалис» ляпнул. Деточка, я Гемма, – директор величественно протянула руку мысленно поймавшей челюсть Тэре. – Просто Гемма.

–Тэра Лешер. – Тэра пожала ухоженную ладонь, невольно отмечая бархатистость кожи новой знакомой, а душа разрывается между плюхнуться в книксен и шлепнуться в реверанс. Руки смущенно вцепились в мишку.

Геммерия рассмотрела новенькую своим фирменным пронзительно-снисходительным взглядом и заполнила приёмную непрерываемым:

–Что наплели про меня эти прохвосты, деточка? Племяша, брысь с антиквариата. Господа, дела стоя не обсуждают.

Она умела так ловко менять темы не прерываясь, что Тэра начала впадать в легкий ступор. А торопыжка нашёлся:

–Так я не понял, мне задницу отрывать или как?

– В офис, господа. В мой маленький скромный офис.

Тэра вошла последней, сзади гулко хлопнула дверь, а девушка застыла, рассматривая пейзаж горной гряды в стрельчатых окнах под потолок, под сводом которого огромной каплей зависла радужно переливающаяся конструкция. Гулко прошептала: лю...люст-ра. Она ещё что-то помнит из образовательных фильмов. Раф украдкой поманил вглубь и Тэра на цыпочках пошла вдоль антикварной мебели, а кабинет усмехнулся:

–Деточка, что ты крадешься как цикадул за орехом, – Гемма даже не обернулась, шествуя к трону за растёкшимся массивной лужей столом. Ободрила, – Топай, как следует. Если тут что-то рассыплется – лично с реставраторов шкуру спущу.

Она что, мысли читает? – удивилась Тэра, а Геммерия усмехнулась:

–У меня и пыточная в седьмом зале есть.

Директор откинулась на прямую, мягкую спинку кресла и неторопливо провела рукой по полированной отделанной старым серебром столешнице, дожидалась, пока все усядутся напротив. Когда гости расположились в уютных креслах Геммерия начала свой допрос: