Страница 36 из 122
Грар обнимал свою подругу и радовался, что она у него есть. Такая милая, добрая, ласковая и понимающая... Ну, с характером, не без этого. Ведьмы другими просто не бывают. Зато Эли всегда точно знает, когда можно и нужно этот характер показать, а когда надо засунуть его в карман и просто делать своё дело.
Его за эту авантюру с принцессой-принцем стоило прибить грязной тряпкой, а она, хоть и ругалась, делала всё, чтобы вытащить Грара из глупой передряги. Не её вина, что принц застрял в горах и раньше весны переправить его домой не выйдет.
И в сущности она права. Это он должен отнести паренька домой. Сам напакостил — сам и разгребай. Но только сейчас, в предзимнюю пору, силы дракона на исходе. Сколько коз ни слопай, а пронзать пространство он сейчас не сможет. Это была великая тайна. Даже Эли не знала и считала отказ отнести мальчика домой капризом, но на самом деле перед тем, как впасть в спячку, драконы запасали в себе согревающие силы магии и не могли тратить их ни на что другое. Иначе есть риск по весне не проснуться, а превратиться в каменную глыбу.
Ему и за принцем, тьфу, принцессой не следовало летать, но уж очень его тот тип раззадорил. А теперь вот она должна расхлёбывать то, что он заварил.
Грар никогда не произнёс бы этого вслух и тем более не попросил бы прощения, дракон всё-таки, но чувство вины перед Эли оставалось с ним. Поэтому, как только они разомкнули объятья, он поспешил помочь подруге. С тушами в шерсти она до ночи провозится, так что он, не сменяя ипостаси, выпустил драконий, острый как бритва коготь и живенько освежевал коз. Эли присела рядом, прикидывая, какие части на что пойдут. Заодно она следила, чтобы Грар в запале не раздавил или ещё как не повредил желчный пузырь и не испортил этим мясо. В результате оба перемазались в крови.
Увидев, что белая рубашка Эли уже по локоть в пятнах, дракон рассмеялся, протянул окровавленную руку и разрисовал ей лицо. Именно этот момент выбрал принц, чтобы выйти на крылечко. Увидев ободранные туши, кровь и внутренности, разложенные по всему помосту, он тихо съехал по дверному косяку и потерял сознание.
Повеселились...
Пришлось Грару бежать отмываться от крови, а затем тащить так и не пришедшего в себя принца на его лежанку. Затем вахту у постели обморочного заступила умывшаяся и сменившая рубашку Эли, а дракон отправился обратно на крыльцо: надо было разделать туши и разложить мясо по тазам и мискам, отделив печёнку, которую Эли обещала поджарить с лучком.
***
Дион пришёл в себя и увидел сердитую Элидию, сидящую у его постели. Сразу захотелось вскочить и спрятаться самом тёмном углу. Он уже знал, что ей лучше не попадаться под горячую руку, а то тряпкой по физиономии можно огрести. Но он очень надеялся, что она не станет обижать бедного, беззащитного принца.
Она и не стала. Увидев, что юнец очухался, ведьма поджала губы и спросила:
- Что за цирк ты устроил, твоё высочество? Что это за показательный обморок? Чего ты на этот раз испугался?
Дион не стал врать, но и правды не сказал.
- Я вышел на крыльцо, думал, ты там сидишь как обычно... И тут увидел чужого мужчину и кровавые останки... Я тебя сразу не разглядел, всё бойня заслонила, - и трепетно признался, - Я вообще крови боюсь.
Не так уж он её и боялся, на охоту ходил как миленький. На самом деле ему показалось, что не только несчастные животные, но и Эли мертва, а этот заляпанный с ног до головы кровью жуткий тип с хищным оскалом сейчас убьёт и его.
Видно было, что она не очень ему поверила, но и спорить не стала. Фыркнула и велела:
- Вставай! Нечего валяться. Посмотри, не заляпался ли где кровью, пока тебя таскали туда-сюда, а потом приходи. Будем ужинать. Заодно и познакомишься наконец с драконом. Я же тебе обещала.
На этих словах она встала, развернулась на пятке и вышла из комнаты. Дион кротко поднялся. Нет, он бы еще повалялся бы с удовольствием, но уж очень хотелось посмотреть на дракона вблизи. Принц уже понял, что связывает его ведьму с летающим чудовищем, но хотел убедиться. Конечно, зачем ей какой-то нанарский принц, когда есть вот эта гора мышц, чешуи и магии? Ревновать Эли было глупо, он сейчас это понимал. Она ведьма, а ведьмам такие вещи как верность и честь неведомы, прав был наставник. Главное, чтобы не начал ревновать дракон. Этого Дион может и не пережить.
Бегло осмотрев свою одежду и убедившись, что крови на ней нет, принц отправился ужинать.
Когда он вошёл в то, что про себя именовал гостиной, дракон сидел за столом, а Эли возилась у печки: крошила лук на сковородку. Рядом в миске истекали кровью куски свежайшей печёнки. Она никак не могла бросить своё дело и представить мужчин друг другу.
По этикету в таком случае инициативу следовало взять на себя тому, кто пришёл раньше: подняться, приветствовать вошедшего, поинтересоваться его именем и званием, выслушать ответ и представиться самому. Но дракон, вероятно, не знал таких тонкостей. Он сидел за столом и рассматривал Диона так, как будто тот лежал перед ним на блюде, обложенный тушёными овощами и приправленный острым соусом.
Под этим внимательным, тяжелым взглядом принцу стало очень неуютно. Он всё же попытался быть вежливым. Изобразил, как пристало наследному принцу, изящный кивок головой и с лёгкой тенью укоризны произнёс:
- Добрый вечер. Меня зовут Дион, принц Нанарский. Могу я поинтересоваться вашим уважаемым именем?
Наглая рептилия не ответила. Вместо того, чтобы оторвать свою задницу от лавки, встать и представиться, дракон раскатисто захохотал, а потом обратился к Элидии:
- Эли, ты глянь, действительно принц. Нанарский! Ха-ха-ха! Не диво, что я его с девчонкой спутал. Смотри: он сейчас во вполне мужских тряпках, а на личико всё равно чистая девица. Хорошенькая, просто загляденье!