Страница 14 из 122
- Столица моего отца находится на берегу озера Расвин. Не знаю, сколько от нас добираться до гор, но до моря езды на коне всего два дня. Это я знаю точно: мы всей семьей ездим туда каждый год в середине лета.
Она тяжело вздохнула и выдала информацию:
- Там, где я жила раньше, это примерно в декаде пути отсюда, проходила караванная дорога. Горцы отправляли свои товары к морю. Я как-то слышала, что они шли до реки Каруны, а затем грузились на суда, чтобы добраться побыстрее. Иначе путь от гор до моря длился столько, что купец рисковал за год не обернуться. Это обоз, он движется медленно, всадник едет примерно втрое быстрее. Вот и считай...
Дион напряг свои мыслительные способности... Он плохо считал в уме, но все равно сообразил: времени потребуется великая куча и еще немного. Столько он не пройдет. Даже верхом такую дорогу не каждый осилит, а уж пешком... Он посмотрел на свои сорванные до мяса всего за один спуск ладони. Без нормальной обуви, лошади и денег он до дому не доберется. Разве что река вынесет его труп.
Воображение разыгралось. Диону уже мерещилось, как знакомые рыбаки с Каруны, привозившие к королевскому столу свежую речную рыбу, вылавливают в заводи бездыханное тело и гадают, принц это или не принц.
Ведьма же такими материями не заморачивалась, а подходила к делу практически.
- Учти, тебе еще повезло: здесь сейчас тепло и сухо. Через три дня похолодает и пойдут дожди, а за ними ляжет снег. Ты уже познакомился с горами. Так вот, представь все то же самое, но под порывами ветра и ледяным дождем.
Картинка в сознании Диона тут же сменилась на ту, о которой говорила Элидия. Ой! Лучше уж быть трупом, ему, по крайней мере не холодно и не больно.
Он поднял глаза на спокойно рассуждающую о таких ужасах девушку.
- Что же делать?
- А ничего. Пережидать. Предлагаю тебе до весеннего тепла пожить в моем доме, а там можно тебя и в твою Нанарию отправить.
Жить вместе с ведьмой чуть не полгода?! Диону не было так страшно даже когда его украл дракон. Тогда он практически был без сознания и не понимал всей опасности, а сейчас прекрасно отдавал себе отчет, что ему предлагают что-то абсолютно неприемлемое. Но выбора у него при этом нет, разве что броситься в пропасть головою вниз. Только это проблематично: надо было раньше, сейчас у него под рукой и пропасти-то нет.
Элидия же не видела в своем предложении ничего плохого. Наоборот, явно гордилась своей добротой. Принц подумал и вежливо сказал:
- Благодарю тебя, достойная Элидия. Я принимаю твое предложение.
В конце концов не съест же она его.
Казалось, ведьма не сомневалась в положительном ответе. Дожевала очередной пирожок, еще отхлебнула из фляги и поднялась.
- Давай, доедай, допивай и айда за мной. До моего дома еще идти и идти. Хорошо, если по свету доберемся. Нет — придется в горах ночевать, а тут ночью холодно.
Дион подумал, что по осени ночами холодно и на равнинах, но ничего не сказал. Проглотил последний кусок, допил воду из фляги и поднялся, готовый следовать за ведьмой.
При этом он сам себе ужасался.
Был бы тут любимый наставник, стал бы морочить голову, уговаривая, что ведьму нужно убить, а не принимать от неё пищу, воду и разные сомнительные предложения. Но, во-первых, у Диона не было с собой никакого оружия, а во-вторых он был не круглым идиотом, понимал: убей он ведьму и все с ним будет кончено. После такого поступка он не проживет и пары дней. Либо дракон прибьет, либо он погибнет от собственной глупости и неприспособленности.
Но есть и другая сторона вопроса.
Тот же наставник учил, что неблагодарность — худший из пороков, а Диону было за что сказать ведьме спасибо. Сейчас, кроме нижней рубахи, на нем даже нитки собственной не было. Ведьма его накормила, напоила, одела, обула, вывела из драконьей пещеры, живым и невредимым спустила оттуда, откуда человеку не выбраться. Теперь еще предложила свой дом в качестве убежища. Даже если она лелеет в его отношении коварные замыслы, пока он видел от нее только добро.
Думая так, Дион шел за Элидией так, как она велела: след в след. Поначалу казалось, что это глупые выдумки, не обязательно копировать походку девицы, пройти можно и так. Но чем дальше они шли, тем становилось понятнее: она хорошо знала, о чем говорила. Камни, мох и кусты были здесь перемешаны в таком беспорядке, что, поставив ногу немного не туда, можно было с ней попрощаться. Узкие трещины, прикрытые подушками мха и камнеломки, попадались очень часто и без всякого порядка, а угоди туда ступня — и прости-прощай. Выбраться можно будет только оставив в проклятой дыре все до колена, а то и до бедра.
Поначалу камней с лишайниками было больше, чем мха и кустов, но чем ниже они спускались, тем чаще скалы покрывала полноценная растительность и тем гуще она была. Впереди темнел лес, который вызывал у Диона инстинктивные опасения. Там могли жить опасные дикие звери, которым наплевать, кто перед ними: принц или метельщик. Но показывать свой страх перед спокойно идущей вперед девушкой не хотелось. Видно было, что она о нем и так не слишком высокого мнения. Время от времени ведьма бросала на него далеко не восторженные взгляды и каждый раз хихикала, думая, что принц не слышит. То ли вспоминала, что он сосунок из страны сосунков, то ли ее забавляло то, что она своей магией хватала его за задницу, а он даже слова ей не мог сказать.
Наконец они вступили под своды леса. Издалека он казался густым и тёмным, а на самом деле был редким и насквозь пронизанным солнцем. Здесь росли относительно невысокие корявые сосны, украшенные пучками роскошных длинных игл. Опавшие иглы устилали землю там, где не было ни густых кустов, ни голых серых камней. Зато кусты поражали буйством осенних красок от лимонно-желтого до багрового и лилового.