Страница 245 из 306
Постепенно поверхность успокоилась, и из водяного зеркала на Ерка выглянуло его отражение, сверкая желтыми глазами на темном лице. Склонившись вперед, Майри внимательно следила за мимикой старшего сосуда.
Связь неторопливо разворачивалась, неслышно успокаивая эльвиина. Что же может случиться в Отделе? Лае никогда не позволят обидеть ни Эли, ни Ерка. Не пройдет сквозь защиту ни один враг.
По водному зеркалу ударил хвост, снова разбивая отражение.
– Пока тебя помнят, ты будешь жить. – Глухо сообщил эаль, и покровительственно потрепал эльвиина по пушистым волосам.
– А точнее нельзя? – Несчастным тоном осведомился Эли. В силу возраста фразы с расплывчатыми формулировками ему совсем не нравились.
Ерк ударил хвостом еще раз.
– Ты никогда не умрешь. Достаточно точно?
– Ага. – Довольно кивнул младший сосуд, и с удвоенной силой заболтал ногами. – А ты тоже будешь вечно жить? Малкольм сказал, что ты самый старый из...
– Я старший! – Фыркнул эаль. – И вообще я являюсь самым первым сосудом. А ты – последний!
– А есть еще кто-то из сосудов? – Наивно уточнил эльвиин, любопытно склонив голову к плечу. – А почему я их не видел в Отделе?
Ерк недовольно укусил себя за язык.
– Они ушли путешествовать. – Майри пришла на помощь. – И вернутся очень нескоро.
Младший удовлетворенно кивнул, вскочив, снова принялся бродить вокруг фонтана.
Ерк, прикусив губу, потухшим взглядом уставился на собственные руки, сложенные на коленях. Потом, вскинув голову, на миг взглянул на крылатую.
Этой секунды было достаточно, чтобы понять – эаль увидел другое будущее.
И соврал.
– Ты позволишь мне взять на руки твоих детей? – Отстраненно спросил Ерк через пару минут.
– Конечно. – Пообещала Майри, и протянув ладонь, погладила эаля по плечу.
Эаль мотнул головой, пытаясь мысленно встряхнуться. Потом ожесточенно поскреб пальцами шею возле правого уха.
Посмотрел на свою трехпалую ладонь. Пошевелил пальцами, стряхивая что-то невидимое.
Крылатая чуть отклонилась вбок, рассматривая на темно-синей бархатной коже Ерка белую полосу. Словно эаль испачкался в белой штукатурке, и теперь она засохла и стала твердой.
Майри хотела коснуться полосы пальцами, но эаль перехватил ее руку.
Исчез плеск воды.
– Ты позволишь мне взять на руки твоих детей? – Голос у Ерка не изменился, но теперь он не сидел на бортике фонтана, а стоял напротив, весь укутанный в белые ткани.
Эаль разжал пальцы, и положил обе ладони на живот крылатой.
Майри открыла рот, чтобы закричать...
И проснулась.
***
Мышцы перекатывались под светлой кожей. Идеально развитые, без единого изъяна, они внушали уважение перед такой мощью.
Зрачки были сужены до предела. Реакция на слишком яркое освещение, ничего больше.
– Ты не против, если?
Взяв со стола скальпель, Вольф аккуратно сделал надрез на плече. Небольшой и неглубокий, лишь затем, чтобы рассечь белую кожу. Одновременно он запустил таймер, отсчитывающий секунды.
Надрез заполнился кровью. Еще миг – и красная капля побежит по плечу вниз, капнет кровь в специально подставленную для защиты миску и...
Сверкнула красная искра, и кровь потемнела, мгновенно загустев. Еще секунду Вольф смотрел на ранку, отмечая крошечные черные точки на белоснежной коже, а потом ранка затянулась.
На регенерацию потребовалось две с половиной секунды.
– Болит?
– Нет. – Качнула головой Белая, равнодушно уставившись взглядом в потолок. – На скальпель посмотри.
Тонкое, идеально заточенное лезвие побурело, покрываясь ржавчиной, которая уже медленно переползала на рукоять. Вольф аккуратно, чтобы не задеть скальпелем ничего постороннего, перенес его на железный столик. Стукнул кончиком о твердую поверхность.
Сталь начала крошиться, как высохшая корка хлеба.
Раньше было так же, но требовалось больше времени. И для регенерации, и для черной крови.
– Забавно... – Протянул хирург, складывая крыло поудобнее и снимая защитные перчатки. Они полетели не в общий бачок для мусора, а в стоящий рядом, хорошо изолированный. – Когда анализы будут готовы, я смогу выразиться более точно, но на данный момент у меня есть одна версия.
Белая села на койке и принялась одеваться. Вольф отвернулся к окну, забранному прозрачным стеклом. Не то чтобы своим взглядом он смущал крылатую или сам смущался, но таковы были правила приличия. И хирург их принимал.
– На Меге я потеряла контроль. – Негромко напомнила Беаль.
– Не «потеряла» а «почти». Это маленькое слово, если подумать, меняет очень многое. Если бы это произошло, ты бы тут передо мной не находилась... Хотя, скорее всего, находилась бы. А вот Малкольм, Джар и Мир не вернулись бы. Можешь считать, что у тебя был крошечный энергетический всплеск, который ты успешно подавила.
– Крошечным всплеском нельзя убить троих крылатых одновременно. – Буркнула крылатая, застегивая липучки на рубашке, расположенные под крыльями. – Мне нужна изоляция?
Вольф побарабанил пальцами по подоконнику, на котором в пробирке торчала ромашка. В ее натуральности можно было не сомневаться – пластику не нужна была вода, и регулярных стерилизаций комнаты цветок не боялся.