Страница 205 из 306
– А потом?
– Потом выучишь наш язык.
Но у крылатой, похоже, были выставлены другие обозначения термина «потом», и она, ухватив Итанима за плечо, повела по коридору, одновременно произнося слова и сразу же давая им перевод.
Стена, пол, угол, дверь, табличка...
Рис послушно переставлял ноги и прилежно сохранял услышанное в базе данных. Еще и визуальный образ почти ко всем словам подбирал – чтобы точно не ошибиться.
Свет, тень, дверная ручка, косяк...
Плохо, что у лае не было терминалов. Так бы его подключили, и через час Рис знал бы язык крылатых в совершенстве. Но вот так, получая сразу и слово, и его определение, тоже было хорошо.
Коридор был длинный и широкий, с высоким потолком. Дверей было не слишком много, и располагались они по обе стороны стены. Круглые панели освещения чередовались с квадратными решетками вентиляции. Плитка на полу была белой, а после одного поворота сменилась на цветную и узорчатую.
Кровать, вода, стул, чашка...
После коридора была лестница, ведущая наверх. И еще одна. Снова коридор. Еще одна лестница.
А потом потолок резко ушел вверх, стены раздались в стороны, и световые панели заменились на огромные – от пола и до потолка - окна. В центре помещения, огороженное низким бортиком, росло дерево.
Широкие, раскидистые ветви тянулись в стороны. Рис запрокинул голову, изучая высоту дерева. Белая тоже остановилась, давая время гибриду рассмотреть все детали.
– Это Древо.
Внешний анализ подтвердил сходства с изображением в ангаре. На развилках ветвей сквозь просвечивающуюся листву виднелись серые круглые шары.
Но Древо в цифровой памяти Итанима было не таким крупным. Оригинал был невообразимо больше. Верхние ветви его несколько метров не дотягивались до выпуклых стеклянных панелей, заменяющих потолок. Стены уходили вверх, разделяясь на круглые открытые балконы. Рис насчитал их пять штук, а потом опустил голову, привлеченный странными звуками.
Рядом с Древом, усевшись на один из выступающих из земли корней, сидел какой-то крылатый. Рядом с ним стояли еще двое.
– Подожди тут. – Бросила лае, отпустив плечо гибрида, и легко перешагнула низенький бордюрчик, похожий на порожек. За ней последовал Дарелин.
Покосившись на Вишню Мирабель, Итаним постарался посчитать количество живых объектов, находящихся на Древе. На нижнюю ветку, растопырив короткие крылышки, как раз приземлился странный неопознанный субъект.
Оперение у него было белым, безо всяких серых пятнышек. Без крыльев существо наиболее подходило под обозначение «несовершеннолетний человек, с несформированной репродуктивной системой».
А рекламе их называли детьми.
Это – детеныш лае? А почему на его одежде нет опознавательных маркеров? На Меге у всех «детей» он был, чтобы родители в случае чего могли отследить местоположение своего потерявшегося в магазине отпрыска. И почему два похожих существа были рядом с тем красноволосым лае? И в изоляторе Рис тоже видел одного.
Детеныш был босиком, в светлой льняной рубашке на завязках и серых бриджах. Рис приблизил изображение, рассматривая непонятные красные черточки на рукавах. Это такой узор? Волосы у крылатого мелко вились и торчали во все стороны. Так было и у Зафа, когда он только-только вставал с кровати.
Рост крылатого составлял 84 сантиметра, размах крыльев – метр тридцать. В комплекте шли круглые синие глаза, маленький нос, похожий на картофелину, пухлые щеки и непонятная эмоция на лице.
Рис тщательно сохранил изображение. Интересно, а детеныш – тоже красивый? Если следовать утверждению Зафа – то да.
«Дождись меня там, хорошо?»
А потом маленький крылатый почуял чужой взгляд и повернул голову. Ресницы у его были светлые и очень пушистые, а на левой щеке отпечатался след от подушки.
Шум в ветвях Древа стал меньше, постепенно затихая. Зашелестели листья, и на ветку рядом с первым детенышем приземлился второй. Он был выше на семь сантиметров, носил голубую рубашку и черные штаны.
Снова зашуршало.
Третий крылатый был крупнее первых двух, но и намного худее. Да и волосы у него были не светлые, похожие на пшеницу, а чуть темнее, и перехватывались каким-то шнурком, чтобы пряди не падали на глаза. И глаза оказались серо-голубыми.
И все они, не мигая, уставились на гибрида. Рис на всякий случай прижал кружку к животу, настороженно наблюдая за чужими действиями. Если эти дети на него бросятся, что ему надо будет делать? Убегать? Стоять неподвижно?
У Зафа не было знакомых с детьми, чтобы Рис смог выучить правильную реакцию.
«Дождись меня там, хорошо?»
Маленьких крылатых на ветке стало четверо.
Рису ведь сказали подождать. Но приказа о том, чтобы стоять неподвижно не поступало, и гибрид осторожно сделал шаг вперед. Потом второй.
Нет-нет, лучше он подождет поближе к Белой. Она уж точно знает, как нужно с детьми лае обращаться!
Бордюрчик был высотой в пятнадцать с половиной сантиметров, и разделял зал на две территории. Внешняя вся была покрыта цветной сине-белой плиткой, а внутренняя представляла собой огромный земляной круг с растущим из центра деревом.
***
– Я нормально себя чувствую. – Упрямо повторила Майри, поджимая крылья.
Больничный режим у нее закончился, но Вольф никак не отставал, уговаривая не заниматься физическими упражнениями и упрашивая полежать еще немного в палате.
Майри было плевать на собственное состояние. Единственное, чего она хотела – чтобы от нее отстали. И чтобы директор Илья подтвердил ее просьбу о переводе.