Мэн

— Хэге-гей! — крикнул ей мальчишка. Он и так довольно сильно вытянулся для своих четырнадцати лет, а сейчас немного похудевший и осунувшийся после болезни выглядел тощим и длинным. Но зато радостным и довольным. — Привет! Как дела? — подбежал он к девочке. — А меня вот выпустили на улицу. Разрешили в магазин сходить. Скоро в школу.

— Привет, — обрадовано заулыбалась Эль. — Ты выздоровел! Это здорово! Уже теплеет. Когда пойдём к берегу кости собирать?

Ребята иногда собирали по берегу Северного Ледовитого океана кости умерших и обглоданных птицами тюленей. Их потом можно даже сдавать в пункт приёма и тебе дадут за это где-то доллар или два.

— А ты знаешь: сколько в Мире Гвиней? — спросила девочка быстрей, чем сама поняла, что сделала.

— Чего-о-о? — протянул парнишка. — Чего в Мире?

— Гвиней. Это страны такие почти с одинаковым названием.

— А-а-а… — Шайло почесал затылок. — Не, не знаю. Первый раз слышу.

Эль вздохнула.

— Ну ладно. Это я так, — махнула она рукой.

— Ну, я побежал? Я потом зайду за тобой.

— Ага. Только если меня папа отпустит».

Без десяти три в дверь постучали. Матисс кинулся ко входу, один раз показательно гавкнув.

Тэсс не ожидала, что к ней будут стучаться, поэтому даже подскочила на месте. Она прошла в прихожую и, взяв пса за ошейник, открыла дверь.

На пороге стоял тот самый джентльмен, который пытался разговаривать в «Одноглазой Молли». У него за спиной, на подъездной дорожке стоял какой-то кроссовер. Логотипа сбоку видно не было, поэтому марку машины Тэсс не определила. Но зато тут же вспомнила имя мужчины.

«Билли».