Страница 51 из 241
- Помоги выбраться! – Леп обвел рукой пещеру.
Скрестив на груди одну пару рук, Уну́р окинул взглядом просящего.
- Что ты дашь взамен?
- Любое твое условие! – крикнул Леп, постаравшись скрыть трепет.
Заметив слабость, Уну́р мог разгневаться и наказать недостойного, осмелившегося потревожить его.
- Добро, – кивнул бог. – Мое условие и одно от Тасо́ма.
- Согласен!
- Мне заплатишь Кровавой данью!
Леп ничем не выдал себя, но внутри весь заледенел. Белый бык буравил тяжелым взглядом и не заметив колебаний, удовлетворенно кивнув, начал таять.
Следом пошевелилась фигура Тасо́ма. Он уже не был каменным, возле алтаря, как и минуту назад Уну́р, упираясь плечами в свод, высился го́льдэн. Посланец критически окинул взглядом изрядно потрепанное, грязное, воняющее желчью человеческое существо, Леп вдруг с ужасом осознал его намерение. Но зачем Посланцу человеческое тело? Но как бы там ни было, смириться со скорым мучительным концом было трудно, одержимость – дело не шуточное! Человек не может противостоять силе высших существ, исключений не бывает. Увы, выбирать не приходилось, легкие уже горели огнем, смерть ждала в любом случае, правда с го́льдэном она могла прийти в забвении, а здесь в Святилище умирать придется долго, дар будет подпитывать тело до последнего.
– Я согласен! – Леп напрягся, понимая, что заклятие сейчас рухнет.
Жуткая обезьянья морда удовлетворенно оскалилась, фигура начала застывать, превращаясь в истукана, но едва окаменев, треснула и обломки с шумом посыпались вниз.
Лепа отбросило, вдавило в стену, накрывая волной ликования и злобы, не имея возможности пошевельнуться он чувствовал, как чужая сила рвёт изнутри, еще немного и тело лопнет. Нет на свете болезни, способной сравниться по мучениям с прессом и давлением власти чужого «Я», Леп задыхался одержимостью. Пыль, пропитанная свечным сальным дымом и кровью, скрипела на зубах, давясь и кашляя, он сколько мог вобрал спертого воздуха в легкие, в ладонях начало покалывать. При сближении рук, между ними проскакивали молнии, невидимая сеть Пут упала с плеч, боль ушла, вернулся слух, и силы хлынули в истерзанное тело с мощью океанского прибоя. Леп раскинул руки, дверь выбило, из узкого темного коридора в Святилище хлынули клубы все той же пыли, еще более густой и едкой.
Пещеры и подземные ходы в недрах Туо́льских гор планировались с таким расчетом, что в случае обрушений, нижние уровни оставались бы целыми.
Рванувшись прочь, Леп тонкой молнией исчез в пыльном мраке, осветив стены коридора коротким ярким светом.
Бесконечный дождь упорно поливал и без того досыта напоенную ночную землю, всюду лилась ручьями мутная вода. Она пыталась смыть руины и сравнять брешь в правой главной ветви Туо́льского хребта. Сила графини оказалась столь разрушительной, что часть величественных северо-восточных гор Айнэ́рии исчезла, открыв доступ холодным ветрам. Между беспорядочным нагромождением каменных глыб, комьев земли и обломков древесных стволов в водных потоках скользили тени. Иногда слышался еле сдерживаемый стон, но большей частью все безмолвствовало, постепенно собирались уцелевшие волки и люди. Оглушенные обвалом, мокрые и раненые, они потерянно бродили по неузнаваемо изменившимся родным местам, не находя для себя ни приюта, ни покоя.
Из недр развороченной горы появилась чуть потрескивающая яркая белая ниточка, шипя, она скользила меж поваленных деревьев и каменных глыб, огибая рытвины и провалы. В следующее мгновение в свете слепящей вспышки появилась пошатывающаяся худая фигура. Держась за горло и время от времени сплевывая кровавые сгустки пыли и песка, Леп жадно хватал ртом прохладный сырой воздух живительной струей вливавшийся в легкие.
Стоя на почтительном расстоянии люди и волки не спешили приближаться, за спиной главаря маячил неясной призрачной тенью грозный силуэт го́льдэна. Причуд у хозяина предостаточно, но нынешнее приключение сулило крупными неприятностями и волки попятились, прижав уши.
Тасо́м пока воли не проявлял, мрачно взирая на мир, он чувствовал себя обманутым, Леп надежно отгородил сознание, тем самым пока еще сохраняя контроль над собой и даром. Обольщаться не стоило, го́льдэн непременно попытается сломать этот рубеж и рано или поздно добьется своего, а пока оба настороженно прислушивались друг к другу.
Обыкновенно, бога не спрашивают о его условии за услугу и зачастую цену за глупое легкомыслие узнают, когда менять что-либо откровенно поздно. Первое условие оказалось сложным, простыми жертвами отделаться не удастся, Уну́р ждал войны, но об этом позже. Чего хотел Посланец? Кстати, с ними можно торговаться сколько угодно, но хитрый Тасо́м не торопился открывать секрета.
«Хотел бы я знать, что еще меня ждет?»
Шорох крыльев над головой известил о появлении Марга. Покружив, ворон все же опустился на плечо хозяина и с осуждением заглянул в глаза, присутствие го́льдэна птицу тоже возмущало. Видя проявление этой преданности, Леп выбросил из головы принципиальных волков.