Страница 16 из 241
Истории бывают увлекательные и не очень, веселые и грустные, поучительные и пустые, страшные и романтические. Но все без исключения они непременно находят своего внимательного слушателя.
Наташа горела желанием узнать злоключения Оксаны; портал в парке, подземный коридор, склеп, карлик с носом грызуна, наконец, юно́л – все это настолько растравило любопытство, что нетерпение быстро достигло точки кипения!
- Может, все-таки расскажешь? – пристала она, как только парк остался за спиной.
- Вот, я попала в ту реальность, – хитро сощурилась Оксана, прекрасно понимая, что сейчас услышит бурные протесты.
Но немножко поддразнить хотелось, настроение поднималось ведь окружающая родная действительность куда милеем и краше диких красот чужого и жестокого мира. И как же здорово знать наверняка, что в техническом прогрессе нет места колдовству!
- Ну! Я хочу подробностей! – Наташа театрально топнула ногой, капризно надув губки.
В кармане жёг руку кулон.
- Подробности-то как раз очень неприятные. … Ну, ладно, все началось с измены Влада.
-Все-таки он не удержался, – посерьезнев, качнула головой Наташа.
Трудно рассказать кому-то о душевной боли, еще труднее признаться этому кому-то в собственных ошибках. Можно изобразить из себя опытную сердцеедку, эдакую последовательницу Казановы, небрежно отмахнуться и сказать, что все это ерунда, ничего незначащий флирт. Но Наташка была единственной близкой подругой, надёжной и безотказной, перед которой кривить душой не хотелось.
- Увы. Но я, действительно любила его! – вздохнула Оксана.
Наташа легко прикоснулась к плечу подруги:
– Не грусти, говорят, его новая пассия - страхолюдина!
- Видела! – кивнула Оксана.- Оглобля тощая!
- У ее мамаши связи в юриспруденции, так что наш Владик не без расчета!
- Скотина! Ташка, ведь моя мать тоже помогала ему с университетом!
- Видимо, там влияние весомее. Ладно, наплюй, все уже позади! Ты у меня сильная и житейские мелочи тебя не сломают! … Правда, Ксюх? – Наташа подозрительно прищурилась. – Только не говори, что жить надоело!
О самоубийстве у Оксаны никогда и не возникало мыслей. О каких счетах можно думать в двадцать лет, ведь все только начинается, будущее обещает много приятных бонусов, не здесь, так в другом месте, надо просто оглянуться. Возможно, даже теперь, когда жизнь измеряется милосердием Лепа, есть выход? Как часто говорит бабушка, если бог закрывает дверь, то он непременно оставит открытым окно.
- Знаешь, сейчас я думаю, - откликнулась Оксана, - что была дурой, решив появиться у Влада без предупреждения неожиданным сюрпризом.
- А может и хорошо, что все так случилось, вскрылся лживый нарыв!? Могло быть хуже, какую-нибудь дрянь подцепила бы через Влада, например, в модельном бизнесе, ради карьеры все стелятся едва ли не под каждого властьимущего.
- Уж лучше бы я что-нибудь подцепила, чем мое теперешнее положение.
- Да ты что!
- Ладно, слушай сначала. … Успокоиться не могу, эта мразь имела наглость появиться в прихожей в его халате!
- Спокойнее. А что ты?
- Ушла. В конце концов, я не на помойке родилась!
- Умница!
- Хм, умница доехала бы домой, как обычно, на такси! А то … понесла же нелегкая в метро! … Я к ведьме попала!
- Кстати, где ты ее нашла?! – Наташа от нетерпения даже на цыпочки приподнялась, чтобы заглянуть Оксане в глаза.
- В подземном переходе! Ташка, чем хочешь поклянусь, но подземка была пустой! …
* * *
Она торопилась, метро вот-вот закроется – скоро час ночи! Каблучки торопливо цокали по пустому гулкому переходу, ведущему к метро «Арбатская».
- Дочка, ты чего грустишь?
Неожиданно прозвучавший позади скрипучий голос заставил вздрогнуть всем телом. Около стены исписанной граффити сидела на стуле старуха, каких полно на вокзалах и у дверей магазинов. Такие бабули, часто дурно пахнущие, плохо одетые, потеряв всякую надежду и смысл жизни, протягивают иссохшую трясущуюся руку с мольбой глядя на безучастных прохожих.
Недоуменно оглянувшись на невесть откуда взявшуюся бабку, Оксана побежала дальше.
- Чего плачешь-то? - каркнула та вдогонку.
- Не твое дело!
- Если он оставил тебя, это не повод для слез! С твоей-то фигурой!
Неслось следом.
Последняя реплика опрокинула новое ведро слез, уже поднимаясь по лестнице наружу, Оксана судорожно нащупала платок в кармашке сумочки. От классного макияжа увы, ничего не осталось, он потек еще в подъезде дома Влада.