Страница 155 из 241
Легкое прикосновение живо привело Наташу в чувство, кто-то обнюхивал руку! Вообразив себя в коридоре, она отмахнулась, вложив в движение всю силу, нечто маленькое пискнув, полетело в сторону. Крысы! В памяти мгновенно предстал обгрызенный юнол, Наташа метнулась в сторону и споткнулась обо что-то, вернее кого-то. В глаза плеснуло огнем.
- Э-э-э, осторожнее, эдак я больше отцом не смогу быть? – буркнул сонный голос.
Душный, пыльный воздух исчез, волшебным образом уступив место ароматам ночного костра и дождливого леса. Оторопевшая Наташа непонимающе щурилась на поднявшегося с недовольным видом Кринфа.
- Что случилось? – встрепенувшийся Дрокс уже стоял на ногах. Он расположился ближе к выходу, а потому благополучно избежал пинка в причинные места.
- Случилось! … Коц летать учился, – проворчал Кринф, скованно делая несколько шагов.
В пещеру вошел Аскан с охапкой хвороста, с него буквально текло.
- Привет! Как ты себя чувствуешь? – улыбнулся он Наташе и оглядев друзей, спросил уже более озадаченно: – Я пропустил важное?
- Да, бурное пробуждение от страсти, - фыркнул Кринф и вышел наружу.
- Все нормально, - кивнул Дрокс, - Кринфу приснился плохой сон. А у тебя как, Аск?
- Спокойно. Как ты, Наташа?
Она так и не придумала вразумительного ответа, в полном потрясении ощупывая немного просохшие свои длинные волосы, даже заколка была на месте!
- Заколка! – изумленно промямлила она. Аскан непонимающе на нее воззрился.- Я неплохо себя чувствую! – Растеряно улыбнулась Наташа, еще не до конца осознав случившееся.
По счастью большая стрелка остановилась прежде, чем часы со звоном упали на камни подземелья, завершив свой длинный путь, она отсчитала шестьдесят минут отпущенных для Наташи в прошлом.
Едва мокрый хворост упал на пол, как из угла выбежал хорек, распушив всю свою шерсть дыбом, он шипел и скалился на Наташу.
- Прости, пожалуйста! – искренне повинилась она перед зверьком. - Я, правда, не хотела, просто дурной сон!
- Ты с кем-то во сне страстно обжималась? – Кринф заглянул в пещеру с кривой ухмылкой.
- А и правда, где ты так вывозилась? – изумился Аскан.- Это Коц тебя так искусал?
Дрокс кашлянул рассматривая Наташу с не меньшим интересом.
- Я …- она смолкла, с открытым ртом осматривая себя: куртка, джинсы, волосы все было в песке, лицо и руки в кровоточащих ранках от крысиных зубов. Вся вымазанная и вонючая!
- Она ведь вечером была мокрая, но чистая! – удивился Дрокс.
- Это ты мне говоришь? – возмутился Кринф. – Я ее вез!
- Это еще вопрос, что ты делал с ней под плащом?
- Просто меня лихорадило долго…. ёрзала, и вот… - развела Наташа руками.
- А чего ж меня не пригласила поёрзать? – хохотнул Кринф.
- Лихорадка в раз прошла бы! – в тон ему отозвался Дрокс.
И оба заржали.
- А где Нолатэ́н и Гайо́н? – спросила Наташа Аска́на, делая вид, что не замечает весельчаков. Ей хотелось ответить что-нибудь колкое, но после всего пережитого в голове стоял полный хаос, остроумие затерялось на подземных дорогах цверга.
- В карауле, вот-вот вернутся.
Присев ближе к очагу, Наташа подбросила пару веточек, глядя на яркое пламя, она задумалась. Получалось, что именно возвращенная заколка изменила историю, в которой не будет Мабии, ее рыжего кота, вкусных пирогов и теплой сухой одежды.
«А в мешке остался сыр, и…»
Наташу точно подбросило на месте, она принялась лихорадочно шарить у себя под курткой.
- Что потеряла-то? – спросил Кринф.
- А где портрет?
- Под плащом, ты же сама туда его положила, забыла?
Наташа метнулась к стене, портрет, действительно, лежал на месте. Какое счастье! Ведь вместо него предложить богине в обмен на свое возвращение домой нечего. Она поднесла руку ко лбу и только тут увидела грязную повязку, порезанная ладонь о нож Мабии.
«Интересно, рана есть, а мягких дареных сапог нет!»
- Вот, возьми. Положи туда портрет и не теряй, - Аскан протянул свой заплечный мешок, выложив какие-то вещи. – А это откуда это у тебя? – Он удивленно воззрился на забинтованную ладонь.
- Об сучок… во сне, - промямлила Наташа убирая руку.
- Сучок? – Аскан ловко ухватил ее за локоть и принялся осторожно снимать грязную ткань. Взгляду открылась грязная же рана, кожа вокруг покраснела.
- Я, конечно, ничего не хочу сказать,– многозначительно кашлянул Кринф, – сны у тебя какие-то странные, после них ты вся помятая.