Страница 147 из 241
- Доброе утро милая! – доброжелательно поздоровался мужик.
- Доброе, – коротко ответила Элия, накрываясь одеялом с головой, она не желала продолжать беседу.
Они часто болтали по утрам, фривольность в обращении особого значения не имела, Йер так давно служил в замке, что мог считаться чуть ли не членом семьи.
За ночь помещение заметно остыло, и едва за работником затворилась дверь, как продрогшая Принцесса торопливо соскочила с постели, чтобы затопить камин. Просить о том Йера, казалось, глупо, у него и так полно дел: разнести дрова по всему замку, выгрести если надо золу, прочистить дымоходы, но он еще отвечал за конюшню, а потому всегда торопился. Разводить огонь входило в обязанности Нянюшки или служанки, но звать их не хотелось.
Складывая шалашик из растопки, Элия продолжала дуться на Анраза.
«Даже пожаловаться некому! … Ладно, езжай в свой Эбен! Только бы посол поскорей вернулся!»
Робэр Годри мокнущий где-то в дороге, сейчас виделся причиной всех бед. Что вообще ему делать в Сина́новых горах, ему, послу чужого Короля?! Об этом эдайне очень хотелось с кем-нибудь поболтать; образ Сотэ́и возник сам собой, но слез не вызвал. Нет, жалко, конечно, погибшую эдайну, но она редко соглашалась что-либо посоветовать. Зато родной дядя, Дэйк Копла́н очень даже хотел стать советчиком, часто навязчиво прося не стесняться и поверять самые тайные секреты. Только вот, Элия не рвалась плакаться в жилетку, точнее в камзол.
Дядя Дэйк, говоря по совести, нравился не как родственник, а его знаки внимания, внушали надежду на ответную симпатию, возможно, при иных обстоятельствах развитие некоторых событий стало бы делом решенным. Но! Ни раз и ни два Элия видела Королеву и герцога наедине, а потому страстный взгляд лукавого соблазнителя скорее остужал голову нежели наоборот. Даже если оставаться в приятном неведении, в конце концов, на дар можно и наплевать, все равно, просить совета у Коплана не стоило, ведь это из-за него Анраз вынужден был уехать.
Элия полагала, что прямая обязанность дяди помочь любимому племяннику в государственных делах, тем более, Дэйк Коплан имел в том немалый интерес. Доход с земель вполне можно было поделить, так сказать восстановить справедливость, которую в свое время Токра́д Эбенский, герцог Ви́рно проигнорировал. Дэйк со странной легкомысленностью, казалось, позабыл о собственной выгоде и целыми днями развлекал родных сестер, разгоняя их хандру и лень, расточал комплементы Королеве и зачитывал Эли́и выдержки из легенд о королях Фе́ткии, верхом-то под ливнем не поездишь.
Сухие поленья занялись быстро, от тепла и уютного потрескивания стало немного легче, ровно настолько, чтобы поинтересоваться содержимым сундука подаренного послом Бинадии. Неподъемный подарок скромно стоял у стены в ожидании своей очереди, его кованные углы слабо отражали огонь, приглашая заглянуть внутрь. Сидя на полу перед решеткой камина, Эли́я испытывала собственное терпение, зная наперед, что интерес вызвал бы досаду у Анра́за.
Они поссорились перед сватовством посла, молодой человек считал, что во имя истинной любви следует противится воле родителей до конца. Элия в свою очередь пыталась противопоставить долг перед семьей, но ничего в итоге не добилась. Примирения сторон не произошло, каждый считал себя уязвленным, а потому оба разошлись по разным углам.
- Боги, как же с ним сложно! – всхлипывая, Эли́я распахнула крышку сундука.
Внутри лежали яркие отрезы ткани, меховые накидки из чернобурки, куницы, лесы и еще какого-то зверя – короткий густой мех серо-стального оттенка дарил нежнейшие прикосновения коже. Элия примерила накидку, тончайшая замша мягко обняла плечи, быстро согревая, точно любящие руки. Улыбаясь и приживая мех к лицу, девушка закружилась по комнате, в этот миг, как ни странно, ей виделся не Анраз, но незнакомый молодой человек, чей портрет теперь стоял на чайном столике – Тело́н Бина́дийский, наследник дома Гуннов. В какой-то момент Элии стало совестно перед Анразом, но накидка была столь хороша, что устоять пред искушением стало верхом испытания, плюнув на все, Принцесса махнула рукой и снова заглядывая в сундук.
Лисья шубка, беличьи рукавицы, сапожки на куньем меху, все говорило о том, что новое место жительства имеет довольно суровый климат. Девичья фантазия рисовала волшебный зимний край, переливающийся снежным серебром и прозрачным воздухом. Взгляд сам собой обратился к небольшому узкому окну, за которым лил не переставая ненавистный дождь.
- И приспичило же этому послу уехать в отдаленный храм! – в который раз в сердцах воскликнула Элия нетерпеливо разгребая меховые груды.
Если бы Робэр Годри прямо сейчас предложил отправиться в дорогу, она согласилась без раздумий, сырость надоела ужасно.
Под тканями и мехом обнаружились цветные нитки для рукоделия, Элия не смея вздохнуть от восхищения, минут десять перебирала шелковую радугу. Дальше, нашлась внушительная шкатулка с украшениями – кольца, браслеты, подвески, серьги, фибулы все переливалось драгоценными камнями и жемчугом. Отдельно в мешочках лежали не огранённые кристаллы изумрудов и затейливые безделушки из горного хрусталя, а от россыпи янтаря даже перехватило дыхание, такого количества застывшего солнца видеть еще не приходилось. Элия самозабвенно рассматривала редкие перламутровые кораллы, малахит и светлый аметист, а хрустальный бокал немедленно отправился на стол в ожидании завтрака. Одним словом подарки понравились и таинственный жених стойкого отвращения уже не вызывал.