Страница 144 из 290
Близнецы бежали по коридору, выложенному красным гранитом. Плащи развевались за спинами, ножны ударяли по бедру. По левую руку изредка попадались двери, похожие друг на друга, как две капли воды – старые, с потёртыми от частого использования ручками. Сова проверял каждую из них, но всее они были заперты.
По правую руку на стенах висели канделябры с зажжёнными свечами. Ни одного окна им так и не встретилось, похоже, лабиринт лестниц увёл под землю. У Совы даже мелькнула мысль, что они бегут по кругу. Ни одного поворота не встретилось, да и сам коридор не менялся.
Позади звучали шаги преследователей. Расстояние постепенно увеличивалось, но надежды оторваться не было. Звук одной пары сапог едва угадывался, зато другую услышал бы и глухой. Они бряцали по гранитному полу со скрежетом, характерным для алтира – словно хрустит стекло. Их собственные кожаные сапоги не издавали ни звука, но преследователям и не требовалось слышать. Никаких ответвлений в коридоре не встретилось.
Сова начал всерьёз подумывать о беге по кругу – иначе насколько длинным должен быть коридор? – когда впереди показалась спиральная лестница. Отполированные до блеска ступеньки соединяли два этажа, вели вверх и вниз. Не сговариваясь, он побежал наверх, Гепард – вниз.
Вскоре тяжёлая поступь начала стихать, преследователи тоже разделились. Этажом выше от лестницы вели несколько коридоров, но Сова продолжал забираться выше и выше, пока не упёрся в дверь, на этот раз не запертую. Распахнул её, ворвался внутрь, держа меч наготове.
За дверью оказалась комната шагов десять на тридцать. Видимо, тут спала прислуга, но сейчас десять кроватей расставленных в два ряда вдоль стен стояли аккуратно заправленными. На алом одеяле ни единой складки, рядом с каждой кроватью небольшой столик. В конце комнаты, у окна, массивный стол. На краю пачка бумаг, рядом чернильница с пером.
Всех выгнали перед их приходом? Да, похоже на то. Потому вокруг ни души, даже солдат на улице не слышно.
Комната освещалась слабым лунным светом, но это ничуть не мешало Сове. Он пересёк комнату и выглянул наружу. Подъём наверх занял немало времени, а до земли всего десяток локтей. В дюжине шагов тянулась стена, над которой ползли тучи. Ни луны, ни звёзд видно не было.
Тихие шаги позади быстро приближались. Дверь приоткрылась, внутрь скользнула чёрная тень.
– Надоело бегать? – поинтересовался Ястреб, медленно приближаясь к Сове. – Окно не высоко, можем продолжить беготню, если хочешь.
Сова повернул голову. Глаза его ничем не отличались от окружающей ночи.
– Зачем мне бежать? – спросил он. – Сейчас ночь.
– Думаешь, тебя это спасёт?
– Кто знает. – Сова не стал упускать случая получше разглядеть своего противника. Под чёрным плащом скрывалась простая рубаха и штаны, едва ли лучше его собственных. Похоже, не повезло только Гепарду. – Вы такая сладкая добыча, ястребы. Словно беспомощные птенцы, выпавшие из гнезда.
– Время суток ничего не изменит. – Послышался слабый шелест, едва различимый даже для слуха Совы, и темноту комнаты развеяло разноцветное поблескивание лезвия. – Я или напарник, один из нас одержит победу.
– И откуда такая уверенность? – Сова выставил перед собой меч. Вторая рука вытащила из сапога кинжал. – Ястреб сложил крылья и готов ринуться в атаку? А не промахнёшься?
– Ваше время ушло. Жаль, вы нужны живыми. Я бы не отказался вспомнить то сладкое чувство, когда сжимаешь бьющуюся в агонии добычу.
– Ты довольно долго пробыл в этом теле, – тихо произнёс Сова. – Почему согласился служить им?
– Служить? – Ястреб остановился в паре шагов перед противником, держа меч двумя руками. – Никто никому не служит. Просто мы нашли цель, общую для всех нас.
– Так, значит, вы себя убеждаете, – прежним тоном сказал Сова. – Ты забыл, кем являешься на самом деле. Забыл, каково парить в небе и наслаждаться настоящей свободой, а не оковами человеческого тела. Даже зрение не спасло тебя от человеческих чувств. Или ты не захотел спастись? В любом случае, я освобожу тебя, хотя и ненавижу твой род.
– Освободишь? – презрительно расхохотался Ястреб. – Это мы освободим вас, когда заполучим в свои руки. Освободим от чести называться летарами и аларни.
Он рванулся вперёд, целя в левое плечо. Сова отразил удар кинжалом и атаковал сам, и два смутно различимых фигуры закружились по комнате. Отчётливо различались только их мечи. Ястреб наступал, короткими выпадами гоняя противника по комнате, не давая времени на передышку. Сова отступал, уйдя в глухую оборону. Без использования вил Гепарда нечего было и думать о контратаке.
Очередной выпад, нацеленный в грудь, Сова собирался отбить кинжалом, когда осознал, что не успевает. Сердце заколотилось в груди, ускоряя ритм, но слишком поздно. Удалось лишь отклонить лезвие вниз. Оно скользнуло по бедру, нога полыхнула огнём.
Сова отступил на пару шагов к двери, когда грудь взорвалась болью. Ноги подкосились, пришлось опереться на спинку кровати, чтобы не упасть.
– Что такое? – с деланной заботой спросил Ястреб. – Похоже, твоя самоуверенность дорого обошлась близнецу. Я же говорил, один из нас одержит победу. Ваша связь делает вас слабыми, уязвимыми.