Страница 14 из 39
И ворота растворились. Я не дошла до них ещё где-то пяти шагов, а они приглашающе открылись наружу, зазывая меня войти. Я помедлила, глядя внутрь зала. Он был довольно большим, со стороны каждого входа, шагов через десять от двери, вверх тянулись лестницы, ведущие к беседке. Она была почти цилиндрической формы, без окон, стояла на вершине пирамиды, сверху, наверное, напоминала многоугольник, в каждой стороне – дверь, над дверью – какая-то лепнина, то ли ветка с листьями, то ли шипы, то ли ещё что… Я сделала шаг вперёд.
– Добро пожаловать, Айк, – раздался звучный голос откуда-то из-под потолка. Я вздрогнула, но не остановилась, и продолжила медленно двигаться дальше. Прошла мимо высокой, в две трети моего роста вазы, прозрачной и заполненной мелкими купюрами. Внимательно огляделась. Дверь за моей спиной была уже закрыта.
Я нащупала в правом кармане ключ и сжала его в кулаке. Дверь за спиной закрывается сама либо если она с фотоэлементами, либо если тебя хотят запереть. Я опять подошла к ней. Она не открылась. "Ага", – подумала я и крепче сжала ключ.
– Чтобы я работал не зря и чтобы ваша совесть была чиста, предлагаю пожертвовать в вазу тридцать примов, или больше, если вам очень важен ответ.
Я хитро прищурилась. Я, конечно, знала, что человек не станет работать бесплатно. Но мне нужно быть уверенной, за что я плачу. Вот и посмотрим сейчас, стоят ли твои услуги моих денег, пусть и небольших.
Я вытянула над горлышком вазы руку с зажатым в кулаке камешком. Когда мои пальцы разжались, вниз вместо камня упали три мятые купюры по десять примов.
Великий Предсказатель молчал, и я решила проследовать дальше, к лестнице. Отметила, что внутри Храм пуст, но тем не менее не кажется голым – из-за узоров на стенах, на лестницах и на воротах, а также не замеченных мной сразу мелких фигурок по краям дорожек. В Храме было светло, но внимательный осмотр помещения не помог найти источник света. Кажется, идёт откуда-то сверху.
– Уважаю ваше поразительное умение, но, увы, за камешек я не отвечу ни на один ваш вопрос. Если хотите, можете покинуть Храм, – наконец отозвался на мою фальшивку оракул. Голос у него был мужской, уверенный и немного насмешливый, и я решила, что он всё-таки не совсем шарлатан. До сих пор ни один человек не мог заметить в камешке подставу. Можно было бы подумать на скрытые видеокамеры, но ведь из моего кулака высыпались уже деньги, и то, чем они были раньше, увидеть было нельзя.
– Хорошо, – проворчала я и, выудив из рюкзака кошелёк, вынула оттуда три бумажки и опустила их в вазу. Фальшивые так и остались там лежать, но доставать их я не стала – всё равно не смогу, слишком глубоко, а ваза высокая.
– Приглашаю подняться в Беседу, – пафосно произнёс голос. Я последовала его совету и наконец ступила на лестницу. Она была узкой, хорошо, хоть поднималась не очень высоко, иначе мне было бы некомфортно. Я с детства боюсь высоты, а тут ещё и левое перило всего до колена. Придерживаясь за правое, я наконец поднялась наверх. Дверь к тому времени уже распахнулась.
Внутри стоял стол чёрного цвета с узором из тонких зелёных и жёлтых линий, на линиях лежали сцепленные в замок ладони. Дальше шла бело-голубая рубашка странного, какого-то древнего покроя, над воротником – лицо. Я видела его прекрасно, потому что над каждой дверью (их, кстати, оказалось восемь, как и лестниц, и ворот) внутри висела сокрытая замысловатым плафоном лампочка. Лицо принадлежало мужчине, пожалуй, лет тридцати пяти – сорока, со светло-русыми волосами и глазами непонятного цвета, то ли серыми, то ли карими, и с длинным открытым лицом. Мужчина улыбался.
– Теперь – беседа! – провозгласил он и указал рукой на сиденье, стоящее напротив. Усевшись, я убедилась, что кресло довольно удобное, более того, регулируется по высоте. Для меня оно немного поднялось.
– Айк, за всё время вы сказали только "хорошо", – укоризненно посмотрел на меня мужчина. – Если вы будете молчать, я не смогу вам помочь.
– У меня есть один вопрос? – на всякий случай спросила я.
– У вас есть беседа, – ответил мужчина. – Много вопросов, – уточнил он. – Если мне не придётся на них тратиться. Из сложных – только один.
– Значит, я могу спросить, правда ли, что кресло и ваш стол стоят на вращающемся круге, чтобы вы могли ловко повернуться именно к той двери, в которую войдёт человек?
– Отвечаю: да, вы можете это спросить, – мужчина хитро улыбнулся, потом махнул рукой. – Ладно, не буду вести себя, как дешёвый предсказатель: так и есть, стоит на круге. А пол чёрный для того, чтобы оттенить моё светлое одеяние. Узоры на стенах много чего означают, так сразу не расскажешь. Да, знаю, дорожки вокруг Храма расположены не лучшим образом, но их должно быть восемь: замечательное число. В любом случае хоть одна из них упиралась бы в тупик. Зовут меня Коатл, но лучше называйте Кветцальский, когда я на работе. Ммм… вообще-то не ограничено, то есть если ко мне в течение суток никто не придёт, можем беседовать сутки.
Я была несколько ошарашена. Да, мне было интересно узнать про пол, про узоры, и про то, зачем бесполезные дорожки. Но спросить я хотела только про время.